Сам ритуал прощания в этом мире был молчаливым и простым. Через полчаса появилось семнадцать свежих холмиков и семнадцать новых табличек с именами.
Гвардейцы стояли строем, отдавая последние почести, а я прошёл вдоль строя и встал у свежей могилы.
— Покойтесь с миром, — тихо сказал я в звенящей тишине. — Ваш долг исполнен. Ваша честь с нами. Ваша смерть — на мне, и я её не забуду. Благодарю вас за службу и преданность.
Мои бойцы подняли вверх сжатые кулаки и несколько раз ударили себя по груди. Вот и всё. Павшие нашли свой последний приют и обрели покой.
После церемонии я ненадолго вернулся домой. Нужно было переодеться и как-то объяснить детям, что я снова покидаю их.
Они встретили меня на пороге, будто почувствовали, что я хочу поговорить с ними.
— Я знаю, что ты идёшь за стену, — сказал Борис, покраснев под моим пристальным взглядом. — Мне было интересно, о чём вы с бабушкой говорили, и я… прости…
— Ты ведь знаешь, что я могу закрыть дом от перемещений по теням? — спросил я его, тут же настраивая защиту поместья так, чтобы мои апартаменты были закрыты от любых проникновений без моего разрешения.
— Но ты же этого не сделаешь? — с виноватым видом спросил брат.
— Пока не знаю, — я сделал вид, будто задумался. Точно, ещё сокровищницу надо бы закрыть. Нечего там ребёнку делать, тем более после того, как я туда убрал очередной подарочек от некромансера. — Когда вернусь, обсудим этот вопрос подробнее. Мне не нравится, что ты следишь за своими родными. Твоё поведение — тема для отдельного разговора.
— Не наказывай его, пожалуйста, — попросила Вика, закрыв собой брата. — Вы же ничего нам не рассказываете. Конечно, мы хотим знать, что происходит!
— Мы пытаемся оградить вас от лишней информации, — сурово сказал я, погрозив сестре пальцем. — Не всё, что обсуждают взрослые, стоит доверять детским ушам. И тебе бы пора уже это понять. Ты давно не ребёнок, в отличие от Бориса. И вместо того, чтобы сдерживать его порывы, ты ещё больше распаляешь его интерес.
— Тогда скажи, что ты хочешь найти на месте гибели мамы и папы? — с вызовом спросила она. — Ты думаешь, что они живы, да?
— Нет, я так не думаю, — я прищурился и показал Вике тыльную сторону ладони. На моём указательном пальце красовалось кольцо главы рода. Темнокрылый ворон с распростёртыми в стороны крыльями не оставлял никаких сомнений. — Видишь его?
— Да, — уже тише сказала Вика, поникнув. — Я не подумала… прости.
— Я хочу выяснить, что родители искали, — сказал я, решив быть с ними откровенным. — Не факт, что я вообще хоть что-то там найду. Именно поэтому мы не хотели вам сообщать, чтобы вы не затаили надежду, которую мне придётся растоптать.
— Я поняла, — кивнула сестра.
— Я тоже понял, — Борис поджал губы и насупился, но обиды не держал.
— Всё, давайте прощаться, мне уже пора, — я раскинул руки, и дети рванули ко мне, обнимая с двух сторон. — Ведите себя хорошо и слушайтесь бабушку.
— Ладно, — донёсся до меня нестройный хор детских голосов.
— Ваше сиятельство! — услышал я крик Юлианы от лестницы. — Подождите!
— Доброе утро, ваше сиятельство, — кивнул я девушке, выпустив детей из объятий. — Вы что-то хотели?
— Можно я поеду с вами? — с горящим взглядом спросила девушка, а я понял, что она подслушала весь наш разговор с братом и сестрой.
— Нельзя, — коротко ответил я и полюбовался выражением злости на лице Орловой. Она что действительно думала, что я возьму её с собой в рейд? — У меня нет ни желания, ни времени тащиться по очагу с посторонними людьми, которые не являются сработанной командой и могут отказаться выполнять мои приказы.
— Но я… — начала было она, но я махнул рукой, пресекая любые возражения.
