Вот теперь я окончательно понял, что целью призраков было не спасение союзников и даже не моё убийство. Они хотели задержать нас и выбить из строя как можно больше моих людей.
Призрак даже не посмотрел на своих жертв и на кровь, хлынувшую на промёрзшую землю. Он снова скрылся за теневым покровом и через мгновение вынырнул за спиной у Лося.
Я понимал, что не успею прикрыть истребителя, но всё равно рванул к нему. И как только я оказался рядом, в спину Лося вонзился теневой клинок.
Лось резко развернулся, не обращая внимания на рану и боль, и выстрелил из автомата, упёртого в живот призрака. От выстрела в упор теневика отбросило, но тень прикрыла его от ранения.
Зато она на миг открыла другие уязвимые места. Этого самого мига хватило Сычу для выстрела. Его автомат выплюнул короткую очередь. Три пули вошли в грудь и ещё парочка в горло. Теневик рухнул замертво, а Сыч быстрым бегом переместился к Лосю и успел поймать его за мгновение до того, как тот осел на землю.
— Спасибо, — прохрипел Лось, теряя сознание.
Сыч выматерился и приложил к товарищу лечебный артефакт, силы которого явно не хватало, чтобы залечить настолько серьёзную рану. Лист, который всё это время отстреливался по врагам, заметил раненого друга и громко свистнул. Это было похоже на условный сигнал, но я не знал, кому он предназначался.
Ровно до того момента, как откуда-то от стены в нашу сторону не помчался помощник целителя. Семён бежал, сжав кулаки и зажмурившись, и орал во всё горло. Он будто ожидал, что прямо сейчас на него со всех сторон нападут враги.
Выходит, моя троица сдружилась с мальчишкой, раз у них уже появились свои условные сигналы. Это интересно, конечно, но надо бы мне убедиться, что последний призрак погиб и не подобьёт парня метким ударом.
Стоило мне подумать об оставшемся в живых теневике, как мой взгляд уловил почти незаметное движение у груды покорёженного металла, оставшегося от машин Лопуховых. А он не слишком умный, похоже. Ну или решил найти уцелевшие ящики с кристаллами.
В любом случае, ему уже не уйти. Заметил его не я один. Александр посмотрел на меня, молча мотнул головой в его сторону и, дождавшись моего кивка, резко выбросил вперёд ладонь.
Воздух вокруг теневика сгустился и почернел от мощности проклятий. Это была потрясающая связка — удушье, паралич и ледяной озноб. Призрак замер, его силуэт задрожал от попытки раствориться в тени или укрыться её покровом. Но ему это уже не помогло — проклятья сковали не только его тело, но и магию.
Я увидел, как в сторону теневика полетело что-то маленькое и блестящее, и повернул голову. Лист не стал стрелять, вместо этого он запустил ещё парочку коротких стальных шипов.
Тело теневика прошило в нескольких местах, но смертельным стал шип, вонзившийся в висок. Призрак дёрнулся и безжизненно осел на землю.
Я прикрыл глаза, усилив взор тьмы до предельной мощности. Вроде бы мы со всеми разобрались. Я вслушался в тишину, которая наступила после последнего выстрела. Стоны раненых, тяжёлое дыхание бойцов, треск оставшейся в воздухе магии — всё это не мешало мне сконцентрироваться на ощущениях.
— Отчёт о потерях, — скомандовал я, не повышая голоса.
Адреналин отступал, и во рту появился привкус железа, крови и ярости. Чего-то не хватало. Я открыл глаза и встретил взгляд Владимира Куприянова, вокруг которого медленно затухала горящая земля. Точно. Не хватало привкуса пепла на губах, к которому я настолько привык, что без него будто и боя не было.
— Господин, — обратился ко мне Ивонин. — Мы потеряли десятерых ребят, шестеро тяжело ранены, самый тяжёлый — Лось, но с ним уже Семён работает.
— Где Белый с Савельевым? — спросил я, осознав, что не видел их обоих во время боя.
— Они в госпитале были, их там придавило сильно, — Максим вздохнул. — Семён их вытащил и подлатал.
— Награду ему сам придумай, — коротко сказал я, не думая расслабляться. — Спроси, что ему нужно. Деньги, теневые монстры, книги, тренировки — он должен получить что попросит.
— Так точно, господин, — Ивонин приложил руку к груди.
