Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Альва Александра

– Кому нужна эта опора… – еле слышно проговорил Ван Юн, на что целитель Ань только хмыкнул. – Я, пожалуй, пойду.

Он вложил кулак в ладонь, почтительно поклонившись, и направился по каменной дорожке к выходу из семейной резиденции Ань.

Вслед ему проскрипел старческий голос:

– Если ищешь молодых целителей, то загляни в гостевой домик.

Конечно, он догадывался о настоящей цели визита Ван Юна: глава клана не стал бы без дела разгуливать по деревне, особенно когда над провинцией нависла угроза нападений яогуаев. В Юэ, кроме пожилого лекаря, сейчас находились всего два заклинателя, которые могли заняться ритуалом, поэтому Принцу Ночи в любом случае пришлось бы обратиться к одному из них, чтобы как можно скорее подготовить земли к празднованию Дня середины осени.

Выйдя за ворота, Ван Юн прошёл немного дальше по улице и остановился около небольшого дома с застеленной соломой крышей. Здесь обычно размещались странники или монахи, что путешествовали через деревню Юэ, поэтому сюда же и заселился знаменитый целитель Ши Янхэ, который решил задержаться в северной провинции. Ван Юн вмиг помрачнел, стоило ему лишь подумать о предстоящей встрече с этим человеком, но он постепенно учился отделять свои обязанности от личных чувств и всё равно собирался поговорить с отшельником из клана Ши.

Заморосил дождь. Из лачуги доносились приглушённые голоса, которые невозможно было разобрать из-за гула ветра, носящегося между домами, и глава клана шагнул вперёд, решив не утруждать себя формальностями. Он просто толкнул дверь и оказался внутри. В комнате, освещённой тремя свечами, что уже наполовину растеклись по деревянному столику, находились два старших ученика школы Юэин. Один из них рыдал, вытирая рукой скатывающиеся по щекам слёзы, и отвешивал низкие поклоны целительнице Ань Иин, а второй стоял рядом и не прекращал бормотать: «Ещё бы чуть-чуть, и всё! Ещё бы чуть-чуть, и конец…»

Временный хозяин дома, Ши Янхэ, тоже был здесь, он сидел около окна и с задумчивым видом что-то записывал, словно происходящее вокруг его совершенно не интересовало.

– Что тут творится? – спросил Ван Юн и захлопнул за собой дверь.

Все обернулись на шум, и в глазах учеников появилось замешательство: они не ожидали увидеть в этой бедной лачуге своего шисюна, который теперь занимал важный пост.

– Глава Ван, доброго вечера! – поприветствовал целитель и легко поднялся с соломенной подушки, присоединяясь к общему поклону.

– Ань Иин, почему ты в этом доме, а не помогаешь своему шифу? – Принц Ночи не удостоил вниманием Ши Янхэ и сразу обратился к девушке.

Он не одобрял такого обмена знаниями между школами, особенно с целителем, к которому испытывал настолько сильное недоверие, и всё же он не собирался вмешиваться в дела лекарей. Ученица Ань раньше выглядела неуверенной в себе, но общение со знаменитым Ши Янхэ, похоже, пошло ей на пользу. Сейчас она не опускала взгляд в пол и не стеснялась говорить.

– Глава Ван! – Её голос звучал твёрдо, но заклинательница при этом неловко перебирала пальцами края своего одеяния. – Дедушка отправил меня сюда, чтобы учиться у целителя Ши, пока есть такая возможность.

– Не ругайте шицзе! – выпалил вдруг тот ученик, который только недавно рыдал, а теперь вытер слёзы и встал перед своей соученицей, словно пытался защитить её. – Она спасла мою руку! Во время ночного обхода мы наткнулись на стаю яогуаев, и один демон прокусил мне плечо, задел кость…

Заклинатель запустил ладонь под ворот и приспустил одежду, показывая ранение: из-под плотной повязки виднелась потемневшая кожа, но яд как будто не распространялся дальше.

– Если бы не целительная сила девы Ань, то руку моего друга пришлось бы отнять! – вступил в разговор другой ученик и склонился перед Ван Юном. – Проявите снисхождение!

Принцу Ночи захотелось рассмеяться: за кого эти юные заклинатели его принимали? Возможно, в их глазах он и казался устрашающим главой клана Ван, о котором по школе Юэин ходили не самые добрые слухи, но он никогда не наказывал своих подчинённых без веской причины.

