Когда по моим примерным подсчётам мы оказались прямо над черным движущимся пятном, я велел Калифрону немного спуститься. От увиденного стало не по себе.
Среди зимнего леса двигалось настоящее войско. Огромные, неизвестные мне машины на приспособлениях в виде салазок тащили ряды скрепленных между собой саней с тяжёлыми орудиями. Ряды янычар на лыжах, в меховых тюрбанах и с оружьями за спиной тянулись с двух сторон от орудий.
По дороге, проложенной тяжелыми машинами и санями, на лошадях продвигались османы, одетые в белые костюмы. Их было не меньше двухсот человек. Двести османских воинов, среди которых наверняка есть маги и ведьмаки.
Следом продвигались тройки лошадей с санями, в которых громоздились ящики, накрытые брезентом. Наверняка припасы, патроны и палатки.
Войско двигалось достаточно быстро, даже не смотря на тяжёлую технику.
Интересно, генеральный штаб уже знает о том, что по нашей земле совершенно беспрепятственно движется войско? Скорее всего нет, и нужно немедленно сообщить об этом.
Я развернул Калифрона и отправил его в обратный путь настолько быстро, насколько он был способен. Дракона не подкачал. Он летел так быстро, что я просто прижался к нему всем телом и уткнулся в теплую кожу, чтобы не вылететь.
Когда впереди показались наши, бодро двигающиеся в сторону османской крепости, велел дракону спуститься. Тот влетел в сугробы с такой скоростью, что снег просто взорвался и комьями разлетелся во все стороны.
— Саша, ты что творишь⁈ — возмутился Орлов, отряхиваясь от снега.
— Чуть левее прямо к нам движется османское войско! — выпалил я, не обращая внимания на его недовольство.
— Какое ещё войско? — насторожился граф.
— Там янычар человек сорок сопровождает технику, а сзади ещё воинов двести с обозами, — я говорил быстро от волнения.
Я вдруг понял, что наши военные не в курсе, что ещё в одном месте османы нарушили границу и теперь довольно быстро продвигаются вперёд, вглубь нашей империи.
— Погоди, сейчас, — Орлов вытащил карту местности, развернул её и велел. — Показывай.
Я примерно прикинул, где мы находимся, и в какой стороне османское войско, и ткнул пальцем на определенный квадрат.
— Точно? Уверен? — напряженно переспросил Орлов, будто моё нервное состояние передалось ему.
— Уверен.
— А может, это не османы, а наши союзники спешат на помощь? — подал голос один из бойцов.
Я решительно мотнул головой:
— Нет, не может. Знамёна бордовые с золотыми полумесяцами.
Все переглянулись. В таком случае это точно османы — ошибки быть не может.
— Значит так, Валера, иди сюда! — махнул рукой Орлов нашему связисту. — Связывайся с нашим лагерем. Я сам передам информацию. А потом… Потом подумаем, что делать.
Связист тут же снял большой тяжелый рюкзак со спины, вытянул длинную гибкую антенну и принялся связываться со штабом. Ему ответили почти сразу, Орлов взял микрофон в руки и начал объяснять ситуацию. Все замерли и с напряжением прислушивались.
— … хорошо, ждем, — ответил он, вернул микрофон связисту и повернулся к нам. — Пока остаёмся на месте. Генерал свяжется с Центральным штабом. Он сам не в курсе того, что происходит, — он тяжело вздохнул и оперся спиной о ствол сосны. — Похоже, никто не в курсе.
Прошли полчаса мучительного ожидания, прежде чем мы получили дальнейшие указания. Прежнее задание Грибоедов отменил и велел попытаться сдержать войско до подхода основных сил.
— Сдержать войско? Они в своём уме? — воскликнул один из бойцов. — Они хоть понимают, что за приказ отдают? Мы же все здесь ляжем!
— Приказы не обсуждаются, — строго посмотрел на него Орлов. — Если сказано задержать, то так и будет. А если кто-то сдрейфит и захочет сбежать, тому я лично пулю в затылок выпущу. Всем понятно?
Он обвёл нас грозным взглядом. Больше никто не осмелился возразить.
Дальнейшие два часа мы обсуждали, как и что будем делать. На мне по-прежнему наблюдение, ведь войско может поменять направление и не угодить в нашу засаду.
