Ну и где он тогда? Если знал заранее о нападении на гнездо, почему остался на изнанке и покинул защитный купол поместья? Боялся, что тот не выдержит атаки некромансеров?
И всё бы ничего, но в самом верху, на горке артефактов Гроха, лежало Вместилище Боли.
Тот самый артефакт, который дал мне дедуля-некромансер для усиления и который я выбросил в пустыне под московским очагом. Я знал, что Грох успел перехватить его, но мы договорились, что он никогда не вытащит его из тени, где все активированные артефакты могли находиться бесконечно долго, так и не использовав заряд.
Я выругался так, как ещё никогда не ругался.
Помимо Вместилища, которое могло уничтожить энергосистему всех магов, находящихся в километре от артефакта, я увидел взрывные сферы из особняка Кожевникова. Не знаю, что с ними сделал Грох, что они до сих пор не взорвались, но когда он вернётся, я задам ему такую взбучку, что мало не покажется.
Это же надо было додуматься сложить в месте силы моего рода артефакты, которые уже активированы и могут рвануть в любой момент. Я оглядел гору смертоносных артефактов и помотал головой. Нет, оставлять их так даже на лишнюю минуту опасно.
— Это те сокровища, которые искал хозяин? — услышал я позади себя голос Агаты. — Они совсем невкусные.
— Зато опасные, — я уже протянул руку, чтобы перехватить лежавшие сверху взрывные сферы и Вместилище, как Агата вдруг резко прыгнула вперёд.
Она неловко приземлилась на лапы рядом с артефактами и недовольно махнула хвостом. Заботливо уложенные Грохом артефакты покачнулись, но остались на месте.
— А ну брысь! — прикрикнул я на кошку.
Мои пальцы, которые должны были схватить взрывную сферу, коснулись пустоты. К моим ногам покатилась сначала одна сфера, потом вторая, а за ней и третья.
Да что же мне за бракованные питомцы достались, от которых вреда больше, чем пользы?
Глава 12
На чистых инстинктах я подхватил сферы и переместился с ними на первый слой тени. Активация сфер должна была сразу замереть, но почему-то этого не произошло. Я рванул обратно в реальный мир и ощутил, как дрогнуло пространство.
Похоже, гнездо Гроха находилось гораздо глубже и могло гасить центральные узлы активации. А вот первый слой изнанки оказался для этого слишком слабым.
Когда я появился в пещере, Агата сидела в метре от артефактов. Её маленькое тельце было напряжено, а оранжевые глаза застыли на Вместилище. Я понял, что время артефакта пришло, и он вот-вот выпустит некротическую энергию, которая перемелет в порошок энергосистемы всех магов в поместье.
Схватив артефакт, я сунулся на изнанку и сразу же ощутил, как в меня впивается энергия от сфер. Эти демоновы штуковины были с отложенным эффектом, как и те, что в особняке Кожевникова. Взрыв погасила тень, а вот энергия от вложенной стихии вырвалась только сейчас.
Мой кокон из тьмы затрещал и растаял. Я покачнулся на ногах и призвал крылья. Одно меня радовало — в этих сферах была запечатана энергия тьмы, а не света, так что поглотить её я мог без дополнительных проблем в виде боли от очищения и переработки.
На какой-то миг я увидел любопытную мордочку Агаты, но она тут же скрылась в реальном мире. Ну а я парил на изнанке и переваривал льющуюся из сфер тёмную силу.
К счастью, вместилище, как и полагается артефактам, на изнанке сразу же застыло и перестало испускать некротическую энергию. Но что мне с ним делать? Оставить тут и порадовать тень дармовой силой?
Усиливать себя я не собирался, да и ни к чему мне сейчас это. Месяц назад я был бы рад тем крупицам силы, которые мог дать этот артефакт, теперь же они для меня казались каплей в море. И это если не учитывать тот факт, что подпитываться некротической энергией я не собирался.
Энергия взрывных сфер наконец закончилась, и я выдохнул от облегчения. Что бы ни планировал с ними сделать Грох, теперь их нет. А вот с Вместилищем нужно было что-то решать.
