Я ослабил поводок Тарана ещё сильнее, так, чтобы он мог пройти за стену и навести там порядок в теневых слоях. Правда это не сильно поможет, ведь ликвидаторы вполне могут укрываться тенью, не уходя на изнанку. Вот же демоны бездны!
Стоило мне подумать об этом, как пулемёты резко замолчали, а потом раздались крики боли.
— Они здесь! Прошли сквозь стену! — разобрал я несколько более внятных слов.
— Активировать личные защитные артефакты! — проорал я и призвал теневые клинки. — Против нас работают ликвидаторы! Всем атаковать с расстояния! Держите дистанцию!
А в следующее мгновение передо мной появилось сразу четыре ликвидатора, наполовину скрытые тенью и без единой эмоции на лицах.
Глава 24
Бартенев — тварь. Убил бы его ещё несколько раз, если бы можно было. Но этот ублюдок мёртв, а последствия его действий до сих пор аукаются.
Силуэты теневиков одновременно сдвинулись в сторону. Их движения были отточенными, экономными и очень эффективными. Первый удар приняли на себя щиты ближайших гвардейцев, и треск защитных барьеров стал началом битвы.
— Прости, папа, я только троих успел поймать, — донеслось до меня разочарованное пыхтение Тарана. — Ушли они от меня.
— Борис, вырубай точечно, — распорядился я, мысленно успокоив Тарана, который сокрушался, что не может прийти в реальный мир и добить врагов. — Александр, используй связки проклятий с радиусом более пяти метров. Действуй быстро, сейчас скорость — твоё главное преимущество.
Ну а дальше началась резня. Причём мои люди сражались с призраками, или ликвидаторами, как их называют в этом мире, вполне успешно, несмотря на их отработанную до автоматизма манеру боя.
Двоих сразу прошибли из автоматов с магзарядами гвардейцы, поймавшие момент, когда теневики материализовались для атаки. Борис схлестнулся с ещё одним, а дядя швырял горстями проклятия паралича и слабости.
На секунду показалось, что мы контролируем поле боя, но эта иллюзия развеялась, когда трое ликвидаторов вынырнули из теневых покровов прямо в центре нашего строя. Они срезали двоих гвардейцев быстрыми ударами по горлу, с одной атаки пробив барьер защитных артефактов.
Мне пришлось перемещаться через тень, чтобы успевать за призраками, для которых битвы и убийства были частью жизни. Они укрывались тенью, не уходя на изнанку, и успевали нанести несколько ударов перед очередным исчезновением.
Я видел, как трещат защитные артефакты моих людей при ударах теневиков. В который раз я порадовался, что снабдил гвардейцев защитой, причём большинству достались усиленные артефакты из сокровищницы Давыдовых. Хоть какая-то польза от бывшего соседа.
К сожалению, мы несли потери, несоизмеримые с потерями врагов. Слева от меня раздался уже знакомый хруст ломающегося щита, а через мгновение стон боли, который тут же затих. Простые защитные артефакты не выдерживали натиска призраков, а это означало, что нужно ускориться.
Тем более, я понимал, что два десятка ликвидаторов — слишком мелко. Либо они пришли, чтобы провести разведку боем, либо Лопуховы действительно важны для Вестника. Но я не видел ни единого движения теневиков в сторону княжеской четы, так что мог с уверенностью сказать, что это проверка.
В любой момент могут нагрянуть некромансеры, а то и Призывающие. Земля под ногами уже не дрожала и не вибрировала, но это ещё ничего не значило, ведь я до сих пор не знал, что происходит в мире и откуда доносились взрывы.
Я ожидал, что Вестник может напасть на города, но как до Тюмени, так и Тобольска было не менее двухсот километров, и я бы не смог ощутить нападение на них с такого расстояния. Впрочем, разбираться с этим буду после того, как покончу с врагами.
Мимо меня пролетел теневой клинок, и я тут же переместился вперёд, отбивая следующую атаку на подлёте. Моё теневое оружие было ничуть не хуже, поэтому я ударил длинным мечом в пустоту, а затем метнул теневой кинжал в место возможного перемещения призрака. Клинок вонзился в живот и растаял, но я уже совершил очередной прыжок через тень и добил раненого врага.
