Одинцова император не позвал, но ему и без того было чем заняться. Он забрал у Лутковского планшет и принялся что-то набирать на нём с какой-то нереальной скоростью.
Ну а мы рванули куда-то в центр дворца. Я взял с собой Бориса, но государь будто даже не заметил этого. Жнец так и вовсе не таился, а спокойно следовал за мной и братом на глазах у всех, чтобы лишний раз показать мой статус.
Я покачал головой. Мой статус меня волновал сейчас меньше всего. Нужно было решить вопрос с этими приказами, чтобы поскорее вернуться домой.
Я чувствовал, что это только начало. Вестник наверняка знал о действиях Бартенева, если и вовсе не был его советником. А это значит, что сейчас самое удачное время, чтобы пробить стену и напасть на города.
Мотнув головой, я посмотрел по сторонам. Мы двигались по узким коридорам, которые постепенно спускались вниз. Через несколько минут мы достигли крепкой двери из закалённого металла.
Его величество приложил руку к датчику, потом набрал нужный код, а после ещё и запустил импульс силы в специальный артефакт. Система защиты здесь была на таком уровне, что мне стало интересно, смог бы Лист её взломать при желании или нет.
За дверью оказалась лестница вниз, в конце которой была ещё одна дверь. Повторив манипуляции с артефактной защитой, Михаил Алексеевич отворил дверь и впустил нас внутрь.
Я огляделся. Бункер, а это был именно он, был выполнен в виде круглой базы наблюдения, из которой вели сразу несколько дверей. Из мебели здесь был только круглый же стол и несколько стульев, закреплённых на дугообразных рельсах в полу.
Его величество сел на центральный стул и начал нажимать нужные кнопки. Лутковский помогал ему активировать систему оповещения, усевшись на соседний стул. Мы с эмиссарами и Борисом молча смотрели на их действия и ждали завершения подготовки.
— Граф, — обернулся ко мне Михаил Алексеевич. — Вы уверены, что это сработает?
— Не уверен, но мы должны попробовать, — честно сказал я и получил недовольный взгляд его величества.
Я оглядел нашу компанию. Всё же интересно получилось, что в защищённый бункер правителя империи попали «посторонние». И если бабушка и Феликс были эмиссарами, хоть и не приносили клятву верности, то я, Борис и Жнец явно были здесь лишними.
Мой взгляд перескочил на Денисова, а потом на Лутковского. Вот они точно на своём месте. Ну а нам, тёмным, здесь нечего делать. Я посмотрел на экраны, где отображались данные с тысяч камер столицы, а потом направился к выходу.
— Что вы задумали, граф? — низким голосом с рычащими нотками спросил Михаил Алексеевич, который, как оказалось, продолжал наблюдать за мной.
— Что я задумал? — я склонил голову к плечу и холодно улыбнулся. — Ничего особенного. Просто я понял, что моё место не здесь, а у стены.
— И что это значит? — прищурился он.
— Что я дождусь вашего обращения и покину столицу. Уж со своими людьми вы без меня как-нибудь разберётесь?
Глава 15
Его величество не сводил с меня взгляда около минуты, после чего развернулся к экранам и придвинул к себе микрофон. Он сделал глубокий вдох и кивнул канцлеру, и тот нажал на очередную кнопку.
— Говорит его императорское величество Михаил Алексеевич Романов, — властный голос императора ввинчивался прямо в мозг. Вряд ли этот эффект могли передать громкоговорители, но здесь и сейчас я ощущал отголоски магического усиления. — Приказываю всем подразделениям вернуться в расположение части и ждать дальнейших указаний от своих командиров. Нарушение приказа будет расценено мной как акт неповиновения и свидетельство измены.
Я повернул голову к экранам. На них было видно, как рвущиеся ко дворцу военные замирают на месте и вслушиваются в слова его величества. Кто-то сразу разворачивался, кто-то ждал продолжения речи государя, а кому-то было плевать на приказ.
Я прищурился и всмотрелся в кадры. А ведь приказ императора, который звучал через громкоговорители, перебил приказы Бартенева. Это означало, что все нарушители изначально были на стороне заговорщиков.