Изнанка и без того слишком поддерживает некромансеров. Если я отдам ей артефакт, это будет для неё ещё одним положительным закреплением связи. В принципе, его энергия не слишком отличается от энергии, которая была в якоре, соединяющем гнёзда некромансеров. Если раньше мне действительно пришлось бы очень постараться, чтобы переработать её, то сейчас это будет сделать проще простого.
Я присмотрелся к Вместилищу. А ведь оно отличается от тех артефактов, что были в моём мире. Да, здесь был тот же заряд, тот же принцип активации и те же последствия. Но я заметил и кое-что странное. Один из узлов будто повис «в воздухе», он не вёл ни к одной линии и казался лишним.
Мои губы сами собой растянулись в улыбке. Неужели мой дедуля, будучи гениальным артефактором, нашёл-таки лазейку для деактивации эффекта саморазрушения? А ведь я бы не увидел эти дополнительные узлы в системе артефакта, если бы не стал сильнее.
Сконцентрировавшись, я сдвинул потоки на нужных узлах, перенаправляя энергию по обходному каналу. Артефакт ничуть не изменился, но я понимал, что для проверки мне придётся вернуться с ним в реальный мир. И быть готовым в ту же секунду снова нырнуть на изнанку.
Я вышел из тени и напряг все мышцы. Рывок должен быть очень быстрым, если я хочу успеть и спасти всех в своём доме.
Я замер и всмотрелся в артефакт. Он не испускал ни единой энергетической дымки. Он будто и не был никогда активирован, но я чувствовал, что при желании можно будет легко вернуть его к изначальному состоянию.
Моя довольная усмешка напугала Агату, которая продолжала сидеть неподвижно. Кошка несколько раз моргнула и посмотрела на меня.
— Хозяин добрый? — очень осторожно спросила она, а потом прижала уши к голове. — Принести рыбу?
— Рыба не нужна, — довольным голосом сказал я и посмотрел на артефакты и ящики с кристаллами. Похоже, моей утренней разминкой сегодня будет перетаскивание всего этого добра в сокровищницу.
Я взялся за верхний ящик и удивлённо присвистнул. Несмотря на размер, весил он около двадцати килограммов. Если бы не усиление тела, я бы тут до обеда провозился, а так за час должен управиться.
В итоге я управился за сорок минут. Все артефакты Гроха я сложил в отдельный экранированный ящик, а вот Вместилище Боли я добавил к одноразовому артефакту связи, который дал мне когда-то Дмитрий Шаховский. Оба артефакта были им улучшены и фонили некротической энергией так сильно, что я едва сдержался, чтобы не спалить их пламенем. Но нет, они ещё могут пригодиться.
Когда я закончил, часы показывали полвосьмого утра. Я приказал Якову принести завтрак Юлиане в комнату, поднялся в свои апартаменты и привёл себя в порядок, после чего спустился к завтраку. И замер на пороге столовой.
Александр Рейнеке занял моё место во главе стола и перебрасывался короткими фразами со своей супругой, которая молча слушала его слова. Она подняла взгляд и побледнела, увидев меня.
— Доброе утро, — громко сказал я и приблизился к столу.
— Уже вернулся? — дядя резко повернулся ко мне, а потом медленно поднялся со стула. — Ты уж извини, привычка.
— Я понимаю, — я сел на своё место и вытянул ноги.
— Как прошла ваша поездка? — спросил дядя. — Кстати, а куда вы ездили?
— Во Францию, — коротко ответил я. — Хотели посмотреть на виноградники Эльзаса, но не сложилось.
Дядя смотрел на меня около минуты, пытаясь понять, что я мог забыть в Эльзасе. О своих планах я ему не рассказывал, да мы и виделись-то только мельком, если не считать совместную вылазку в дом Бартенева.
— Ты уверен, что тебя интересовали виноградники? — уточнил он. — Может, ты имел в виду эльзасский очаг?
— Может быть, — я пожал плечами и улыбнулся, услышав на лестнице топот детских ног. Вика и Боря снова мчались наперегонки, не желая уступать первенство.
— Я первая! Ой! — донёсся от двери сдавленный возглас Вики. — Доброе утро. Прошу прощения, я забыла, что у нас гости.
Она медленно прошла мимо нас, задирая нос, и села на своё место. Боря со скрипом отодвинул стул и плюхнулся на него с невозмутимым видом.
