Да какого демона⁉ Даже сжечь нормально не могут, орут непонятно что. Тьфу! Сквозь головную боль продирались воспоминания о костре, инквизиторах и двенадцати кровных маяках, которые не сработали. Но я как-то выжил…
— Комааарииин! — разносился вой над болотами. — Сдохни уже как мужик!
Почему над болотами? Так сырость, чавкающая грязь при любом движении и этот вездесущий гнус, зудящий на грани восприятия. Вы не подумайте, я не жалуюсь. Зад у меня до сих пор припекает от воспоминаний и не только. Так что болото готов был возлюбить как родное, а если надо и заквакать для маскировки. Смущала только последняя фраза про «сдохнуть». Второй раз за день — это уж слишком!
Тело, наконец, обрело чувствительность. Вместе с этим впервые за пять лет ощутил свой дар, хоть и на минималках. Взглянул на левую руку, где всё ещё горела чёрным огнём печать, и удивился. Тонкая кисть, упаси кровь, девичья, вот будет умора-то! Другой рукой потянулся к промежности. Фух, хвала крови, мужик! Ну как мужик, пока заготовка под мужика, но это мы исправим.
Я с плохо сдерживаемым восторгом потянулся к своей силе. Она откликалась по первому зову, словно продажная девка, почуявшая звонкую монету. Восприятие улучшилось, где-то на границе сознания определил тихие удары сердца. Один преследователь ощущался тёплым сгустком в тридцати метрах, другой обходил кругом, метрах в шестидесяти.
Хм, а вот это приятный сюрприз. Рядом умирала, стирая линию жизни, кровь. Густая тягучая она просилась на язык, передать последнюю память. Не отказал себе в удовольствии продегустировать кровь из горла помирающего убивца.
Перед глазами промчались последние полчаса его жизни. Не густо, конечно, но для начала уже хоть что-то. Охота на какого-то мальчишку, бледного до синевы и с красными глазами. Худого, как жердь, но упрямого. Какой ещё придурок попрётся на болото спасаться от убийц. Хотя парень был не так уж безнадёжен. Умудрился малый круг призыва создать и этому вон горло вспороть для запитки. Правда, и сам получил нож в печень, но это уже тонкости. Крупицы силы крови присутствовали, раз смог призвать на помощь. А может, кто-то из местных богов вмешался.
Голос одного из сообщников раздался совсем рядом, мешая думать. Пришлось вынуть из тела нож и аккуратно уползти под воду, предварительно выломав первую попавшуюся соломинку для дыхания. Вовремя. Убийца как раз нашёл тело своего товарища и склонился над ним проверяя, жив ли. Более идеального момента сложно было представить. Я вынырнул, и мой нож перерезал ахиллово сухожилие словно бумагу, отведав новой крови. Мужик упал, как подкошенный. С такой раной далеко не убежишь, да и зачем от меня бегать. Только помрёт уставшим. Следующий удар ножом пришёлся ему в живот. Охотник, ставший дичью, орал как свинья на скотобойне. Пора было это заканчивать. Удар по горлу, и пока душа ещё не успела покинуть это тело, вскрываю ножом грудную клетку, подбираясь к сердцу.
Мысленно благодарю того, кто меня сюда вытянул, и вспарываю сердце.
— Прими в дар сего скромного охотника, поднявшего руку на твоего последователя. Ответом мне стал тёплый ветерок благодати местного божества.
Продегустировав и этого, чуть расстроился. Опять шестёрка, но хоть информации получил чуть больше. Сезон охоты открыли на Михаила Юрьевича Комарина, единственного наследника не так чтоб уж и древнего, но аристократического рода Комариных. Титул они получили пару сотен лет назад за верную службу государю, три поколения отличились в разведке. А вот в последние годы попали в опалу, отбыли в семейное имение Хмарëво на болотах Новгородской области и затаились, как мыши под веником. Вот только это не спасло.
Один за одним за десять лет совершенно случайно погибли дед, отец, мать и парочка дядьёв малолетнего Михаила. А сегодня у него совершеннолетие, и за ним пришли.
