— Не только. Знаете, врачебный круг очень узкий. Все более-менее друг друга знают, и мы часто общаемся. А если со всех сторон все лица одной профессии твердят об одном, то это весомый аргумент.
— Соглашусь, но давайте вернёмся к делу. Я сейчас как раз разбираюсь с таможенными ведомостями…
— Странно, что и вы пришли к такому выводу, — перебил меня энц, но видя его усталый вид не стал заострять на оскорблении внимания. — И вы подумали, что нам специально завезли эту болезнь?
— Склоняюсь к такому мнению, а ваш отчёт укрепил его. Но тогда вспышка эпидемии или выявление заболевания должно быть зафиксировано где-то ранее. Не в нашей Империи. И описано в специальной литературе.
— Вы правы, но я склоняюсь к тому, что первая вспышка болезни выкосила всех, но кто-то смог, не заразившись, взять образцы, то же мясо животного или ещё что-то и направить нам, а про медицинскую литературу… Так статьи выходят хорошо если через год или два после события, а пока до нас дойдут, то прибавляйте ещё пару месяцев.
— То, что привезли скорее всего не найти, — стал размышлять в слух. — Это скорее всего что-то, что продавали на мясном рынке. Оттуда болезнь распространилась сначала на семьи, а потом и на всех остальных. Какой инкубационный период болезни?
— Трое суток, иногда меньше. Но мы помещаем на карантин на десять дней. Этого времени достаточно, чтобы удостовериться, что у контактировавшего не чума.
— Трое суток, — пробормотало я. — За трое суток, если в обратную брать правило шести рукопожатий, получается более сорока тысяч человек и это только за сутки могли заразиться.
— Какое правило? — оживился врач, а то совсем он сник при нашем разговоре.
— Правило шести рукопожатий, если просто, то два случайных человека «знакомы» друг с другом через цепочку не более чем из шести звеньев. А в нашем случае, что один инфицированный теоретически заражает шестерых, а эти шестеро ещё шестерых, а следующие ещё шестерых и это за час. И в конечном счёте мы получаем примерно сорок тысяч заражённых за сутки. Не все заболевают, но порядок цифр понятен.
— Странно, — пробормотал главный врач. — Я не интересуюсь математикой, но…
— Не стоит забивать голову лишними мыслями, уважаемый энц, надо делать.
— Я послал прошение о встрече с Императором, но когда её удовлетворят, не знаю.
— Императору… — я задумался, а ведь вправду, если наши предположения окажутся верными, то только Императорская чета вправе принять решение, но одна проблема, я пока не нашёл, откуда поступил заражённый товар. — К Императору пойдём вместе. Мою просьбу должны удовлетворить, но для начала мне надо разобраться кое с чем… — ответил и не прощаясь отправился в резиденцию. Теперь я точно знал, что искать.
Глава 21
Когда знаешь, что искать, то дело идёт быстро. Через пару часов, собрав документы я отправил гонца в больницу с известием, что жду главного врача в Императорском дворце.
Пока ехал к Императору всю дорогу размышлял, а не ошибся ли я. Но все факты говорили об обратном. Вдобавок я не один пришёл к похожему выводу, а выходило неприятное. Исходя из анализа анамнеза больных, таможенных документов, получалось, что в Империю специально завезли страшную болезнь, которая по ряду причин не могла появиться самостоятельно на нашей территории. Я провёл параллели с эпидемией чумы семнадцатого века на Земле, когда сотни тысяч заболевших умерли, сократив население Европы практически на треть. Но в нашем случае выходило страшнее. В Империю через юго-восточные таможенные посты завезли заражённый скот и семена, и это не разовая поставка или случайность, в действиях проглядывалась закономерность, а это уже сравнимо с применением бактериологического оружия…
— Уважаемый Комендант, — энц Смарта́ни Кари́тос каким-то образом приехал быстрее и встретил меня в гостевом зале дворца, — вы договорились о встрече? Нас примут?
— Пока нет, но… — я не договорил, заметив знакомое лицо. Представитель Малого Совета Империи энц Зами́ро Кратина́кски спускался по лестнице, и я его окликнул…
— Говорите дело государственной важности и вам необходимо личная встреча с Императором? — с невозмутимым видом повторил мои слова чиновник. В его голосе не было ни фальши, ни надменности. Заметил промелькнувшие нотки удивления.
