Мира, чтобы как-то собрать мозги в кучу, уединилась у себя в каюте. Первым делом она открыла дневник и напечатала:
«С сегодняшнего дня я и Стивен вместе. Даже не знаю, что еще написать. Все проблемы теперь кажутся преодолимыми, а все волнения враз улетают в его объятьях. Так что… Зачем антистресс-дневник тому, у кого нет стресса⁈ Надеюсь, это была моя последняя запись в нем».
Потом пилот закрыла программу, отправила ее в архив и принялась изучать полетную информацию на ближайшее время. Было тихо, вся команда порознь занималась своими делами. Как вдруг неожиданно погас свет, и корабль заполнила кромешная темнота.
Глава 25
Мира на ощупь нашла бластер, сняла его с предохранителя и тихо откатила входную переборку. В проходе также стоял мрак — хоть глаза выколи. Слышался какой-то непонятный грохот со стороны лаборатории и крайне нецензурная брань из технического отсека. Девушка развернулась в сторону, где в конце коридора по ее предположениям должна находиться кабина, и… пронзительно завизжала. Прямо перед ней стремительно перемещались два светящихся глаза.
Мозг подключился только через секунду, вместе с резко вернувшимся светом. Как хорошо все же, что инстинкт заставил ее кричать, а не палить из оружия! На пилота несся с выпученными от ужаса зенками маленький черный колобок. Лишь еще через мгновение Мира осознала, что это Снежок. Шерсть на нем была мокрая, липкая и склеившаяся сосульками.
Следом, все еще продолжая выражаться, из трюма поднялся Бобби. Его губы были сжаты в тонкую ниточку, и вообще Мира впервые видела механика всерьез рассерженным.
— Где эта тварюга? — прорычал он, осматриваясь вокруг. — Он мне чуть работу нескольких дней не запорол!
— Чуть-чуть — не считается, — насколько могла беззаботно, улыбнулась Мира, делая вид, что тварюга вовсе не прячется за ее ногами, боязливо к ним прижимаясь и вымазывая комбинезон машинным маслом, или в чем там Снежок был густо вымазан.
В коридор уже выбежали Марлен и доктор, а капитан, видимо, не появился только потому, что находился на улице и о происшествии не догадывался.
— Что за шум, а драки нет? — тут же вклинилась японка.
— Будет, если я найду этого мохнатого недомерка, перемкнувшего второй контур!
— И не стыдно тебе, большой мальчик Бобби, маленьких обижать? — съязвила Марлен, с трудом пытаясь не рассмеяться.
У механика, впрочем, злость уже тоже улетучилась, и он лишь буркнул:
— Посмотрю, как ты запоешь, когда он схомячит твои образцы для докторской, — буркнул Бобби, и развернувшись, пошел спускаться в трюм, заканчивать работу.
Марлен подмигнула Снежку и, схватив его брезгливо четырьмя пальцами, на вытянутых руках потащила йети в ванную, отмываться.
Невероятно, но факт — уже через два часа катер вылетел с Меропы. А предварительно Стивен таки провел положенную планерку, на которой не забыл и сделать объявление об изменении их с Мирой личного статуса. Игнат как-то потерянно промямлил:
— Мои поздравления!
А Бобби широко заулыбался и, в момент, когда думал, что пилот не видит, показал капитану кулак с поднятым вверх большим пальцем.
С работающей разгонной установкой катер достиг скрутки в считаные часы. Настроение у всей команды было приподнятое, только лицо капитана, как и всегда в служебное время, не выражало ничего. Однако от Миры не укрылось, что Стивен нет-нет, да дергает пораненной рукой, словно стараясь стряхнуть навязчивые неприятные ощущения.
— Может, еще обезболивающего? — предложила она.
— После выхода из скрутки посмотрим, — скупо ответил Стивен.
Однако вывалились они и не в Пустоту и не на свой старый маршрут, а в очередной сектор космоса за пределами Обитаемой зоны.
Глава 26
Прежде чем принимать решение, продвигаться дальше или нырять обратно, капитан все-таки надумал показать предплечье доктору.
Мира, нагло пользуясь своим новым статусом, увязалась следом. Ее действительно волновало, как идет заживление, потому что признается ли капитан в правде, если все будет плохо, как говорится, бабка надвое сказала.
Игнат аккуратно снял пластырь-шов, и Мира, даже не имея медицинского образования, поняла, что дело — дрянь. Рана была покрасневшей, воспаленной и совсем не выглядела заживающей. Доктор осторожно потрогал кожу вокруг, тяжело вздохнул и, побледнев, проговорил:
— Видимо, инфекция каким-то образом сохранилась в глубине. Необходимо заново вскрывать и чистить.
— Ну так коли обезболивающие и чисти уже! Мне надо идти решать, летим тут или назад ныряем, — нетерпеливо бросил капитан.
Игнат начал стремительно краснеть, и за считаные секунды его лицо из белого превратилось в свекольное.
— Я не могу. Я не врач, — тихо проговорил он, пряча глаза.
— В смысле — не хирург? Ну, это понятно! Но минимальная-то хирургическая подготовка есть. Я знаю, без этого аккредитацию на космические корабли не выдают. Так что режь и не заморачивайся, я же не аппендицит тебе оперировать предлагаю.
— Нет, я… — Игнат внезапно сел и принялся нервно теребить свои руки. — Я два курса закончил меда, а потом ушел. Простите. Мне, правда, очень стыдно. Но был уверен, что за четыре месяца ничего серьезного не случится! Миссия-то, по сути, небоевая, и в космос только полностью здоровых берут. А раны простые там, простуды или отравления… с этим бы я справился.
У обычно такого «каменного» Стивена глаза полезли на лоб:
— Как же ты тогда получил доступ⁈
— Не я. Игнат. Для него была очень важна эта работа, а когда пришел экстренный вызов, он как раз только улетел на Церебро. У него ссора с девушкой вышла, и он, по ошибке, видимо, схватил, улетая, мою паспортную карточку… извините, это неважно. Игнат бы в любом случае не успел вернуться, и я не стал говорить. Записку оставил. Думал, поменяемся в ближайший отпуск, и никто не заметит.
— Так а ты кто? — раздался обескураженный голос Марлен.
Мира даже не видела, когда они с Бобби возникли во входном проеме.
— Я Петр. Его брат-близнец. Археолог и немного палеонтолог. Нас можно отличить только…
— По очкам! — внезапно для всех воскликнула Мира.
— Да, — так опешил лжеИгнат, что даже поднял на девушку глаза. — Откуда вы знаете?
— Ты, когда нервничаешь, все время трогаешь переносицу, как будто хочешь их поправить. А зачем надо было от них отказываться? Только если в анкете брата написано, что у него стопроцентное зрение! Нам срочно нужна рядом планета, где Стивену могут оказать настоящую помощь. Вот же сволочь ты, Игнат! — в сердцах выругалась Мира, принимаясь прямо на ручном коммутаторе обследовать сектор, куда их только что забросило.
— Поддерживаю! — рявкнул Бобби. — Но справедливости ради надо отметить, что без его знаний доисторического мира нам бы тоже пришлось худо.
Капитан по-прежнему молчал, видимо, анализируя в голове многочисленные варианты от «выкинуть лжемедика в открытый космос» до «простить и отпустить».
— Валинор, — сокрушенно произнесла Мира, — сейчас самая ближайшая от нас планета. Только она закрытая. Единичные случаи, когда их король разрешал посадку. Четыреста лет почти полной изоляции. Основное население — эльфы, люди и гномы.
— Что⁈ — одновременно шокировано воскликнули все трое мужчин. — Эльфы⁈
И, прежде чем Мира успела как-то прокомментировать почерпнутую ею из картографа информацию, раздался оптимистичный голос Марлен.
— Летим к Валинору! Спорим, я добуду нам разрешение на посадку, как только появится доступ к межпланетке?
— Каким образом? — уточнил Стивен, который сейчас совершенно не был настроен играть в тотализатор.
— Ну, — хитренько улыбнулась Марлен, — в данном случае у меня есть блат.
— Конкретнее! — нажал капитан.
— Я лично знакома с одной из великих эльфийских княгинь, которая к тому же близкая подруга короля.
Эпилог
Мира металась перед флигелем главного хирурга Валинора, в котором сейчас Стивену проводили процедуру. В ней не было ничего сложного, но девушка все равно не могла пресечь переживания.
