– Будьте осторожны, – тихо сказал Араи.
– Вроде бы змей не видно, – подала голос Эмири и, сняв очки, начала протирать запотевшие линзы.
– И шипения не слышно, – отметила Каминари. – Отлично, лисы их съели. Терпеть не могу змей…
– Странно, вы ведь похожи, – отозвался Акагэ, и Каминари бросила на него тяжелый взгляд.
– Думай, прежде чем шутить, – раздраженно бросила она, а затем с нарочитым сожалением вздохнула. – Точно, ты же не умеешь думать.
Акагэ усмехнулся, с весельем посмотрев на Каминари. Тора не обратил внимания на их перепалку и лишь холодно заметил:
– Они могли съесть не всех змей.
Мы пошли дальше, в ту сторону, где Эмири видела выход. На этот раз я и сама разглядела дверь посреди густой зелени и мощных стволов суги.
Моя кожа уже успела стать липкой от пота, а жаркий воздух будто загустел, замедляя нас. Обычно я спокойно переносила жару, в отличие от Минори, которая ненавидела, когда температура поднималась выше двадцати пяти градусов. Но здесь было еще и так душно… Казалось, даже в самый знойный летний день в Токио не было такого жара. И деревья не спасали от палящих солнечных лучей – даже в тени воздух был сильно прогрет.
Но дорога до выхода заняла у нас не больше десяти минут. Несмотря на усталость и жару, мне хотелось идти быстрее, и незаметно для себя я то и дело ускоряла шаг. Мне не терпелось выбраться отсюда, не терпелось закончить этот страшный рассказ и оказаться в безопасности… хотя бы на ближайшие три дня.
Белая дверь просто стояла посреди леса, словно росла прямо из влажной почвы. Мори вырвалась вперед, чтобы первой открыть дверь, и на секунду я замерла, ожидая, что что-то пойдет не так и она не поддастся…
Но нет. Дверь распахнулась, и за ней показался привычный непроглядный мрак. Я переглянулась с Кадзуо, который ответил мне ободряющей улыбкой.
Но внезапно раздался громкий вскрик.
Сразу же развернувшись, я увидела, что на Йоко прыгнула змея и вцепилась в рукав кожаной куртки, которую Ивасаки отдал ей в самом начале истории. Ивасаки тут же схватил змею за хвост и попытался оторвать ее от рукава. Змея расцепила пасть – и сразу же метнулась к Ивасаки.
Краем глаза я заметила, как в спасительную темноту кинулись Мори, Харуки, а также Каминари и Тора. Акагэ помедлил, но затем тоже скрылся за дверью.
Не успела змея укусить Ивасаки, как к нему бросился Араи. Тогда змея вцепилась в его руку, и Араи ухватился за ее туловище, пытаясь оторвать от себя.
– Уходите! – бросил Араи.
– С ума сошел! – закричал Ивасаки.
– Уходите! – требовательно повторил Араи.
Хасэгава, в глазах которого вспыхнула тревога, остался на месте, как и побледневшая Йоко. Я тоже застыла, и даже в глазах Эмири отразился страх.
Наконец змея расцепила зубы, и Араи отшвырнул ее в сторону.
– Уходим! – тут же велел Кадзуо.
Эмири первой выбежала за дверь, а за ней и Йоко. Я последовала за подругами: нужно было убираться, пока не появились еще змеи.
Мое сердце билось как сумасшедшее, а к горлу поднялась горечь.
Араи укусили. Его укусила ядовитая змея.
Темнота перед глазами рассеялась, и я увидела тот же зал, где мы ждали начала кайдана – как и обычно. Пламя в синем фонаре, дрогнув напоследок, погасло, забрав с собой зловещие голубые отблески. Ночь за окнами дома отступала, сдаваясь утру, и вокруг было почти светло. Но это не принесло мне привычного облегчения, и я, резко обернувшись, приблизилась к Араи, который вышел из двери последним.
– Араи-сенсей! – испугалась Йоко. – Вас укусили!
Он выглядел абсолютно спокойным. Я заметила, что Каминари, Тора и Акагэ не спешили уходить и теперь смотрели в нашу сторону, ожидая, что произойдет дальше.
– Все в порядке, – заверил Араи и одернул длинный широкий рукав своего одеяния. – Эти змеи не причинят мне никакого вреда. Я же уже говорил вам всем, что кайданы для меня не угроза.
