- Что с рукой?
- Эксперимент.
Мадди помогла подруге сесть и потребовала показать руку. Но все оказалось в порядке. За тем лишь исключением, что ногти приобрели холодный, голубой оттенок.
- Я так понимаю, - осторожно протянула ванен Скомпф, - что это не краска?
- Не краска.
- Ой, они еше и холодненькие, - охнула Мадди. - На балу тебе потребуются перчатки.
- Зачем? Я этой рукой трость держу. Никто не увидит.
На обеде Катарина с трудом удерживалась от гримас - рука болела. Не так сильно, как сразу после пробуждения, но все равно неприятно. Мадди сочувственно вздыхала и подкладывала подруге на тарелку аппетитные кусочки.
- Ты чудо, - бледно улыбнулась Катти.
- Оно хоть того стоило?
Мэдчен ван Ретт отложила вилку в сторону и тихо шепнула:
- Пока не знаю. В ванной комнате расскажу.
Мадди серьезно кивнула и начала громко расхваливать суп с «морской гадостью». Ильтиона и Боудира на два голоса принялись поучать «необразованную купчиху». Тут разозлилась Катарина и в тремя простыми предложениями показала, что за этим столом образованных в принципе нет.
- Умение не морщась поедать изыски высокой кухни не равно благородству души и образованности сознания, - жестко добавила Катарина и резко встала. - Благодарю за приятную компанию, мэдчен.
Следом за Катти вышла не только Мадди, но и Боудира.
- Не стоит никого судить, - спокойно произнесла ванен Крют. - Для этого есть специально обученные люди.
И только после того как Боудира скрылась в своей комнате, Катарина поняла, что рука ее больше не беспокоит. Совпадение или ванен Крют ее вылечила?
- Давай закончим с нашим подарком.
- Да, он замечательно колосится в ванной комнате, - хмыкнула Мадди. - Спасибо. Чувствую, что мне предстоит тотально образовываться.
- Зато ты уже знаешь слово «тотально», - фыркнула Катти и, приобняв подругу, шепнула: - В наше время высокой кухней считается то, что предпочитает вкушать королева. Так что все в твоих руках!
- А то, что вкушает принцесса, - недовысокая кухня? - хмыкнула ванен Скомпф. - Спасибо, ты меня утешила.
До самого ужина девушки трудились над медальоном.
- Мы же его не утащим, - охнула Мадди.
- Слуги внесут его следом за нами, - отмахнулась Катарина.
А медальон и правда получился большой. Даже чуть больше обычного настенного украшения. Но зато в ярко-изумрудной траве пролегли основные реки-артерии Келестина.
- А как мы изобразим провинцию Тиммин? У них мануфактуры ведь.
Мэдчен ван Ретт сердито посмотрела на почти готовый медальон и тяжело вздохнула. В основном в Келестине провинции занимались выращиванием фруктов, овощей и ловлей рыбы. Со всем этим проблем не возникло - она вырастила крохотные яблочки и вишенки для одной провинции, Мадди налепила рыбок из волшебной глины. А вот Тиммин и Льдовин отличились - мануфактура и кораблестроение.
- Я не смогу слепить кораблик, - вздохнула Мадди.
- А связать?
- А нитки?
- Платье можно распустить, - пожала плечами Катарина. - У меня есть лишнее. Нянюшка положила.
- Разве бывают лишние платья? - удивилась Мадди.
Весело рассмеявшись, мэдчен ван Ретт поднялась и вытащила «цветастый ужас».
- Эйта Талем подарила мне его, - Катти вздохнула, - потратила на него почти все свои сбережения. Я его носила только ради того, чтобы она не расстроилась. А ты же знаешь, солосскому шелку сносу нет.
- Как ты шелк на нитки пустишь?
- Там есть кружево, - отмахнулась Катти.
Но все слова Катарины прошли мимо Мадди - та с искренним удовольствием любовалась платьем.
- Распустить его на нитки - преступление, - промурлыкала ванен Скомпф. - Оно идеально.
- Прости, но передарить подарок я не могу, - тихо сказала Катти.
- А одолжить? Я бы надела его завтра.
Катти только плечами пожала, и Мадди, забрав платье, умчалась искать свою служанку - чтобы озадачить ее художественной глажкой. Вернулась она без платья, но зато с крошечным корабликом. Сказала - трофей.
- Осталось только мануфактуру сделать.
- Они производят ткани, - отозвалась Катти. - Смотри, что я придумала, - бантик из шелковой ленты.
- Отлично. Сколько медальон проживет?
- Без воды - месяц. Если время от времени его будут опрыскивать водой, - ван Ретт задумчиво пожала плечами, - не знаю. У меня дома цветочные медальоны уже несколько лет держатся.
За ужином невесты-избранницы старательно демонстрировали обиду. Но Катти, хоть и сожалела о своей резкости, извиняться не стала. Она была права по сути, просто выбрала слишком жесткую форму.
- Как ты только не задымилась под их взглядами, - хихикнула Мадди.
- А что мне дымиться, - Катти пожала плечами. - Я была резка, но не солгала ни словом.
Навстречу вышедшим из обеденной залы девушкам бежала Марийка, служанка Мадди.
- Мэдчен ванен Скомпф, портниху я не нашла. Но моя старшая сестра может помочь.
- Помочь? - удивилась Катти.
- Мы с тобой немного различаемся, - Мадди выразительно погладила себя по животу. - Нет, платье и так хорошо сидит, видимо, тебе оно великовато. Но нужно немного доработать его.
- Да нет, я же тебе говорила, что мне пришлось забыть о пирожках, - улыбнулась Катти. - После травмы я поправилась. Хорошо кушала и плохо ходила.
Посмеявшись, девушки разошлись. Мадди ушла следом за Марийкой, а Катарина - к себе. Она гадала, когда доставят подарок от маэстро Баско, о котором говорила Германика, и что это будет.
Зайдя к себе, Катти сразу же прошла в спальню и открыла шкаф. У нее было четыре бальных платья. Равно великолепных, если так можно выразиться. Отчего выбор становился мучительным.
Стук в дверь заставил мэдчен ван Ретт замереть. За последнее время она отвыкла от этого звука - увы, Германика препочитала прыгать напрямую в гостиную или входить, открывая дверь как свою. Мадди тоже не стучалась. Так что этот стук Катарину немного напугал.
- Войдите, - громко произнесла она, выходя в гостиную и прикрывая дверь в спальню.
- Мэдчен ван Ретт, мое почтение. Еще помните меня?
- Маэстро Баско, - Катти присела в реверансе.
- Мэтр Баско, - поправил Катарину королевский портной. - Зато сразу понятно, кто ваша дуэнья, - Герм постоянно зовет меня маэстро.
Ван Ретт смутилась и отвела глаза. Было неловко, хотя имя она вспомнила правильно. А вот маэстро и мэтр - спутала.
- Ну-ну, девочка, не красней. Германика порой специально вводит окружающих в заблуждение - мы так развлекаемся, - добродушно произнес Баско. - Я видел твой танец. И он произвел на меня впечатление. Окажи мне честь, Катарина ван Ретт, и прими в подарок бальный наряд. Я не мог спать до тех пор, пока не создал его.
- Спасибо, - тихо выдохнула Катти. Каким-то шестым чувством она угадала, что сейчас не время для словесного кружева.
Мэтр Баско открыл дверь, и в комнату внесли нечто объемное, укутанное в серую ткань.
- Вот здесь поставьте и идите. Идите-идите! - Портной прогнал слуг, которые явно хотели увидеть, что под тканью. - Открывай. Давай же.
Ткань сползла вниз, и Катти охнула. Это был потрясающий, смелый наряд.
- Ты та, кто ты есть. - Баско чему-то мечтательно улыбнулся. - Если кто его и может надеть, то это ты.
Катти завороженно кивнула. Подойдя ближе, она провела ладонью над тканью и тихо-тихо прошептала:
- Знаете, иногда, перед сном, я позволяла себе мечтать. И это оно. Платье из моих самых счастливых снов.
Тихий, довольный смех был ей ответом. Мэтр Баско искренне наслаждался открытой реакцией Катарины.
- Такой удивительный цвет, - шептала Катти. - Ох, еще и вышивка, как дивно...
Платье действительно было невероятным - жемчужный цвет лифа к подолу становился настолько насыщенным, что казался черным. Благородный, тяжелый шелк был расшит мельчайшим драгоценным жемчугом, который в точности повторял переливы цвета ткани.
- Оно довольно узкое, - произнес Баско, - у тебя ведь трость. Так что складки платья подчеркнут бедра. А это подарок от моей супруги.
