Но Кладенец оборвал её на полуслове:
– Хитрость не сработает, ведьма. Тут только «или – или». Ваш чародей был прав насчёт поворотных мгновений судьбы. Сейчас как раз одно из них. А будешь долго думать – время выйдет.
Будто в подтверждение его слов, стрелка сдвинулась. Теперь часы показывали три минуты до полудня.
– Выбор неприятный, но очевидный… – вздохнул Весьмир. – Жизнь одного человека ничего не стоит по сравнению с судьбой всего мира. Мы должны идти искать меч и стрелу. Уверен, Май сказал бы вам то же самое.
– Я согласна, – кивнула Огнеслава. – Любой из нас готов пожертвовать собой. Иначе нас здесь не было бы.
– Вы так говорите, потому что на Мая вам пофиг! – возмущённо фыркнул Пушок. – Он для вас – никто. А если бы на его месте был я? А если Тайка? Хотя о чём это я… Вам и на нас пофиг.
– А ведь ты прав… – задумчиво произнёс Яромир. – Если бы это была Тайка, я бы отправился искать её, несмотря ни на что. Возможно, ещё несколько дней назад мой ответ был бы иным, но тот кошмар, который я видел в пузыре, заставил меня пересмотреть кое-что. Я не желаю выбирать из двух зол – в любом случае останешься в проигрыше.
– Но третьего пути нет, – поморщившись, напомнил Кладенец. – Мне самому это не нравится. Но в конечном итоге всё сводится к «или – или». Такова уж воля судьбы, будь она неладна.
– На меня не смотрите, я не знаю, что сказать! – раздражённо выдохнула Радмила. – Отказ от выбора – тоже выбор.
– Значит, два голоса за, два против, и одна воздержалась, – подытожил меч. – За тобой последнее слово, ведьма. Решай. Но помни: осталась пара минут. Потом всё станет бессмысленно.
Все взгляды обернулись к ней, и у Тайки захватило дух. Опять она за всё в ответе. Что ж, наверное, это тоже судьба…
Разум твердил: послушай Весьмира и Огнеславу. Май не простит тебе, если, спасая его, ты погубишь остальных. Но сердце кричало: друзей не бросают! Даже одна жизнь имеет значение. И вообще неизвестно, кто является той песчинкой, на которой держится мироздание…
– Мы идём искать Мая! – она сжала кулаки.
– Ты пожалеешь об этом решении, ведьма. – Весьмир сокрушённо цокнул языком.
А Огнеслава прошипела:
– Да почему вообще все слушают эту глупую девчонку?! Может, взрослые будут решать? Эй, меч, открывай дверь в хранилище волшебного оружия!
Стоило ей это сказать, как шестерёнки в часах пришли в движение, дверца открылась, и механическая кукушка принялась куковать скрипучим голосом.
– Поздно. Первое слово дороже второго. – Кладенец распахнул дверь и подтолкнул Тайку в спину. – Поспеши! Скоро от этого места совсем ничего не останется.
Она занесла ногу над порогом и вскрикнула: под ногами была пропасть. Где-то внизу проплывали белые облака. Слышался грохот горного водопада.
– Прыгайте же! – что было мочи завопил Кладенец и превратился в браслет-змейку, крепко обвив Тайкино запястье.
Ох, была не была: она прыгнула!
Глава семнадцатая
Главное – верить
– Мы же все разобьёмся! – в ужасе прокричала Радмила.
Тайка хотела ответить: «Если только прямо сейчас не научимся летать». Но разговаривать в свободном падении было не так-то легко. Воздух бил в лицо, язык прилипал к нёбу. Наверное, так себя чувствуют парашютисты, выпрыгнув из самолёта? Вот только парашютов у них не было. А внизу простирались горы, извивались синие ленточки рек, шумел зелёный лес… Неужели это конец? Выживет только Пушок, потому что крылатый?
Коловерша парил где-то наверху и что-то отчаянно вопил, но Тайка не могла разобрать слов.
Нет. Нельзя сдаваться сейчас. Они же столько вместе пережили, столько прошли. Это Дорога Снов. А во сне всякое случается. Например, падение может замедлиться.
Стоило Тайке об этом подумать, как воздух и впрямь стал плотнее. Она всё ещё падала, но уже не с такой ужасающей скоростью. Эх, как бы ещё немного притормозить? Не превратиться ли в волчицу? Но для этого нужно удариться оземь. Или нет? Во сне возможно всё. А в облике волчицы Тайка точно умеет летать – проверено!
Зажмурившись, она пробормотала:
– По волчьему веленью, по моему хотенью…
А когда открыла глаза, ахнула. Получилось! Тайка больше не падала, а парила высоко над горами, перебирая лапами в воздухе. Сердце аж зашлось от восторга – она не умрёт! Не сегодня.
Но у неё оставалось очень мало времени, чтобы спасти друзей…
– Кладенец! – заорал подлетевший к ней Пушок. – Он вечно превращается во всякую ерунду. Бросай его вниз. Пусть станет периной. Или батутом. Да чем угодно, только чтоб мягким!
– Какая, нафиг, перина с такой высоты?! Ты физику учил вообще?
– И это мне говорит летающая волчица? Какая, нафиг, физика, Тая?! Мы во сне! Главное – верить, что сработает. В себя ты же поверила.
Браслет в виде змейки всё ещё обвивал её лапу, и Тайка взмолилась:
– Кладенечик, помоги, пожалуйста!
– Ну почему я всегда крайний? – раздался в её ушах недовольный голос меча.
Но времени на уговоры не было. Она стряхнула браслет, и тот устремился вниз, посверкивая в лучах солнца. Догонит или не догонит?
Пушок оказался более зорким:
– О, он молодец, пёрышки отрастил!
Тайка прищурилась и тоже увидела, как металлическая змейка ускоряется, помогая себе крыльями.
Когда она потеряла друзей из виду, горло перехватило. Раскидистые кроны деревьев мешали рассмотреть, что произошло: успел ли Кладенец? Во что он превратился, если вообще превратился?
– Мне страшно, Тая!
Пушок тяжело дышал, стараясь не отставать.
Ох, а ей-то как страшно – словами не передать! Но коловерша правильно сказал: главное – верить.
– С ними всё будет хорошо, вот увидишь, – как можно беспечнее бросила Тайка через плечо и нырнула в лес, точно в омут.
В следующий миг Тайка услышала голос Яромира и едва не кувыркнулась в воздухе от радости: живой! Правда, слова, которые говорил дивий воин, она не решилась бы повторить в приличном обществе.
– Ух и загибает! – восхитился повеселевший коловерша. – Я таких ругательств в жизни не слышал. Жаль, блокнотика нет, чтобы записать.
– О, кажется, и Весьмир присоединился.
У Тайки наверняка покраснели бы уши, если бы волки умели краснеть.
– Никак не пойму, откуда доносятся проклятия?
– Похоже, из вон того бурелома.
Когда Тайка с Пушком продрались сквозь заросли, их глазам предстала неожиданная картина. В ветвях запуталась большая рыболовная сеть, в которую, словно рыбёшки, набились Яромир, Весьмир, Огнеслава и Радмила. Уф, все четверо в сборе! Точнее – пятеро: ведь ячейки этой сети украшали такие знакомые красные и синие самоцветы, похожие на капли волшебной росы. Пойманные копошились, пытаясь выбраться, и ловушка опасно раскачивалась. А до земли оставалось добрых метров восемь, а может, и все десять.
– Кто ещё раз ножом в меня ткнёт – урою, – недобрым голосом пообещал Кладенец.
– Тогда немедленно распутывайся и выпускай нас! – огрызнулась Радмила.
– Не могу.
– Почему?
– Потому что запутался. Сам в себе.
– Значит, так и будем висеть, пока до нас не доберутся волки?
– Волки не лазают по деревьям, – мрачно возразил сестре Яромир. – Мы сами умрём без еды и воды.
А Весьмир вдруг принялся хохотать во весь голос.
– Я сказал что-то смешное?! – вспылил дивий воин.
– Нет, просто… Посмотрите, волки-то уже пришли. Да непростые.
– Тайка!
Яромир рванулся из сети, и сучья, за которые та зацепилась, опасно затрещали.
– Не дёргайся, дурень! Всех нас погубишь, – прошипела Огнеслава.
– А ты убери свою ногу с моей руки!
– Только если ты сдвинешь рукоять своего кинжала так, чтобы она не упиралась мне под ребро. Если это, конечно, кинжал.
– Разумеется, это кинжал! И я не могу пошевелиться.
– Вот и я не могу. Терпи.
– Перестаньте ругаться, или я придушу вас обоих! – фыркнула Радмила.
– Да ты уже почти. Мне из-за тебя дышать нечем. – Огнеслава закашлялась.