Мы удивились, когда в обсуждение включились ведьмаки. Эти люди никогда не воевали и даже не служили. Единственное, что они успели — пройти быструю подготовку, включающую в первую очередь владение оружием. Проверить и понатаскать в ведьминской магии их никто не мог. Не было таких спецов в империи.
— Я могу сотворить морозный туман, — сказал один из ведьмаков — мужчина лет тридцати с серыми глазами и белыми, почти невидимыми ресницами.
— Что за туман? — заинтересовался Орлов.
— На расстоянии руки ничего не будет видно. Внутри тумана холоднее градусов на десять. Могу даже зазывания организовать, чтобы они друг друга не слышали. Паника будет обеспечена, — с довольным видом пояснил он.
— Неплохо, — кивнул Орлов. — Есть ещё предложения?
— Выбор невелик, — подал голос самый старший из ведьмаков. Он носил густую черную курчавую бороду, и сбривал усы, отчего выглядел комично. — Вот летом мы могли бы организовать капканы, иллюзорные болота, ловушки, западни, а вот зимой, — он развёл руками. — Разве что «Чары холода». Только один я не справлюсь. Только если мы все вместе возьмёмся.
Он повернулся и окинул взглядом остальных ведьмаков. Те поспешили заверить его, что готовы поучаствовать.
У Орлова же настроение улучшилось. По мере того как мы придумывали всё новые и новые ловушки, западни и отвлекающие манёвры, ему становилось легче. Задание, которое казалось вначале невыполнимым, теперь уже не особо пугало.
Я не участвовал в обсуждении, но у меня был свой план. Ещё находясь в Москве, я готовился к войне и создал два десятка новых зелий. Некоторые из них могут нанести значительный урон.
Например, зелье «Пламя Древних». Его придумал мой дед, когда участвовал в войне с царством Урдан. Попав в ряды врагов, зелье взрывается мощным всплеском магического огня и поджигает всё вокруг. Потушить пламя водой или снегом не получится. Оно будет гореть, пока полностью не выгорит. К этому времени обычно всё, на что оно попало, догорает дотла.
— Саша, как думаешь, через сколько дней они будут здесь? — вывел меня из раздумий голос графа.
— Не знаю, — честно ответил я. — Зависит от того, сколько времени они будут отдыхать.
— Хотя бы примерно, — не отступал он.
— Может, дня два, — предположил я, прикинув скорость с какой они движутся и расстояние между нами.
— Два дня⁈ — Орлов снова всполошился. — Так чего же мы лясы точим? Готовиться надо!
Он принялся раздавать указания, а я направился к Калифрону, чтобы ещё раз посмотреть на войско и понять, куда оно будет направляться.
На улице уже смеркалось, но я знал, что не пропущу врагов. Они точно не будут двигаться в темноте, а возможно, они уже остановились на привал и разожгли костры.
Дракон почти бесшумно поднялся в воздух, и мы полетели в прежнем направлении. Одно меня напрягло — морозило, поэтому пропали облака. То есть мы сейчас с драконом просто как на ладони на фоне ещё светлого неба.
Когда впереди среди темных деревьев показались огни, я сначала велел дракону подняться повыше, но сразу же передумал и повернул его назад. Слишком рискованно. Лучше подлететь к ним незамеченными во тьме.
Ожидая наступления ночи, я разрешил Калифрону поохотиться. На этот раз он поймал кабана, который, прежде чем погибнуть в его мощных лапах, оповестил всю округу пронзительным визгом. Мне на мгновение это показалось плохим предзнаменованием. Сердце будто сжала ледяная рука. Бр-р-р.
Дождавшись, когда окончательно стемнеет, мы с Калифроном вновь поднялись в воздух. Османское войско даже не пыталось скрываться: горели огни, слышались громкие голоса и ржание лошадей. Они были уверены, что здесь никого нет, поэтому никого не боялись. Если бы не задание Грибоедова, то нас бы здесь не было и к тому времени, когда наши военные о них бы узнали, войско заняло бы очередной поселение или даже город и начало творить дурные дела.
Дракон сделал круг над лагерем османов, и я уже хотел направить его в сторону нашего отряда, как вдруг что-то зеленое мелькнуло во тьме и ударило по спине дракона. Калифрон взревел дурным голосом, и я заметил, как на месте попадания зеленой сферы кожа запузырилась и принялась кусками отваливаться. Ну это вы зря, очень зря. Никто не смеет трогать моего питомца.