— Я пригласил вас в свой дом, потому что моя сестра была на грани жизни и смерти, — спокойно сказал я. — И я благодарен вам за то, что вы откликнулись и помогли. Но я не стану подвергать вас опасности и, тем более, лишать сестру возможного наставника. Если вам настолько некомфортно в моём доме, что вы хотите сбежать аж в аномальный очаг, то…
— Нет-нет! Я просто хотела побывать в сибирском очаге, — торопливо сказала Орлова, перебив меня и не дав договорить, чтобы не услышать прямой посыл куда подальше. Всё же у аристократов не принято оставаться в доме, в котором указали на выход. — Удачи вам, монстров поменьше, добычи побольше. Скорейшего возвращения и всё такое.
Она развернулась на пятках и поспешила удалиться, пока я снова что-то не сказал. Я же пожал плечами, подмигнул детям и направился к себе. Нужно было переодеться и взять топоры.
Только вот мои доспехи не пережили испытание, к сожалению, а запасных у меня не было. Зато я нашёл на диване сложенный камуфляжный костюм вместе с ботинками. Похоже, Герасим или Яков позаботились о том, чтобы я не отправился в очаг в выходном пиджаке и брюках.
Переодевшись, я закрепил кожухи с топорами и спустился вниз. Прощаться со мной никто не вышел, что меня очень порадовало. Всё важное уже было сказано, а долгие прощания я никогда не любил.
Запрыгнув в вездеход, что стоял у крыльца, я встретился взглядами с уже знакомыми мне бойцами. Не хватало только Орехова с Голубевым, но они должны были присоединиться позже, как сообщил Зубов после похорон.
Когда мы подъехали к вратам, нас уже ждал второй отряд и мои маги. Вот теперь всё было как надо. Единственное, что меня немного смутило, это новый член отряда — Марк Шитов, мастер боя. Я его совершенно не знал, и видеть его на месте Алексея Жукова было непривычно. Но я не стал заострять на этом внимание. Гвардия всегда именно так и работала — место павшего всегда занимал кто-то другой.
Разобрав снаряжение, мы отправились в путь. Демьян снова предложил мне взять рюкзак, кивнув в сторону Агаты, но я отказался. Если уж теневая кошка смогла пробежать несколько километров по московскому очагу, то и здесь справится. Тем более что есть Грох, который сможет иногда перетаскивать её по изнанке на небольшие расстояния.
Первые километры за стеной мы преодолели за полчаса — здесь не было деревьев и монстров, только выжженная моим пламенем земля и борозды после землероев. А вот дальше уже деревья и кустарники росли плотной стеной, и идти стало чуть тяжелее.
Хорошо, что мои бойцы не раз ходили по местным тропам и легко обходили особо трудные места. Агата несколько раз срывалась с места, а потом возвращалась то с грызуном, похожим на помесь белки и суслика, то вообще с какой-то лягушкой. Я был не против — пусть развлекается.
Чем дальше мы углублялись, тем сильнее менялся пейзаж. Уже через десять километров от стены деревья выглядели так, будто их вырвали из земли, скрутили по кругу и воткнули обратно.
Мы шли молча, прислушиваясь к каждому шороху. Монстры попадались редко, что очень сильно удивило оба отряда. Демьян даже пару раз останавливал поход, чтобы убедиться, что впереди нет засады, — не привыкли мои гвардейцы к подобной тишине.
— Странно, — пробормотал Лаптев. — Обычно тут кишмя кишит, а сейчас будто все попрятались.
— Или кто-то спугнул мелочёвку, — мрачно заметил Ивонин. — В прошлый раз так же было, когда смолянник из чащи вышел.
— Тьфу на тебя, — ругнулся Игорь. — Сплюнь! Нам только четвёртого класса тут не хватало.
— Следов много, но все старые, — доложил Грох, высунув клюв на первый слой тени. — Свежих мало и все от тех монстров, что у стены были. Будто бы и вправду нет тут монстров.
— Внимательнее по сторонам смотри, — приказал я кутхару. — Не нравится мне эта тишина.
Мы шли уже несколько часов. Чаща стала совсем непроходимой. Кривые деревья сплетались ветвями так крепко, что сквозь их своды едва пробивался тусклый свет. Воздух тоже стал густым и влажным, с привкусом тины и железа.
— Впереди топь, будем обходить, — сказал Демьян, указав рукой влево. — Только там аккуратнее надо — тропа узкая, а в воде болотники водятся. Чем-то на жижиков похожи.
Я кивнул и свернул следом за Сорокиным и Ивониным. Остальные гвардейцы последовали за нами. Мы перепрыгивали с кочки на кочку, причём я заметил, что большинство бойцов знали, куда ставить ноги и на какие кочки лучше не наступать.