Что ещё интереснее — в малом тронном зале я видел, что клятву верности приносили далеко не все гвардейцы и слуги, находящиеся во дворце. Большинство из них вообще не участвовало в нападении на аристократов и попытке переворота. А вот элитные спецы, которые продолжили движение к дворцу, были явно из тех, кто действовал не под клятвой.
— Желаешь остаться и помочь? — без интереса спросил Жнец, который внимательно следил за всеми нами.
— Не особо, — я пожал плечами. — Но вот эмиссара Кожевникова я бы хотел встретить в бою. Он вёл себя чересчур дерзко в нашу единственную встречу в столичном особняке Рейнеке, а теперь ещё и решил обвинить меня в попытке захватить власть в империи.
— Я могу найти его, — предложил Жнец.
— Поищи, будь так добр, — я усмехнулся и вспомнил сообщение от бывшего княжича Давыдова, которое оставил без ответа. — И найди мне Илью Давыдова. Он должен быть в столице. Только не убивай его, мне нужно с ним поговорить.
Жнец кивнул и растворился в тенях, а я продолжил делать вид, будто изучаю экраны. Его величество закончил раздавать приказы в громкоговоритель и теперь пытался успокоить народ, уверяя людей, что опасности нет, а граф Шаховский на самом деле верноподданный его величества и империи. Ну что ж, могло быть и хуже.
Я мысленно позвал кутхара, который старательно изображал своё отсутствие.
— Грох, к тебе тоже есть дело, — сказал я, придвинувшись к выходу из бункера.
— Я уж надеялся, что ты про меня забыл, — проворчал он.
— Ага, а ещё ты надеялся, что я не замечу, как ты таскаешь артефакты из дворца, — хмыкнул я. — Хотя Ермолаев точно не обеднеет, а виру ему император назначил всего-то пятьсот тысяч.
— Только у меня проблема, — обрадовавшись, что я его не ругаю, проговорил Грох.
— Некуда артефакты складывать? — предположил я.
— Угу, пришлось взять пару пространственных хранилищ наподобие твоего кольца, — буркнул он.
— Стоп, — я замер, не двигаясь и не дыша. — А где ты их взял? Уж не в сокровищнице ли его величества?
— Ну да, так они ему всё равно не нужны, — начал оправдываться кутхар. — Они в ящике с неопознанными артефактами лежали, вот я и подумал, что нам они точно пригодятся.
— И как ты смог запихнуть в них артефакты? Они же без привязки не активны, — я нахмурился, но тут же принял безразличный вид. На меня уже косились Одинцов и Лутковский. — А, понял. Поскольку ты не человек, да и действуешь на изнанке, то проблем с наполнением не возникло, тем более что все привязки слетели. Там хоть что-то интересное внутри было?
— Откуда я знаю, — голос Гроха стал недовольным. — Складывать в них артефакты я могу, а вот достать — никак не получается.
— Вот что, потом разберёмся с ними, — пообещал я. — Сейчас ты должен ещё раз проверить весь дворец. Но в этот раз твоя задача — искать кристаллы света или тьмы.
— Так я уже всё проверил, — Грох засопел. — И вот знаешь, ты, конечно, хороший хозяин, но почему-то думаешь, что я без приказов ни на что не способен.
— Да ты просто меня уже не раз подставлял, — я вздохнул. — Если ты уверен, что собрал всё самое опасное и важное, и что во дворце не осталось кристаллов или сфер стихий света и тьмы, то можешь дальше заниматься своими делами. Но учти, что ничего особо ценного и важного брать не стоит. Всё же мы не мародёры и грабители, а гости.
— А что я? Я ничего, — тихо пробормотал он. — Что плохо лежало и было не нужно, забрал. Не такой уж Грох глупый.
— Ну-ну, — я покачал головой и не дав ему договорить отослал прочь. Я и без того знал, что он хотел похвастаться своей предусмотрительностью, ведь и Агата, и Таран в итоге оказались весьма полезными питомцами.
Так, что я пропустил, пока разбирался с кутхаром? На экранах всё поменялось. После слов императора спецы схлестнулись между собой.
Те из них, кто действовал по приказу Бартенева, пытались остановить тех, кто по своей воле предал государя. Я готов был поставить свой молот, что никто из них не приносил клятву верности, раз уж их не убило откатом, как тех бойцов в Карпатских горах.