— Вы правы. Это касается безопасности и связано с эпидемией, — немного пояснил причину. Вдаваться в подробности не хотел, но если чиновник настоит, то расскажу ему всё, что известно. Однако этого не произошло.
— Что ж, по воле Императора, вам, как Коменданту столицы предписано оказывать любое содействие. Я уточню, сможет ли Кихий Второй принять вас сегодня и передам вам его волю.
Чиновник удалился, а мы с главным врачом остались ожидать.
— Я три прошения направил, своих друзей просил, чтобы устроили встречу, — бормотал энц, — но ответа до сих пор нет.
— Не волнуйтесь, если Император нас лично не примет, то доложим на Малом Совете. Думаю, они не откажутся нас выслушать.
— Надеюсь, надеюсь. Но Малый Совет собирается три раза в неделю, а мне неизвестен их график, а с учётом эпидемии, вряд ли они собирались в полном составе в последние время. Некоторые из членов больны, некоторые умерли. Так что, вряд ли Малый Совет соберётся чтобы нас выслушать, поэтому я и писал прошение лично на имя Императора. Я и Императрице нашей Линессе Первой отправил письмо, но пока оно дойдёт, пока её воля станет известна.
«Хм. А я упустил как-то этот момент. Надо и Императрице отписать с фактами, цифрами и выводами. Еженедельный отчёт я ей отправляю, но это совсем другое дело», — думал о принятом здесь разделении власти, которое для меня непривычно. Но что удивительно, и Император, и Императрица правили страной уверенно. Я не замечал фактов саботажа приказа одной из сторон или каких-то видимых трений в совместном правлении. Что Императрица Линесса Первая официально и неофициально стоит выше своего мужа — уроженца другой Империи, мне стало понятно сразу. Её приказы исполнялись без промедлений, но в случае, когда Линесса Первая отсутствовала в столице, то и приказы Императора исполнялись без обсуждений и промедлений, и данный факт меня удивлял. К такому положению дел я оказался не готов. Для меня глава государства — это Император и он один. Будь он женского пола или мужского, мне всё равно, но то, что видел здесь… Конечно, создан и Малый, и Большой Совет Империи, но это совещательные органы. И они особо не ограничивали власть никого из императорской четы.
— Вас примут, уважаемые энцы, — из раздумий вывел удивлённый, но радостный голос чиновника. Он лучился улыбкой, которую в этот раз не смогла скрыть и лицевая маска. Как заметил, мои указания и рекомендации исполнялись и во дворце: все носили маски, перчатки, близко ни к кому не приближались, разговаривали на большом, но достаточном расстоянии, чтобы услышать речь. И данный факт радовал. Не зря я первое время бился головой об стену, наказывая, поощряя, объясняя, что то, что я написал в своих инструкциях не просто мараная бумага, а шанс не заболеть и спастись, — пойдёмте, я провожу.
Я предположил, что примут нас в одном из залов приёмов, потому что слишком долго пришлось ждать, но мы прошли мимо Большого зала, потом Малого зала, и оказались в крыле, где бывал только один раз, где располагались личные покои императорской четы.
— Это покои Императрицы нашей Линессы Первой, — проходя мимо одной из дверей где стоял почётный караул, пояснил чиновник, — её сейчас нет в столице, но вы об этом знаете, далее рабочий кабинет Императрицы, детская, обеденный зал, а дальше комнаты Императора.
— Император примет нас в своих покоях? — удивлённо-неуверенно произнёс главный врач. И я понял его беспокойство. Как медик, первое, что пришло ему на ум — Император вновь болен, но напрямую спрашивать он не стал — всё-таки дворянин.
— Нет, что вы. Он примет вас в рабочем кабинете. Император вполне оправился от болезни и через пару дней планируется его появление на публике. Организационные вопросы, знаете ли. Так что у вас всего десять минут и поверьте, это много. После болезни Кихий Второй полон сил и энергии и принялся за накопившие дела. Но мы пришли, подождите, я доложу.