Только я с ним закончил, как мне в спину зарядили маленькими теневыми сгустками, которые принял на себя купол тьмы. Извернувшись в не очень удобной позе, я послал в ответ собственные теневые сферы, направив их веером.
Послышался крик боли, но тут же оборвался, когда в раненого призрака, замедлившегося на доли секунды, несколько раз выстрелили из автомата. Повернув голову, я кивнул Лосю, который с ухмылкой на губах снова вскидывал оружие, целясь в следующего теневика.
Справа от меня сражался князь Куприянов вместе со своими людьми, он швырял веером огненные иглы и поливал пространство перед собой огненным же дождём. При этом князь уже дважды вынимал из-за пазухи артефакт, заполненный его собственной энергией, для пополнения резерва.
Я ненадолго остановился и проследил за тем, чтобы он целился во врагов, а не в моих бойцов. Что бы он там ни говорил, а связь с Бартеневым сильно откатила назад наши отношения, которые из дружеских перешли в форму приятельских.
Слева бился Александр. Его проклятья стали попадать точнее и кучнее. Я видел, как он обрушивает мощь проклятий перед собой, выбивая призраков из строя. Он добивал их теневыми лезвиями, не приближаясь и сохраняя дистанцию.
Только я хотел напомнить ему, что надо бы и по сторонам смотреть, как увидел за его спиной призрака с оружием наготове. Пришлось резко выпускать щупальца тьмы, чтобы замедлить его, а потом перемещаться к дяде.
В итоге мы оказались спиной к спине, и так и сражались какое-то время. Я остался на месте и подбивал призраков, что пытались вырезать моих гвардейцев. Краем глаза я следил за Борисом, который разделался с первым врагом и перешёл к следующему.
Они были равны по силе и умениям. Я видел зеркальные отражения их ударов и движений. Они будто сражались против себя самого, поставленного напротив.
Всё же интуитивная подготовка Бориса оказалась для него самой правильной. Нельзя научить теневика биться с тенью, если ты сам не владеешь тем же направленным даром. Всегда будут ограничения или ненужные действия, которые годятся для проклятийника или боевого мага, но совершенно не нужны призракам.
Я следил за Борисом и на моём лице сама собой расплывалась довольная ухмылка. Мой маленький брат сражался со взрослым тренированным теневиком. С ликвидатором, которых в этом мире боялись едва ли не больше гроксов, ведь они были реальной угрозой в отличие от теневых монстров, не покидающих изнанку.
Я и сам бился с двумя такими ликвидаторами и едва выжил. Правда я был гораздо слабее, чем сейчас. И всё же Борис показал себя настоящим мастером боя.
Вот они с призраком качнулись вправо, уходя от теневых клинков друг друга. В следующий миг они отпрыгнули назад, чтобы выпустить несколько теневых залпов, а потом снова сошлись в ближнем бою. Их удары были равны по силе и точности.
Но у Бориса было преимущество — я научил его использовать тень в разных её проявлениях от ловушек до щупалец. И он воспользовался им.
Во время очередной синхронной атаки, когда в Бориса и его противника летели теневые копья, из земли под ногами призрака выплыли теневые путы. Они обвили лодыжки врага и подтянули его к Борису.
Мгновение — и мой брат переместился к следующему врагу. А за его спиной медленно истаивали теневые косы, прошившие тело призрака.
Я оглядел поле боя и насчитал двенадцать убитых теневиков и шесть раненых, которых прямо сейчас добивали мои люди. Но изначально врагов было чуть больше двадцати. Троих успел перехватить Таран, значит, ещё как минимум двое оставались под теневыми покровами.
И они не заставили себя ждать. Один призрак материализовался прямо перед Лопуховыми. В его руке проявился теневой клинок, который вполне мог разрезать мою паутину.
Я выругался и метнулся к ним, но не успел. Лёгкое движение руки, и на шеях княжеской четы расцвели алые полосы. Князь и княгиня не успели даже закричать, да и не смогли бы, ведь моя паутина не давала им говорить.