Так, что-то я отвлёкся. Где там наш третий? Хм. А третий был не так уж и прост. Скакал по болоту хаотично, словно лягушка, появляясь в неожиданных местах. Так дело не пойдёт. Уж больно точки его приземлений большой круг призыва напоминали. Мне бы хоть каплю его крови…
— Сейчас будет, — раздался в голове низкий голос, преисполненный собственного достоинства. Вот же кровные сущности, значит, местный бог всё-таки пожаловал на огонёк.
Рядом назойливо кружил комар, раздражая звонким писком. Я отмахивался, как мог, всё же негоже тварь кровососущую убивать, сам таким в прошлом мире и в прошлой жизни был.
— Похвально, но она не жрать тебя прилетела, а каплю крови принесла, как ты и просил, — отозвался местный покровитель.
— Да ты же моя хорошая, — я расплылся в улыбке, подставляя тыльную сторону ладони. Комариха присела всего на мгновение и улетела, оставив после себя каплю крови, тут же впитавшуюся в кожу. Кровь к крови и дар предоставил хотя бы какую-то информацию.
Хм… Занятно. Одарённый, тоже кровью увлекается, но всё больше по проклятиям. Правда, силы у него, как у бабки деревенской, но энтузиазма хоть отбавляй. Это же он сейчас на бедное болото проклятие расчерчивает, чтобы что? Пресечь местный род, проклясть угодья и под шумок скупить бесполезные земли с титулом за бесценок.
А вот х… хобот тебе от комара, а не земля моя.
Там как раз контур проклятия запитывать начали. Ну так я не гордый, помогу. Сосредоточившись на крови своего противника, просочился в его сознание. Связь получилась откровенно слабая, поверхностная. А всё из-за этой бл… благодатной печати. Ладно, сначала дело, а сожаления потом.
Ой, какие мы дёрганые, ручки-то дрожат! Кто ж с таким тремором проклятия накладывает, помереть же можно… А в данном случае ещё и нужно. Одно неловкое движение, и моими стараниями контур запитывается не от местного странного источника силы, а от самого проклинателя.
Корчило его недолго, высушило до состояния мумии за пару минут.
Ещё раз просканировав даром местность вокруг себя, сердцебиений не обнаружил. Теперь можно и поговорить.
Опыт мне подсказывал, что переносы душ через грань миров происходят не просто так, а если кому-то божественному очень прижмёт. Осталось узнать, кому и чем обязан своим вторым шансом. Пусть я и маг крови, тёмное отродье, и бла— бла— бла, но кровь не тот инструмент, который можно использовать, будучи беспринципным ублюдком. Кодекс крови такого не прощает, а значит, будем узнавать условия и договариваться.
— Очень верные мысли, — снова раздался в голове голос.
— С кем имею честь общаться? — решил проявить вежливость. Как никак бог, с костра снял, да и печать приглушил.
— Комаро — я, — уже более деловым тоном ответил голос, — бог комаров в этом мире. Последние три сотни лет покровительствую роду Комариных, который кое-кто решил прервать. А ты?
— Извини, но неужели ты не поинтересовался, кого с костра снимал, перед тем как переносить? — неподдельно удивился вопросу.
— Да мне не принципиально было, кто ты и как зовут. Главное, способности были, жизненные принципы тоже и мозги на месте. С остальным разбираться некогда было, тут Михаил уже загибался.
Манера общения и рассуждения Комаро мне импонировали. Простой он, без пафоса. Чётко и по делу. С таким сотрудничать одно удовольствие.
— Кое-кто — это имеются ввиду человеческие разборки или божественные? — решил я уточнить на всякий случай размер задницы, в которой оказался. И всё равно это было лучше, чем обжарка до хрустящей корочки на костре.
— Думал, что человеческие, но с учётом того, что у меня уничтожают второй род за последние семь сотен лет, уже не уверен, — с сомнением отозвался Комаро.
Так себе статистика. И дураку понятно, что с таким раскладом к нему под опеку скоро ни один род не захочет идти. А это потеря репутации среди их круга, да и полное бессилие в перспективе. Ох, как я хорошо понимаю его мотивы. Сам через что-то подобное прошёл. Теперь понятно, почему Комаро выдёргивал душу из другого мира. Здесь не только способности, но ещё и опыт нужны были. Ну что же, повоюем, значит.
