— Зачем ты мне всё это показал? — спросил, открыв глаза, когда трансляция мыслеобразов закончилась.
— Ты вписан в этот мир и начал его совершенствовать, но такими темпами, — в мыслях очень быстро промелькнуло, как я чудил, находясь в пьяном бреду, но этих моментов мне хватило — мне стало стыдно за свои действия. Я кричал на прислугу, бил пытавшихся меня утихомирить, хватался за оружие и меня оставили в покое, — ты скоро сляжешь и «подарки» Мегиса тебе не помогут. У тебя сначала откажут почки, потом печень. Ты покроешься красными пятнами, у тебя отекут ноги, и ты не сможешь больше ходить, и вскоре умрёшь. Не для этого ты здесь.
— А для чего?.. — ухмыльнулся, но ухмылка застыла на моём лице. Так вести себя с существом, которое только подумав может перевернуть целый мир — опасно и я заткнулся.
— Этот мир очень быстро развивается. Ты разве не заметил?
В ответ я кивнул. Ещё бы не заметить. Если с учётом времени зарождения цивилизации, то по темпу развития они опережают цивилизацию Земли на несколько тысяч лет.
— Так помоги им. И ещё, когда тебя призовёт Императрица, не торопись, тебя найдут…
«Мегис» исчез, а я продолжал сидеть, смотря на пустое место, где буквально несколько секунд назад находилось могущественное существо. Я обвёл глазами помещение.
— М-да, в свинарнике чище и что ж так воняет⁈
Воняло от меня. Двенадцать дней беспробудного пьянства до добра не доведут, как-то само собой понял, сколько я нахожусь в пьяном загуле. Думал, что придётся вставать с трудом, но поднялся без головной боли и пошёл в соседнюю комнату, где у меня в личных апартаментах имелась ванная комната. Сбросил с себя всю провонявшую потом и мочой одежду и погрузился в ванну. Ванна стояла наполненная водой, вот только холодная она была и видно, что её давно не меняли, но не в таком же неподобающем дворянину виде выходить к людям.
Долго отмокать не получилось — вода всё-таки холодная и я быстро обмывшись вылез, переоделся и хотел навести более-менее порядок, но передумал. Уселся на диван и задумался.
— Значит меня Линесса призовёт к себе, но когда, по какому поводу — неизвестно, главное — это не торопиться к ней на встречу, что ж запомним. Прогрессорствовать в этом мире я уже начал. Так что продолжим. Ладно, — хлопнул себя по коленкам, вставая, — хватит сидеть, надо позвать слуг, пусть тут приберут всё, а как извиниться за свои чудачества я найду…
* * *
[1] Отсылка на статью Г. Клетечка из университета Аляски в Фэрбенксе, опубликованную в журнале №9 (2025) Reports in Advances of Physical Science DOI: 10.1142/S2424942425500045, где высказано предположение, что три измерения времени — это основа всего. Он предложил математическую структуру из шести измерений — трёх временных и трёх пространственных.
Глава 5
Подошёл к двери, но остановился прислушиваясь. Едва уловимо за ней кто-то говорил:
— Всё не в духе энц. Лучше к нему не заходи, а то пришибёт чем. На Левита с рапирой кидался…
— Кто ж знал, что узнав о смерти холопа он потеряет рассудок…
— Не холоп он. Денщик его бывший. Служили вместе, но всё равно. Какую неделю сидит в обнимку с бочонком и никого не впускает. Какие-то черти к нему приходят, и он с ними или пьёт, или воюет, не понятно. Так что иди, Сафронья, завтра поутру приходи, может отпустит энца. Я за лекарем послал, сегодня к полудню обещался быть. А ты иди, потом приборкой займёшься, когда…
Я слышал голос только одного, а второго, точнее второй — моей служанки, как ни прислушивался не мог разобрать, но суть разговора мне стала понятна. В дурку меня хотят поместить.
Резко открыл дверь, хорошо хоть она открывается внутрь, а то бы пришиб кого ненароком, да так неожиданно это у меня получилось, что стоявшие возле двери управляющий и служанка отшатнулись, а Сафронья вдобавок вскрикнула что-то нечленораздельное, отскочив к противоположной стене.
— В моих апартаментах убрать, навести порядок, — заговорил, пока те не опомнились, — вещи в стирку и ещё, — перевёл взгляд на служанку, — возьми себе помощников, одна не справишься, а с тобой, Вихор, пойдём пройдёмся, но сначала прикажи баню истопить. Я тебя на крыльце подожду.