– Ты сам себе угроза, безмозглый мошенник! – воскликнул Ивасаки со смесью страха и злости в голосе. – Тебе самое место в больнице!
– Да, я ведь там и работаю, – абсолютно спокойно кивнул Араи.
Я не понимала, как он может оставаться таким хладнокровным. Казалось, он и правда не переживал, что в любую минуту может умереть из-за яда мамуси!
Неужели Араи действительно верит, что неуязвим, что ёкаи не представляют для него опасности? Или просто не хочет показывать страх?
– Хм, – напряженно протянула Эмири. – Вообще-то, если не ввести противоядие, вы можете умереть.
– Надо попробовать выиграть противоядие в азартной игре! – поспешно предложила я, и мой голос зазвенел от тревоги.
Спокойствие Араи выводило меня из себя, а его, напротив, явно раздражал наш страх.
Араи, тяжело вздохнув, провел рукой над местом, куда его укусила змея, а затем откинул рукав и продемонстрировал нам предплечье.
На коже не было и намека на укус.
– Видите? – хмыкнул Араи. – А вы все еще не прислушиваетесь к моим словам, хотя я столько раз доказывал вам свою правоту… Какое разочаровывающее недоверие.
Я изумленно смотрела на Араи, не понимая, как такое могло произойти. Я видела, как змея впилась клыками в его руку. Не мог же он на самом деле вылечить этот укус…
Йоко смотрела на Араи во все глаза. Ивасаки казался сбитым с толку, так же как и Эмири. Хасэгава хмуро и одновременно с интересом разглядывал Араи, а эмоций Кадзуо я разобрать не смогла – на его лице застыла холодная мрачная маска.
– Эй, Араи-сенсей! – послышался голос Акагэ, и мы обернулись в его сторону. – Я вам верю! Давайте к нам в команду!
Каминари раздраженно посмотрела на Акагэ и толкнула его в плечо, а Тора устало вздохнул. Но и они двое выглядели более чем озадаченными.
– У них какая-то проклятая команда, – сухо произнес Тора. – А нам пора.
Он кивнул Каминари и Акагэ в сторону выхода, и они направились к дверям.
Еще раз посмотрев на Араи, я прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Я не знала, что произошло… Но в любом случае мы выжили. Мы все выжили. Успешно завершили еще одну страшную историю.
Во мне боролись два противоречивых чувства. С одной стороны, такой счастливый исход казался мне само собой разумеющимся, словно иначе и быть не могло. Но с другой стороны… Я вновь не могла поверить, что все мы пережили очередной кайдан. Что все мы до сих пор остаемся в живых.
Глава 19
寺の門前に鬼が住む
Демоны живут напротив ворот храма
Горизонт прорезали лучи рассвета, окрашивая темную синеву неба в рыжие оттенки. Приводя после очередного кайдана в порядок мысли и чувства, мы молча шли по безмолвному городу в поисках более или менее подходящего укрытия.
По крайней мере, я молчала именно по этой причине. В голове кружил вихрь разнообразных мыслей, а в душе – водоворот противоречивых чувств. Мы выжили. Но многие погибли. Мы выжили. Но надолго ли? Все мои друзья рядом и целы. Но один из них стал врагом и угрожает остальным.
Была ли я рада, что он выжил? Да. Но почему? Ответ на этот вопрос я знала, но отказывалась озвучивать даже мысленно. А если бы Хасэгава погиб? Почувствовала бы я облегчение, что исходящая от него угроза исчезла? На этот вопрос ответить я не могла.
Ни у кого не было сил долго бродить по полуразрушенным улицам, а потому мы решили временно остановиться в первом попавшемся на пути заброшенном ресторане. Это место, возможно, было менее удобным, чем, к примеру, больница, где хотя бы были кровати, но сейчас нам хватило и потертых диванчиков, окружавших пыльные столы.
Я подошла к дверям одной из последних, когда кто-то дернул меня за руку.
Оглянувшись, я увидела Хасэгаву, и выражение его лица мне не понравилось. Он коротко кивнул головой в сторону, зовя меня за собой. Поморщившись, я развернулась, чтобы зайти в ресторан вслед за остальными, и тогда Хасэгава, схватив меня за запястье, резко потянул меня от входа в ресторан.