Ну а я снова посмотрел на Куприянова, рядом с которым стояли его гвардейцы. Я видел, что два из них ранены, а трое погибли. Сам князь не пострадал, но выглядел чересчур бледным. В руках он сжимал пустой артефакт для подзарядки, при этом пальцы его неслабо дрожали. Думаю, что через пару часов он не просто свалиться от истощения, а впадёт в магическую кому — столько раз наполнять почти пустой источник за короткое время всегда чревато.
— Константин, — позвал он меня. — Мои люди видели, как тот теневик забрал что-то у княгини. Кулон или медальон.
Я кивнул и направился к призраку, что всадил клинок в спину Лося. Пришлось обыскивать тело с особой тщательностью, что было не слишком сложно — в прошлый раз ликвидаторы при себе вообще никаких артефактов или предметов не держали. Так что через пару минут я вытянул из его кармана тонкую цепочку, на которой висел маленький металлический цилиндр.
Выходит, что смерть Лопуховых была не просто устранением свидетелей или наказанием за провал. Призраки должны были забрать эту вещь для Вестника. Но что это? На артефакт не похоже. Ключ, идентификатор или та самая «плата за место рядом с Вестником»?
Я выпрямился и показал цилиндр Куприянову. Он нахмурился, но отрицательно мотнул головой.
— Понятия не имею, что это, — сказал он и покачнулся.
— Я тоже, — я пожал плечами. — Вам не кажется, что стоит вернуться в своё имение? Здесь мы вроде бы со всем разобрались, а у вас истощение.
— Да, как раз думал, успею ли добраться до своей спальни или рухну на пороге, — он слабо улыбнулся и махнул своим гвардейцам. — Заберите раненых и убитых. Возвращаемся.
Пока они загружались, я отслеживал не только всю округу, но и поводок Гроха. Что-то слишком уж долго он добирался до поместья, зато обратно двигался гораздо быстрее. Через несколько минут Куприянов уехал, и мы остались одни.
Я повернулся и нашёл взглядом Бориса. Брат стоял в тени госпиталя и внимательно наблюдал за людьми. Я прошёл к нему и встал напротив.
— Ты молодец, Боря, — сказал я, положив руку на его плечо. — Ты бился на равных со взрослыми тренированными ликвидаторами и одержал победу.
— Я тоже тренированный, — спокойно сказал он. — Меня ведь ты тренировал, а их — не пойми кто.
— Тоже верно, — я усмехнулся.
— Ты ждёшь ещё врагов? — брат посмотрел на меня внимательным взглядом, и я кивнул. — Мы с Тараном можем объехать изнанку, если хочешь.
— Пока не стоит, — я покачал головой и вздохнул. — Если там те, о ком я думаю, то вдвоём против них лучше не идти. Даже с Тараном.
— Ладно, — он пожал плечами и снова принялся изучать обстановку.
Я же выпрямился и посмотрел на пострадавший госпиталь. Может его вообще перенести в другое место? Каждый раз отстраивать его заново — не так уж дёшево. Хотя у меня же теперь есть одарённые стихии земли, с ними попроще должно быть.
— Господин, за стеной всё чисто, — сказал Ивонин, шагнув ко мне. — Мы усилили наблюдение, движения нет, но у нас видимость ограничена реальным миром, изнанку мы проверить не можем.
— Знаешь, давно надо было озаботиться защитой от прохождения по теням, — устало сказал я. — Только вот против падших тёмных никакая защита не поможет.
— А я вот что думаю, господин, — проговорил Максим. — Это ведь когда-нибудь закончится. Ну там, падшие, Вестники и заговоры. А против обычных монстров наша стена выстоит. Её же так строили, чтобы даже теневые монстры не прошли, но про людей не подумали.
— Выстоит, говоришь? — я поднял голову и посмотрел на стену.
Она действительно казалась непоколебимой. Бетон, сталь и магия — прочная основа и не менее прочная нутрянка. Через неё смогли пройти только землерои, и те подкоп вырыли.
— Скорее всего, ты прав, — я улыбнулся Ивонину и прислушался к ощущениям.
Всё было тихо, даже как-то слишком тихо. После устроенного Лопуховыми представления и нападения призраков я всё же ожидал чего-то масштабного. Но, как заметил Ивонин, стена на месте, а остальное — мелочи.
