Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"

Ещё двое лесных жителей порхали около Дейнов Заката, помогая своему лидеру проводить тех до нужного места. Они бежали вприпрыжку, потом держась за руки друг с другом или махая ими словно крыльями, иногда они подбегали к Вель или Джону, чтобы взять за руку и отвести тех в сторону, показать красивый цветок, «очень-очень-очень большого ежа» или милых бельчат. Однако ответственный взор Золотца не позволял процессии сильно отклоняться от намеченного курса.

В лесу царили покой и умиротворение. Все его жители, будь те мощными лосями, благородными оленями, грозными, сбившимися в стаи волками или обыкновенными трусливыми зайцами, почтительно расступались, уступая гостям дорогу. Не нападая, как на людей, так и друг на дружку. До этих дней здешнему лесу не приходилось быть столь густонаселённым.

— Почти пришли, — сказала Золотце, указывая маленькой ручкой в нужную сторону.

Наконец Дейны добрались до открытой лесной поляны, посреди которой виднелся замёрзший лесной ручей. Листва деревьев сменила летнюю зелень на осенние кровь и золото. Среди которых алые, похожие формой на человеческие ладони чардревные листья и не выделялись. С высоты птичьего полета отличить одно дерево от другого было почти невозможно. Лишь здесь, на земле, можно было понять, что посреди поляны растет древнее и бесценное белое дерево.

— Вот здесь, — заключила Золотце, слезая с плеч Джона.

— Здесь-здесь, — кивая в такт, согласились с лидером остальные Дети.

— Оно действительно сможет защитить лес? — уточнила Золотце, указывая на свёрток, который из складок плаща доставал Джон.

— Как я и обещал, — кивнул Дейн.

Развернув мешковину, Джон достал из неё пропитавшийся пеплом лагерных пожарищ и кровью железнорождённых стержневой корень, всё, что осталось от одного из спригганов после резни под Златотравьем. Прочный, светящийся изнутри тускло-зелёным цветом корень визуально напоминал нанизанное на толстый стручок деревянное сердце, словно источающее жизнь. Вместе с ним Дейн достал нож и несколько чистых бинтов.

— Они будут почитать и защищать лес, помогут поддерживать в нём баланс и отгонят любого, кто попытается навредить ему и его обитателям. Всё это они будут делать не жалея собственной жизни, но чем дальше будет от них поляна, тем слабее они окажутся.

— Слишком слабыми они будут уже не в наших землях, — отметила Золотце.

— Верно, — согласился Джон. — Они позаботятся, о лесе, а вы позаботитесь о том, чтобы от их рук не пострадали невинные.

Прививка корня к чардреву заняла у Джона около двадцати минут. Не прошло и пяти, как старое дерево начало оживать. На поляне стало заметно теплее, даже ручей рядом начал медленно оттаивать.

— Ну вот и всё, — заключил Джон, вытирая грязные руки.

— До темноты ещё очень долго, — томно прошептала Вель ему на ушко.

— А до Чёрного Замка и его забот далеко, — согласился с женой Джон, положив руки ей на талию и находя её уста своими.

— Они собрались возлечь под взором предков! — восторженно крикнул один из Детей.

— Прямо как в древности! — вторил ему другой.

— Можно посмотреть? — спросил третий.

— Нет! — Разочарованно рявкнула на них Вель, те понуро наклонили головы, опустив уши.

Редкий момент покоя вдали от забот оказался упущен. Чему расстроилась не только одичалая. Без всяких сомнений, сексуальная жизнь Дейнов Заката была богата и разнообразна. Вель не была против попрактиковать что-то, что другие девушки сочли бы непристойным и неподобающим. Трахаться, когда на тебя смотрят, далеко не самая извращенная из их практик, она бы не пошатнула намерение северян насладиться редким моментом друг с другом. Но не тогда, когда каждый из потенциальных зрителей выглядит как десятилетний ребёнок.

* * *

Инистые Врата

Некогда Ночной Дозор соорудил два десятка замков для защиты Стены. Когда Джиор Мормонт только облачился в чёрное, орден мог использовать лишь три из них, ныне, когда Старый Медведь стоял во главе ордена второй десяток лет, все твердыни были восстановлены, заселены, укреплены выше прежнего и готовы к битве за Царство Людей.

Джейме Ланнистера и его людей Мормонт направил именно сюда, на тот участок Стены, который предстояло удерживать солдатам Запада. Врата замка распахнулись, пропуская внутрь прибывшее пополнение, которому гарнизон не придал особого внимания. Одним подкреплением больше, одним меньше, они, как телеги обоза, и так прибывают по несколько раз на дню.

Пришпорив коня, Джейме спешился и направился в солярий командующего крепостью. Звук взбирающихся вверх по лестнице солдатских сапог резонировал с ударами молота по наковальне. Замковые кузницы работали круглосуточно. Поднявшись на нужный этаж, рыцарь постучал в дверь.

— Да?

— Сир Джейме Ланнистер. Я и мои люди прибыли в ваше распоряжение, — доложил рыцарь, положив на стол командующего письмо с приказом.

Тот сидел в нескольких метрах от стола, повернувшись к камину, в котором мерно потрескивали дрова. Ланнистер мог хорошо разглядеть лишь его широкую спину, но ясно видел, что тот был высок и стар. Седые волосы обрамляли лысеющую голову.

— Старый Медведь отправляет калеку сражаться на передовой?

— Я всё ещё неплохой всадник, — пожал плечами Джейме.

— Знаю, — ответил командующий, вставая с кресла. — Всегда им был.

Ответ Джейме оборвался на полуслове, стоило тому только понять, кто именно стоит перед ним. Он ожидал увидеть матёрого северянина, выслужившегося за годы просторца, да даже вождя одичалых, но уж никак не собственного отца, которого с трудом узнал.

На Тайвине не было привычных роскошных, покрытых эмалью доспехов, огромного алого плаща и шлема, украшенного рычащим львом. Лишь самая обыкновенная кольчуга да варёная кожа с чёрным плащом дозорного поверх. Видеть родителя не облачённым в алое и золотое Джейме казалось чем-то совершенно диким, даже противоестественным.

Единственной напоминающей о былом вещью была выполненная в форме львиной головы золотая застежка плаща. Внешний вид бывшего Хранителя Запада поубавил величественности и властности. Чёрное шло Тайвину, теперь он выглядел пусть и старым, но опытным и мудрым воином, всё ещё способным держать в руках меч и отбирать жизни недругов. На смену амплуа грозного полководца пришло ветеранское. Ланнистер всё ещё внушал.

— Кто, как не я, сможет держать в узде и командовать высокомерными западными лордами, — пояснил Ланнистер, глядя на удивлённого сына, чей рот открылся, брови поползли вверх.

— Ты… ты быстро продвинулся по службе, — наконец произнёс Ланнистер.

— А вы с сестрой быстро проебали всё, чего я столько лет добивался, — ответил Старый Лев, но уже без упрёка в голове. Сорок лет он наставлял своих детей, сорок лет от этого не было никакого толка. Тайвин устал. — Алисанна снова беременна? — Уточнил он.

— Алисанна? — Джейме не совсем понял, при чём тут его благоверная.

— Пожалуйста, скажи, что ты позволяешь себе рисковать жизнью потому, что вот-вот обзаведёшься сыном.

— Как я и говорил, я всё ещё неплохой всадник, — пожал плечами Джейме. — Я нужен здесь, ведь, если мы проиграем, будет уже не важно, обзавёлся я сыном или же нет.

— Присядь, — вздохнув, попросил Тайвин. Джейме всё ещё вел себя как легкомысленный дурак, но был совершенно прав.

Ланнистеры уселись за стол, Тайвин разлил по кубкам немного вина, но ни один из них к ним так и не притронулся. В солярии повисла тяготившая обоих тишина, Джейме предпочёл бы её развеять. Чем угодно, даже очередной отцовской отповедью, про важность семьи… или новой, про то, что ебать сестру — плохо. На этот случай Джейме даже заготовил остроумный ответ, мол, кому как не Тайвину знать об этом.

Однако они молчали. Раны прожитых лет и пережитых утрат делали больно им обоим, и в дни, когда судьба мира висит на волоске, лучше заняться чем угодно вместо того, чтобы тормошить их.

— Как поживает твой брат? — наконец спросил Тайвин.