— Влад, ты чего? — спросил я и подбежал к нему.
Только сейчас я заметил, что его руки, ноги, тело и горло окутывают тонкие упругие стебли. Это Душегрив — манарос, стебли которого охотники в анобласти используют вместо верёвки, когда связывают туши убитых зверей.
— Влад, держись! — выкрикнул я и схватился за стебли, но сколько бы не старался, не мог их порвать. Голыми руками их не возьмёшь, слишком крепкие.
Я вскочил на ноги и осмотрелся, стараясь найти хоть что-то острое. А в это самое время Влад умирал в страшных объятьях манароса.
Глава 20
Тонкие, жесткие стебли Душегрива продолжали стягивать тело Влада, а я никак не мог ему помочь, безуспешно пытаясь разорвать путы голыми руками. Вокруг не было ничего, что помогло бы мне освободить товарища: только высоченные густые кусты, образующие стену, и чахлая трава.
— Держись! Я сейчас! — выкрикнул я, вскочил на ноги и рванул туда, где была организована полевая лаборатория.
Схватив скальпель со стола, я рванул обратно. Не теряя ни секунды, рухнул на колени возле Влада и первым делом разрезал стебли, душашие его. Затем занялся теми, что стягивали его грудь.
Однако Влад не дышал. Его глаза были закрыты, а вены на шее перестали пульсировать.
— Нет! Ты не умрешь!
Я запрокинул ему голову, открыл рот и приложил руку к его шее. Чтобы Влад задышал, нужно заставить работать диафрагму и межрёберные мышцы. Мне всего лишь нужно найти эфир, в его теле, который позволит сокращать нужные мышцы.
И мне повезло. Несколько секунд, и его мышцы заработали, накачивая легкие воздухом.
— А-а-а-х-х-! — с шумом вздохнул Влад и раскрыл глаза.
В панике он начал дышать быстро и поверхностно, пытаясь восполнить дефицит кислорода.
Я же тем временем срезал путы с его рук и ног, помог сесть и поддержал. Влад весь трясся и покрылся холодным липким потом.
— Не торопись. Дыши глубоко и размеренно. Теперь всё хорошо, — я говорил спокойным уверенным голосом. — Сможешь встать?
Влад кивнул. Я помог ему подняться, закинул его руку к себе на плечи, подхватил за талию и потянул к выходу.
Он силился что-то сказать, но не мог, постоянно прерываясь на лающий кашель.
— Молчи. Нам надо торопиться. Потом расскажешь всё, что хотел.
Вскоре показался выход, возле которого слонялись обеспокоенные члены моей команды.
— А вот и они! — закричал Федя, первым увидев нас. — Остановите время! Они уже здесь!
Он подбежал к нам, подхватил Влада с другой стороны, и мы ускорили шаг. Едва вышли из растительного лабиринта, как прозвучал ещё один гудок, свидетельствующий о том, что час закончился.
Нас засыпали вопросами, но я ответил, что потом всё объясню, а пока нужно оказать помощь Владу.
Мы с Размысловым подвели Влада к сиденьям, стоящим у стола организаторов, и посадили. Прохор принес чашку горячего чая, Святослав нашёл теплый плед и с головой укутал им Влад.
Я рассказал о том, в каком состоянии нашёл Влада.
— Как же так? Как же ты позволил растению тебя победить? — всплеснул руками Прохор.
— Меня ударили, — хрипло ответил Влад и снова закашлялся.
Это всё из-за воспаленного горла. Жаль, у меня с собой нет ни одного зелья — запрещено правила турнира.
— Кто тебя ударил? — к нам подбежал запыхавшийся декан.
Оказывается, всё это время за мной и Владом следили камеры. Всё, что я делал, показали на всю империю. Этого только не хватало!
— Я не видел. Кто-то подошёл сзади и ударил по голове. Я упал, а когда хотел подняться, то не смог.
— Ну мы сейчас узнаем, кто тебя ударил. У них везде камеры, — Клавдий Тихомирович заглянул Владу в глаза, пощупал пульс и участливо спросил. — Как ты себя чувствуешь? Болит где-нибудь?
— Только горло и затылок немного.
— Я сейчас сюда лекарей отправлю, — ответил он и скрылся в толпе, которая нас окружила.