– Не каждый опытный целитель сможет прирастить почти полностью оторванную конечность, – заговорил Ши Янхэ и потрепал девушку по волосам, словно та являлась его младшей сестрой, а не ученицей. – Прошу, позволь Ань Иин хоть иногда бывать здесь. У неё настоящий талант, который нельзя растрачивать попусту.

После первой встречи в имперском лагере Ван Юн стал считать любые добрые дела Ши Янхэ неискренними, поэтому и сейчас не поверил ни единому слову. Даже если этот человек и вправду хотел передать кому-то свои знания, он наверняка хорошо скрывал настоящие намерения. Бросив на целителя тяжёлый взгляд, который ученики школы Юэин обычно называли демоническим, Принц Ночи встретил в ясных карих глазах прославленного заклинателя лишь почтение, никакого намёка на вызов или обман.

Пришлось смириться и медленно кивнуть.

– Я никогда не препятствую обучению, – сказал он и заметил, насколько сильно напряглись ученики, ожидая его ответа. – Если целитель Ань дал разрешение, то пусть Ань Иин набирается опыта у целителя Ши.

Когда Ван Юн закончил, в комнате как будто стало немного теплее, по крайней мере, на лицах присутствующих появились улыбки. Кажется, два юных заклинателя до последнего думали, что новый глава клана найдёт за что их отчитать или наказать, но ничего подобного не случилось, и они принялись радостно перешёптываться.

– Вот и отлично! – Ши Янхэ медленно прошёл мимо Принца Ночи и раскрыл дверь хижины. Снаружи уже хлестал ливень. – Думаю, теперь мы можем отпустить учеников домой и поговорить с глазу на глаз?

Изначально Ван Юн хотел использовать для ритуала очищения Ань Иин, но техники третьей ступени она до сих пор выполняла весьма неуверенно, а деревня нуждалась в надёжной защите. Когда рядом находился целитель с признанными способностями, глупо было отказываться от его помощи, и всё же Принц Ночи не торопился о чём-то просить.

– Можете идти, – отпустил он учеников.

Вскоре дверь захлопнулась, и домик сразу опустел.

Ши Янхэ присел и начал собирать с пола пропитанные кровью тряпицы, которые лежали около матраса, куда принесли раненого. Судя по блюдам с мутной водой и рассыпанным пилюлям, двум целителям действительно пришлось потрудиться, когда в хижину заявился юноша с прокушенной рукой.

Оглядывая комнату, Ван Юн хмыкнул и потёр нос – он не любил терпкий запах лекарственных трав, смешанный с запахом свежей крови. Такое сочетание сразу возвращало его в годы войны: тогда умирающие лежали на циновках слишком близко друг к другу, а беспомощные лекари вливали в их раскрытые рты горькие настои, чтобы смерть казалась менее болезненной…

– Я смотрю, ты окончательно обосновался здесь? – пробормотал он, пытаясь отвлечься от неприятных воспоминаний.

В углу комнаты лежал пустой походный мешок, где отшельник хранил свои немногочисленные вещи. Склянки, ступки и связки лекарственных трав теперь занимали место на сколоченных наскоро деревянных полках, словно временный хозяин этого жилища и вправду собирался остаться в деревне Юэ.

– Не волнуйся, глава Ван, скоро я уеду и больше не стану досаждать тебе своим присутствием, – улыбнулся Ши Янхэ, омывая руки в чаше с чистой водой. – Потерпи меня до Дня середины осени. Ещё несколько ночей я послежу за успехами Ань Иин и после праздника продолжу свой путь.

– Чего ты добиваешься? Зачем так настойчиво лезешь в дела моей школы?!

– Я всего лишь желаю, чтобы остывшая зола вновь разгорелась [58]. Когда я вижу таких сломленных детей, как Ань Иин, мне хочется им помочь. Совершенствоваться лишь по воле семьи, втайне ненавидеть своё дело, пожертвовать красотой ради неясного пути, который всё равно приведёт в Обитель мёртвых… Разве это не печально?

– Собирай добродетели в другом месте, твоя жалость моим людям не нужна.

Похоже, слова прозвучали слишком грубо, по крайней мере, Ван Юн так подумал, когда Ши Янхэ сделал несколько уверенных шагов вперёд и остановился прямо перед Принцем Ночи. Целитель был немного ниже, но это нисколько его не смущало, и он без тени раздражения в голосе спросил: