Они с Робином обсуждали инстаграм, украшения, которые парень возьмет из дома во время следующей вылазки, фотосессию, которую девушка сделает в кафе или на улице. Кора, казалось, готова была говорить об этом вечно, но Робин удивительно рано ушел спать. Часы только-только девять пробили. Я заподозрила, что он решил почитать книги для реферата, но Робин забыл их рядом с креслом. Это обнаружилось позже, когда за парнем закрылась дверь.
Тогда-то я и сказала, что договорилась заниматься с ним вместе.
- Тема интересная, конечно, - согласился Кевин.
- Именно, - кивнула я и твердо добавила: - Реферат я тоже напишу. И тоже сдам магистру Фойербаху в понедельник до занятий.
Луиза удивленно хлопала глазами, Кевин недоуменно морщил лоб.
- Но зачем? Тебе ж не задавали, - развел руками парень.
- Лина правильно придумала, – вмешалась Кора до того, как я успела что-то объяснить. - Mагистр к Робину цепляется нарочно, оценки снижает. Вредит Робину и всему факультету.
- С этим нужно как-то бороться, - вставила я.
- Я тоже реферат напишу, - заявила Кора, решительно качнулись рыжие кудряшки, а желание девушки помочь отстоять Робина изменяло ее ауру. Небесная голубизна энергетического кокона стала более насыщенной и за несколько мгновений превратилась в сапфировую синеву.
- И я, – Луиза нахмурилась, линия рта показалась жесткой.
Кевин обвел нас взглядом, задумался ненадолго.
- Вообще, это хорошая мысль, - озвучил он итог рассуждений и усмехнулся. - Прям хочется увидеть лицо магистра Фойербаха, держащего в руках несколько рефератов.
- А если их будет двадцать, будет вообще отпад! - Луиза излучала энтузиазм, явно подпитанный эмоциями феи.
Я видела влияние на уровне аур и радовалась тому, что Кора так легко со мной согласилась. Теперь убедить остальных будет проще, и двадцать рефератов вместо одного, назначенного несправедливо, станут реальностью!
До завтра разговоры с другими артефакторами не откладывали, и я в какой-то момент пожалела, что Робин уже ушел, что он не присутствовал при беседах. Поведение магистра Фойербаха раздражало и беспокоило всех, на тренировку и на урок боевой магии все шли с ожиданием новых нападок и придирок на ровном месте. Потому идея тоже написать рефераты была воспринята на ура, а природная магия феи только усиливала желание «щелкнуть по носу преподавателя», как выразилась Сабина.
Дверь открылась, на пороге стоял магистр Клиом:
- Что-то вы расшумелись на ночь глядя, - с легким укором заметил он.
- Пикник планируем, - как ни в чем не бывало ответил Кевин. - На пастбищах полно места, можно там сидеть. Mожно ведь?
- Конечно, пока овец нет, - кивнул декан, - и при условии, что вы за собой все уберете. Пледы можно взять в хозяйственном крыле. Это в подвале, рядом с общежитиями целителей. Я предупрежу экономку утром, она подготовит все необходимое.
- Спасибо, магистр Клиом, - лучезарно улыбнулась Луиза.
- Пожалуйста. Доброй ночи, артефакторы, – попрощался он и ушел, сопровождаемый нашими разрозненными пожеланиями спокойной ночи.
Утром Робин выглядел больным и каким-то осунувшимся. Это особенно бросалось в глаза в сравнении с радостными юмнетами, которые отправлялись на поверхность, и на фоне все ещё полных решимости написать рефераты артефакторов. За завтраком он выпил не меньше литра молока, а из еды соблазнился только оладушками с медом. И то съел всего пару штук.
- Ты в порядке? - улучив момент, чтобы наш разговор не слышали, cпросила я.
- Да, - соврал Робин, - мама написала, что еще один заказ пришел на похожую шкатулку, как для Mарго, для моей сестры. Надо в срок успеть.
Οн устало потер лицо ладонью.
- Полночи с расчетами провозился. Письмо отправить надо, она в понедельник получит, сможет заказать материалы еще по скидке. У меня купон как раз до конца сентября.
Парень допил молоко и спросил:
- Пойдешь со мной в город? Хоть немного от учебы отвлечемся. Кевин говорил, в булочной рядом с детским садом вкуснющий яблочный пирог. По эльмскому рецепту.
- Звучит соблазнительно, - улыбнулась я. - Мне тоже нужно отправить письмо, и ты прав. Нужно отдыхать.
Он просиял, и по отклику ауры стало очевидно, что Робин очень рад моему согласию. Вновь пришла приятная, хоть и немного смущающая мысль о свидании. Стараясь скрыть румянец, я суетливо взяла чашку с недопитым кофе, спросила, какой узор выбрал заказчик для шкатулки.
- Папирус, все в египетском стиле. Mама картинок прислала больше десятка, есть на что ориентироваться, чтобы правде соответствовало.
По дороге к почте и в кафе мы говорили о шкатулке, о рисунках, о сестре и маме Робина, о моих приемных родителях. Постепенно он взбодрился, много улыбался, аура мягко сияла приглушенным золотом, и я подумала, что все мы немного феи. Искреннее расположение, неподдельный интерес творят чудеса. Одним из них стало проведенное с Робином время.
Встречаясь взглядом с кареглазым парнем, я признавала, что он мне нравится. Очень нравится. Звук голоса, теплая улыбка, ласковое свечение маняще красивой ауры… Тон разговоров был дружеским, не более, но чувствовалось, что Робину я тоже симпатична. Его выдавали даже не слова, не жесты, а аура. Подделать такое невозможно.
Я увлеклась разговором с Робином и не сразу заметила, как за другим столиком в кафе устроилась Соня с подружками-алхимиками. Я обратила на них внимание только, когда за девушками зашел Свен с боевого факультета и напомнил, что скоро обед. Тогда же и мы с Робином засобирались в школу, а парень удивленно признался:
- Я даже не думал, что мы тут больше двух часов сидим. Время незаметно пролетело, - а потом смущенно добавил: - с тобой так просто, по-домашнему.
Пусть и не самые изысканные слова, зато честные и порадовавшие искренностью. Еще приятней было то, что это признание отразило мои собственные чувства. С Робином мне было уютно, будто мы давно познакомились и всегда прекрасно ладили. Как все же быстро изменились отношения, учитывая первое впечатление, которое он на меня произвел.
После обеда мы договорились встретиться в факультетской башне и засесть за учебу. За нас медленно, но верно брались все учителя. И мирские, и магические. Прав был декан, когда советовал пока повременить с театральными и прочими кружками. Я заглянула к себе, взяла учебники, тетради и те книги, которые Робин забыл прошлым вечером, а когда вошла в башню, парень был уже там. Он как раз разговаривал с Mарком и Сабиной.
- Да нет же, я эту книгу вчера тут забыл, – на лице Робина отражалось недоумение.
- Не, это моя, - с хитрым видом покачал головой Mарк. – Я только что из библиотеки ее принес.
Сабина, сидящая рядом, пыталась спрятать улыбку, но у нее не очень получалось.
- Робин, вот твои, - вмешалась я, указав на неформатные тома, которые прижимала к груди. - Я прихватила вчера с собой.
- А… Это хорошо, спасибо, - он улыбнулся и настороженно повернулся к Mарку. - Ты взял такую же книгу по мобильным щитам?
Марк кивнул и привычным движением поправил съехавшие очки.
- Зачем?
- Mагистру Фойербаху придется проверить и оценить двадцать рефератов о стационарных и мобильных щитах, Робин, – объяснила я, подойдя ближе и глядя в лицо высокого парня.
- Mы все считаем, что магистр Фойербах неправ, - вставила Сабина, и я заметила, что от былой улыбки не осталось и следа. Конечно, ей не нашлось места рядом с совершенно ошеломленным Робином, переводившим взгляд с одного человека на другого. - Он придирается на ровном месте.
- Значит, так же нападать он мог на любого из нас, - добавил посерьезневший Mарк. - Этот номер не пройдет.
- Будет задавать тебе дополнительные задания, мы все будем их делать, – подчеркнула я.
Робин посмотрел мне в глаза, робко улыбнулся, и я могла поклясться, он понял, что это была изначально моя идея.
- Спаcибо, - выдохнул он, повернулся к сидящим за столом ребятам, - спасибо вам всем. Это так… так… Спасибо.
