Дней через десять мы уже позабыли о разговоре. В обычный выходной день, когда большинство обитателей замка, как обычно, выехали в город, мы с Сашей так же обычно оккупировали музыкальную комнату. Мастер Сольени сделал не одну, а целых две гитары. Одна из хорошего дерева, с красивыми накладками и нежным звуком. Вторая попроще, из более крепкого материала, с хорошим слоем водостойкого лака, имела более громкое и резкое звучание, зато идеально подходила для песен у костра в походах.
Саша привычно сел за клавесин, я взяла "домашнюю" гитару. Устраивать концерты, когда в замке были все советники, мы, не сговариваясь, не стали. И так из четырёх предыдущих раз, дважды получали незваных зрителей и выставляли себя не в лучшем свете.
Как всегда, начали мирно. С Высоцкого, Арии, пары бардов. И, как-то незаметно перешли на шансон и блатняк. Благо, этого добра я, как основной исполнитель, знала много - ежедневно четыре года по полтора часа в одну сторону ездила на работу и в институт в маршрутках. Тут не только репертуар выучишь, но сам поверишь, что сидел. В общем, когда закончили очередной "гоп-стоп", от дверей донеслось вежливое покашливание.
В проходе скрестив руки на груди, хмуро подпирал косяк де Граф-младший. Его отец, слегка улыбаясь, стоял рядом. Я с ними сегодня уже виделась, а Саша сразу встал из-за клавесина и приветственно поклонился. Чему-то его всё же научили.
- Приношу извинения за беспокойство, - произнёс глава службы безопасности. - Разрешите на время забрать молодого человека?
Я согласно кивнула. Саша вышел следом за мужчиной, и я осталась наедине с лордом-защитником. Он отлепился от косяка, и, подойдя к клавесину, закрыл забытую крышку.
- Тено, скажите, у вас все песни из уголовной жизни?
Я почувствовала, что краснею.
- Нет, просто вы всегда на них попадаете, - начала я оправдываться и замолчала на полуслове. - А вы откуда знаете, о чём они?
- Мне бы тоже хотелось это знать, - де Граф встал напротив. - Вы на каком языке поёте?
- На русском. Эти, - я выделила слово, - переводить точно не стала бы.
- Занятно. Я слышу чистый анремарский. "Посмотри на это небо, посмотри на эти звёзды, видишь это всё в последний раз", - процитировал он строки песни.
- Не может быть! - то ли идеально переведено то ли воспринимаются так, как написаны - с рифмой, сохранением ритма и, подозреваю, лексики. - а другие тоже слова понимают?
Я вспомнила, что наши первые музыкальные эксперименты проходили в присутствии охраны. Но они ничего не говорили и не показывали виду, что что-то понимают. И де Граф-старший тоже слышал.
- Хм... - мужчина потёр подбородок. - Не могу сказать. Вы не против небольшого эксперимента?
Я неуверенно кивнула.
- Тогда подберите, пожалуйста, какую-нибудь песню поприличней.
Он на минуту вышел отдать распоряжение слугам. Здесь они встречались намного чаще, чем в личных покоях, но всё равно приходилось иной раз ловить и искать, если в помещении не было шнурка для вызова. Я сидела в кресле, обнимала гитару и пыталась вспомнить нормальные песни. Как назло, в голову лез блатняк и разные варианты разбойничьих.
Вскоре в комнату вошли Эрик с Крисом.
- Гвен, что случилось? - встревоженно спросил Крис, окинув меня взглядом, но обращаясь к вызвавшему их де Графу.
- Я хочу, чтобы вы кое-что послушали, - вместо ответа сообщил он и кивнул мне, мол, давайте. Я провела рукой по струнам и исполнила песенку Алисы из детского радио спектакля.
Много неясного в странной стране
Можно запутаться и заблудиться.
Даже мурашки бегут по спине,
Если представить, что может случиться.
Вдруг, будет пропасть и нужен прыжок.
Струсишь, иль сразу прыгнешь несмело?
А? Э! Так-то, дружок.
В этом-то всё и дело.
Добро и зло в Стране чудес,
Враги везде встречаются,
Но только здесь они живут
На разных берегах.
Здесь по дорогам разные
Истории скитаются
И бегают фантазии
На тоненьких ногах.
Закончив, вопросительно посмотрела на де Графа, затеявшего это прослушивание.
- Что скажете? - переадресовал он вопрос.
- Голос определённо надо ставить, - вынес вердикт Крис. - И со слухом немного поработать. Но песня оригинальная, сами сочинили?
- То есть, слова вам понятны? - не дав мне ответил, спросил де Граф и, получив подтверждение, сообщил об открытии. После обсуждения провели ещё несколько экспериментов с другими песнями. Мужчины тщательно вслушивались в слова, но так и не смогли однозначно определить язык исполнения. Списали всё на магию переноса Первого.
Меня, наконец, отпустили, и я ушла развеяться в парк. Попесчаным дорожкам прогуливалась незнакомая пара вместе с Сашей. Он что-то живо обсуждал с мужчиной, компенсируя нехватку слов жестикуляцией. Женщина шла чуть позади и с теплотой смотрела на них.
- Чудесный мальчик, - произнесла она, когда Саша, старательно следуя этикету, нас познакомил. Прогулку продолжили в том же порядке, только теперь и я беседовала с баронессой де Кольен.
- Он так похож на нашего сына, - продолжила она. - К сожалению, мы с мужем не можем больше иметь детей. Но Алесандра, - она немного переиначила имя на местный манер, - введём в род полноправным наследником.
- Вы уже решили? - я удивилась. - Так быстро?
- Признаться, когда господин де Граф рассказал о нём, мы сильно сомневались. Ожидали увидеть какого-нибудь дикаря. Приятно осознавать, что опасения были напрасны. Сколько ему? Лет двадцать?
- Семнадцать или уже восемнадцать.
- Чудесный возраст.
Мы ещё немного поговорили. Судя по всему, Саша не будет возражать против этих приёмных родителей.
Бароны де Кольен приехали всего на несколько дней, и ритуал введения в род решили провести в замке сразу перед отъездом. Получалось, что им оказана высокая честь, ведь свидетелями выступал сам император и два князя. Хотя достаточно одного того же уровня или выше и двух примерно того же статуса, что и участники ритуала.
Сам ритуал оказался прост до безобразия.
- Я, барон де Кольен, при свидетелях принимаю Алесандра в свой род на правах старшего сына и наследника, - барон произнёс ритуальную фразу.
Затем острым ножом надрезал запястье и накапал немного крови в чашу. Затем это же повторила его жена, изменив только слово "барон" на "баронесса". Порезы сразу же залечили. В чашу добавили воды, разбавив красные лужицы, и поднесли к принимаемому в род. Я, как старший по статусу, подошла к Саше и этой водой обмыла ему руки и лицо. Ритуал не требовал его активного участия, ведь в род могли вводить и несмышлёных младенцев. Вода сразу же впиталась, не оставив ни капли на коже парня. Примерно через месяц любая проверка кровной связи будет показывать, что Саша действительно имеет отношение к этим двум людям.
- С днём рождения, Алесандр де Кольен.
На этом ритуал и заканчивался. Баронам выдали грамоту, где указали факт введения в род, заверенную тремя печатями - моей императорской, и двумя княжескими - де Вена и де Графа. Теперь никто не посмеет усомниться в родственных связях, и имя нового наследника барона будет вписано в родословную книгу Империи.
Перед самым отъездом, когда бароны уже садились в карету, я отвела Сашу на минуту в сторону, попрощаться.
- Не опозорь новую родину, - я шутливо толкнула парня в бок кулаком и продолжила на полном серьёзе. - И смотри, не прогрессорствуй. В разумных пределах. Никакого пороха, бомб, ядерного оружия и прочих нефтегазовых разработок. Хватит и одного засранного мира.
- Даже не думал, - так же серьёзно ответил Алесандр. - Тем более, что всё равно знаю эти технологии только по названиям.
Глава 21.
Война началась через четыре месяца. В первый день месяца с утра хайняньский посол вручил официальное уведомление о начале боевых действий, а в обед их армия уже атаковала приграничный гарнизон.
Внешняя разведка, еле вставшая на ноги, смогла всё же определить место, время и силу удара. Первые нападения отражались достаточно легко.
