Однако позже, когда невесть откуда явился законный наследник, был опознан, признан короной, и титул князя Ясеневого Леса вместе с местом в Совете отошли ему, отец впал в бешенство и не выбирал выражений. Так Люсинда узнала, что слухи правдивы и ее отец действительно монстр. Ведь в числе убитых были и двое несовершеннолетних сыновей князя, и лишь шестнадцатилетний Мараик, гостивший у дяди, избежал скорбной участи.
И сейчас пребывание на некогда родной территории вызывало двойственные чувства. С одной стороны, теплые воспоминания о детстве, с другой — ужасающие мысли о потерях в последней войне, зачинщиком которой являлся ее отец. Благодаря которому род Морвэн бесславно останется только в эльфийской истории. А Люсинда лишь последняя носительница этой фамилии, вне зависимости от того, выйдет ли она замуж или умрет старой девой.
Во время ближайшей остановки в карету заглянул лорд Фингон.
— Леди Люсинда, мы скоро будем проезжать мимо княжеского замка, может, стоит остановиться и… познакомиться с новыми хозяевами? Как-никак вы теперь соседи.
Девушка вздрогнула, представив, какими глазами на нее посмотрит сегодняшняя хозяйка — леди Вестеле. Точнее, титул перешел ее сыну, Накилону Эванеску, но, поскольку он был совсем малышом, в Ясеневом Лесу заправляла его мать. Словно догадавшись, о чем Люсинда думает, глава охраны как-то смущенно крякнул и негромко добавил:
— Леди Вестеле с семьей здесь бывает нечасто. Вся забота на управляющем. Вряд ли это тот же эльф, к которому вы привыкли, но все же. У вас будет возможность пообщаться с бывшим персоналом, вероятно, кому-то предложить переезд. Ну, или хотя бы заявить о своих добрососедских намерениях.
Да уж, добрососедских… Убедить в этом служащих сейчас при замке будет непросто. Честно говоря, Люсинда даже побаивалась физической расправы, ведь из-за решений отца у кого-то из них наверняка погибли близкие.
— Я возьму лучших телохранителей, вам не за что переживать, — добавил Фингон, будто и правда читал ее мысли.
Внутри Люсинды бушевали сомнения. Так ли уж нужен этот визит? Да и кто поедет за ней в Лунный Камень, когда в Ясеневом Лесу у них понятная и размеренная жизнь? А тогда зачем все? Побродить по залам, пробуждающим воспоминания? Разбередить душу? А если леди Вестеле все же в замке? Как бы на ее месте Люсинда отреагировала на дочь убийцы семьи своего мужа? Но все-таки, хотя большинство доводов говорило против этой остановки, девушка почему-то кивнула. Для того чтобы начать будущее, ей сперва надо распрощаться с прошлым. Подвести черту.
Лорд Фингон, как княжна и подозревала, вышел известить о ее прибытии самолично. И приставил к девушке шесть человек охраны во главе с Ангаралом. Значит, княжич все-таки, несмотря на внешность, не папенькин сынок, а у командования на хорошем счету. Реитас тоже порывался пойти на встречу, однако Фингон жестко напомнил ему, что он хоть и не связанный, но пленник. И пока его статус неясен, будет сидеть на телеге тише воды ниже травы.
Управляющий, в сопровождении охраны и нескольких эльфов персонала, встретил их на ступеньках княжеского дворца. Им оказался незнакомый мужчина среднего возраста с тяжелым взглядом. Воинов Люсинда не знала, а вот повариха и один из лакеев были местные. Все собравшиеся смотрели настороженно, и только кухарка едва не кинулась обнимать девушку, хотя тут же стухла в своем порыве, натолкнувшись на холодный взгляд управляющего.
— Какова цель вашего визита, леди Морвэн?
Люсинде показалось, что мужчина специально назвал ее по фамилии, чтобы уколоть. Дескать, пусть она знает, кто теперь такая — паршивая овца, и не более того. Девушка вспыхнула, но Фингон успел ответить быстрее:
— Ее светлость хотела бы увидеться с леди Вестеле и ее супругом и представиться им, как подобает новой соседке. Перед вами светлейшая княжна Лунного Камня.
Управляющий чуть смутился, потому как одно дело — отправить прочь дочь изменника короны, совсем другое — нагрубить великой княжне. Однако было видно, что эльф боится без санкций леди Вестеле делать значительные телодвижения.
— Что ж, — и он глубоко уважительно поклонился Люсинде, — рад вас приветствовать на нашей земле, ваша светлость. К сожалению, княгиня Вестеле отсутствует, но, может, останетесь на ужин?
— На ужин нет, хотя за предложение премного благодарна. Впрочем, если вы мне разрешите обойти замок, попрощаться с прошлым, я была бы вам признательна, — выпалила девушка как можно быстрее, чтобы не начать запинаться от проявленной наглости.
Секунду подумав, управляющий кивнул.
— Конечно! Откуда изволите начать осмотр?
Люсинда пошла по кругу — холл, приемная отца, танцевальная зала, каминная зала, столовая… В личные комнаты членов семьи девушка даже заходить не стала. Не хотела вспоминать ничего, что с ними связано. Но свою осмотреть все-таки не удержалась. Здесь все оставалось, как и при ее отъезде: шелковые нежно-розовые шторы, огромная кровать под бархатным балдахином с золочеными птицами по краям, уставленный десятками баночек туалетный столик… Все казалось неестественно вычурным и далеким. Как будто здесь жил другой человек.
Управляющий же, видимо, понял затянувшуюся паузу иначе. Он слегка кашлянул, привлекая внимание, и проговорил:
— Если вам что-то дорого как память, не только в этой комнате, а вообще во дворце, давайте составим список. Леди Вестеле очень добрая, уверен, она пойдет вам навстречу.
Люсинда снова вспыхнула. Это ее же практически сейчас побирушкой назвали! А впрочем… похоже, наступили такие времена, когда нужно сделать вид, что не поняла намека, и отправить гордость прогуляться. Она точно знала, что ей из Ясеневого Леса может пригодиться.
— О, вы так любезны, — постаралась без сарказма произнести княжна, — но в этой комнате мне ничего не нужно. Однако я с удовольствием взяла бы некоторые книги из библиотеки.
— Конечно, — с нескрываемым удивлением ответил управляющий, — пройдемте.
Оказавшись в «царстве знаний и мечты», как романтично называла ее мать это место, Люсинда сразу проигнорировала полки с художественной литературой. Ее интересовало другое, то, о чем никогда до сегодняшнего момента она не задумывалась. Энциклопедии конных пород, книги по разведению и выездке, справочники руд и минералов — всего набралось около тридцати фолиантов, на этой цифре Люсинда усовестилась, подумав, что княгиня может разозлиться и тогда она не получит вообще ничего. Но все же прибавила:
— Скажите, а моя лошадь, Медь, она жива?
— В полном благополучии, — гордо ответил эльф, — более того, через пару месяцев она ожеребится.
— Ох, — расстроилась Люсинда, похоже, с войной недоглядели.
Медь была чистокровная молоденькая кобылка, и на ее предполагаемое потомство отец делал ставки, заранее потирая руки и предвкушая, за сколько такого жеребчика можно будет продать в столице с аукциона.
— Нет, вы не поняли, этот жеребенок… — управляющий замялся, видимо, не желая при молоденькой леди произносить слово «случка», которого ее отец никогда не стеснялся. — Результат плановой селекции. Один из конюхов Морвэна остался служить и доложил.
— А, вот оно что, — задумчиво произнесла Люсинда, осознавая, что уж теперь-то ей Медь точно не отдадут, но все-таки решила попытаться: — Передайте леди Вестеле, что я хотела бы ее выкупить, если княгиня запросит приемлемую цену, была бы очень ей признательна.
Управляющий кивнул, и вся группа уже развернулась идти назад ко входу, как из коридора выскочила молодая эльфийка и без обиняков кинулась на шею Люсинде. Воины, конечно, попытались воспрепятствовать, но княжна их остановила. В девушке она сразу узнала компаньонку сестры. Кетлис было года двадцать три. Однако она давно сменила мать в должности княжеской модистки, вышла замуж и родила двух сыновей-погодок.
— Заберите меня отсюда, леди, умоляю! Я буду вам верно служить! — прошептала она на ухо Люсинде.
Глава 5
Космопорт оглушал звуками объявлений, топотом тысяч ног, шумом голосов… А ведь они еще только-только подходили к зоне паспортного контроля, что же там дальше? Везде бетон, стекло, бесконечные коридоры, лифты, движущиеся лестницы и дорожки. Фиравел почувствовал, что разум начинает впадать в какое-то полукоматозное состояние. И это притом, что парень заранее посмотрел ролики, как выглядят планета, школы, публичные места. Он думал, что готов. Думал…