Шёл по коридорам быстрым шагом. Кто встречался мне по пути уступали дорогу, вжимаясь в стену, а до меня долетал тихий шёпот, но к разговорам я не прислушивался. Хотел быстрее выйти на свежий воздух, а то смрад «свинарника», в который я превратил свои комнаты до сих пор преследовал меня…
Откинувшись на спинку лавки я с удовольствием вытянул ноги. Всё-таки хорошо сидеть помытым, в чистой одежде, а не валяться на полу, хрюкая на радостях от окружающей грязи. Мылся в бане один. Выгнал всех помощников, там и так дышать было нечем. Здесь баню-то топят по-чёрному. Предбанника нет, топка открыта внутрь парной, а сколько дыма пришлось наглотаться, пока отделался от навязчивого запаха смрада, что не передать. Вот и сидел я сейчас возле бани на лавочке, пил какой-то отвар из мёда и каких-то трав, размышляя, как переустроить баню, чтобы она топилась по-белому.
— Уважаемый энц, лекарь приехал, — вывел из приятной неги подошедший Вихор.
— Гони его.
— Нельзя так, уважаемый энц. Я его три дня упрашивал приехать. Насилу уговорил.
— Что так? Он не хотел ехать? Тогда почему приехал?
— Так, — замялся управляющий, — хорошие деньги ему посулил. А то он ни в какую к пьяным не хотел ехать. Говорил, что проспится, тогда приеду.
— Ясно. Пошли посмотрим, что это за лекарь такой, да ещё и с норовом.
— Так поговаривают, что он незаконнорождённый сын уважаемого дворянина. Но кто знает, может врут.
Лекарь оказался мужчиной лет тридцати, одетый в простую, но добротно сшитую одежду.
— Добрый день, уважаемый энц, — обратился он первым ко мне, — я — Тинос Враски, личный лекарь энца Виталиса Хромушикина, вашего дальнего соседа.
— Очень приятно. Но слишком вы долго собирались, я уже выздоровел.
— Понимаю и очень рад, что вашему здоровью ничего не угрожает. Но… — тут он замолчал и зыркнул на управляющего.
— Договаривай.
— Но заплатить, как уговаривались всё равно придётся. Дорога дальняя, целый день в пути, — начал ныть лекарь. А я смотрел на него и думал. Вроде на шарлатана не похож. Руки ухожены, одет в чистое, целый чемодан с собой всякой лабуды привёз, наверно и вправду лечить хотел. И оставлять такого без работы как-то не хотелось, а если учесть, что немалые деньги ему посулили, так пусть отрабатывает.
— Вихор, у нас есть кто больные и немощные?
— Из дворян никого, только вам бы, уважаемый энц, с лекарем поговорить, может снадобье какое даст, чтоб…
— А не из дворян? — перебил Вихора, кстати, надо будет поинтересоваться, а где мой лекарь, я же всё-таки дворянин и лекарь в усадьбе нужен, а то случись чего непредвиденное и не дождёшься медпомощи, сделал себе зарубку на память.
— Не из дворян, — замялся Вихор, ответно зыркнув на лекаря.
— Ему мы заплатим, как уговаривались, а кого лечить это уж я укажу.
К счастью Тинос Враски промолчал, не стал ерепениться, мол приглашали к дворянину, а заставляют чернь лечить. Он стоял тихо, даже как-то отрешённо смотря на нас.
— Как же, есть хворые…
Ради интереса я навязался вместе за лекарем если не помогать, то посмотреть, что он будет делать. Троим, что кашляли и чихали, и это летом-то, он, послушав длинной трубкой лёгкие, выдал какие-то свёртки с травами, объяснив, как заваривать, как долго и сколько пить. Двоим, что маялись с болью в суставах выдал какую-то мазь, но потом отозвав меня, сказал, что это старость пришла и от тяжёлой работы их лучше освободить. В ответ я кивнул, а поток страждущих не прекращался. Казалось, что все в усадьбе чем-то резко заболели.
При первом приближении, ну не медик я, Тинос Враски делал всё быстро, умело. Не гнушался расспросить пациента, осмотреть, но главное, каждый раз после приёма тщательно мыл руки. Этот факт меня обрадовал и дальше я смотреть, что делает заезжий лекарь не стал.