Пока декан разбирался с организаторами, а из лабиринта продолжали выбегать студенты других академий, я двинулся к оранжереям, чтобы подыскать траву для Влада. У меня не укладывалось в голове, зачем кому-то понадобилось бить Влада по голове. Чего этим хотели добиться? А может, у Влада есть враг, и он решил с ним поквитаться таким образом? Но как он мог знать, что Влад останется один? Короче, ничего не понятно.
В дверях оранжереи я столкнулся с Щавелем. У него была в руках корзинка с травами.
— А-а-а, Саша, я так и знал, что вы ко мне заглянете. Держите, я уже всё собрал. Это должно помочь, — он протянул мне корзинку, в которой лежали ромашка, зверобой, шалфей и много других очень полезных трав.
— Спасибо, профессор. То что нужно, — я забрал корзинку и поспешил обратно. Щавель пошел за мной.
— Уму непостижимо, как такое могло случиться, — проговорил он, стараясь не отставать от меня. — Как же он попал в такую ловушку?
— Меня больше интересует, что здесь делает Душегрив? С какой целью его посадили в лабиринт?
— Я сам в недоумении. Я такого приказа не давал. Возможно, он сам каким-то образом попал в лабиринт, ведь мы очень хорошо удобряли землю, чтобы успеть вырастить кусты.
— Вполне возможно.
— Но кто же мог напасть на такого безобидного человека, как наш Владик? Он ведь мухи не обидит, — профессор горестно покачал головой.
Мы как раз в это время добрались до нашей команды. Декан уже был здесь. Олег Николаевич первым делом осмотрел Влада, его кровоподтеки на шее и запястьях.
Я же скрутил несколько трав и отправил в них свою ману, усиливая эфир, и дал Владу.
— Жуй, поможет.
Тот без лишних вопросов засунул травы в рот и принялся интенсивно жевать, морщась от горечи.
В это время к нам подбежали два лекаря с чемоданчиками. Они уложили Влада на скамью и принялись сканировать
— Клавдий Тихомирович, удалось что-нибудь узнать? — Щавель подошёл к декану.
— Нет. Чертовы журналюги переключали камеры только туда, где работали команды. Остальные камеры в это время были выключены и не ведут записи.
— Но как же они тогда сняли меня с Владом? — вмешался я в их разговор.
— Заметили, как вы обратно забежали в лабиринт и решили проследить.
— То есть нападение на студента останется безнаказанным? — возмутился Щавель.
— Нет, конечно. Мы уже вызвали полицию. Будут разбираться, опрашивать других участников.
— ЧТО⁈ Турнир закрывается, не успев открыться? — Федя Размыслов не смог сдержать эмоции.
— Конечно, нет. Никто не будет закрывать турнир. Столько сил, денег и времени на него потратили. Просто каждый будет заниматься своим делом… Кстати, когда уже огласят результаты? Что-то затянули они. Пойду, разведаю, — декан вновь скрылся в толпе, а Влада лекари проверили и, не найдя никаких внутренних повреждений, смазали ссадины мазью и ушли.
— Как твоя голова? Горло не болит? — спросил я и опустился рядом с ним на скамью.
— Уже нет. Травы помогли. Только во рту от них всё жжёт, — он сделал большой глоток чая и протянул мне руку. — Саша, спасибо за помощь. Если бы не ты…
Он сглотнул ком, застрявший в горле. Понимаю, перепугался. Нужно время, чтобы отойти от такого.
— Я знаю, почему на меня напали, — наклонившись ко мне еле слышно проговорил он.
— Почему?
— Посмотри на своё левое плечо.
Я повернул голову, но ничего необычного не заметил. Мы были в фирменных стёганных куртках академии, которые нам выдали перед испытанием, ведь на улице было довольно холодно.
— Не туда смотришь. Ниже, — он приподнял рукав моей куртки и показал, что там мелким шрифтом было написано «Размыслов Фёдор», а ниже эмблема аптекарского факультета.
— А-а-а, так они именные, — понял я.
— А теперь посмотри на мой рукав, — он откинул плед и показал надпись.
— «Филатов Александр», — выдохнул я.
— Мы так торопились, что даже не заметили, что куртки именные, и надели кому какая попалась. А кое-кто об этом не знал, как и тебя в лицо.
— Ты думаешь, что хотели убить меня? — еле слышно спросил я, ведь нас уже окружили репортёры, которые хотели поговорить со мной и Владом, но их не подпускали организаторы.
