Системный Друид (СИ) - Ло Оливер

— Подруга, — коротко ответила девушка. — Рина, она в нашем отряде. Расспросила в деревне, кто из молодых охотников знает Предел. Помогает другим. Ей описали тебя.

Рина, рыжая девчонка с огненными рунами на браслетах, действительно, расспрашивала. Но расспрашивала она про молодого парня, который носит кожаную куртку с травами на поясе. Описание подходило к двоим: Вику и Гарету. Рина выбрала того, кого нашла первым и не более того.

Гарет осмотрел Луну внимательнее. Его глаза сузились, и он облизнул разбитую губу.

— Бывает, — уклончиво буркнул он, расправляя плечи и стараясь напустить на себя суровый вид. — Лес — штука опасная, особенно для городских. Я тут за порядком слежу. Если вижу, что кто-то… в беду попал, вмешиваюсь. Не бросать же на съедение.

Луна улыбнулась, и улыбка у неё вышла такой открытой, тёплой, что Гарет даже забыл про ноющую челюсть.

— Я хотела поблагодарить. Мы тогда растерялись, а ты появился в самый страшный момент. Даже я тебя видела только мельком совсем. Я оставила платок на ветке, ты нашёл его?

Гарет моргнул. Платок? Он понятия не имел, о чём она, но удача сама шла в руки, и он не собирался её отпускать. Мозг искал ответ, который не выдал бы его с головой.

— Видел, — коротко кивнул он, делая вид, что это само собой разумеется. — Прибрал. Негоже хорошим вещам в лесу пропадать.

— А цветы? — Луна чуть прищурилась, но без подозрения, скорее с интересом. — Тот букет, перевязанный моим платком. Это ведь тоже ты, да? — с какой-то надеждой в голосе произнесла она.

Гарет встал с бочки, заслоняя своей фигурой половину двери. Ему не нужно было знать детали, чтобы принимать похвалу.

— Ну а кто ещё? — важно усмехнулся он.

Девушка после его слов просияла. Она шагнула ближе и протянула руку.

— Я Луна. Элеонора Луэрис, если полностью, но все зовут Луна. Мы здесь ещё неделю, наставник разрешил свободное время. Может, покажешь места, где ты охотишься?

Гарет вытер свою руку о куртку и пожал её ладонь, стараясь не сжимать слишком сильно.

— Гарет. Сын Борга, первого и лучшего охотника Вересковой Пади. Покажу, конечно. Хоть завтра.

Они договорились встретиться утром у восточных ворот. Луна ушла лёгким шагом, помахав на прощание, а Гарет остался стоять у кузницы с ухмылкой, которая медленно расползалась по его побитому лицу.

Обман продержался ровно до следующего полудня.

Луна привела Рину, которая сразу же настороженно отнеслась к пареньку. В итоге Рина принесла вопросы. Конкретные вопросы о повадках Шипастого Варана, о том, о том, как именно он увёл тварь от группы. Гарет путался в деталях, потому что деталей не знал. Он описал варана как «здоровую ящерицу», перепутал направление атаки и на вопрос о травах на поясе пожал плечами.

Рина переглянулась с Луной. А лучница в ответ сложила руки на груди и с недобрым прищуром смерила фигуру сына охотника.

— Пусть я и не успела его толком разглядеть, но у того парня была кожаная куртка с нашитыми кармашками для трав, — сказала она ровным голосом. — На поясе висел охотничий нож с костяной рукоятью. Он двигался бесшумно, как кошка, и знал повадки варана лучше, чем наш наставник знает учебник, — её глаза потемнели. — У тебя нет ни куртки, ни ножа, ни знаний. И кулона у тебя тоже нет, верно? Я оставила его на месте, где был букет.

Гарет покраснел от шеи до корней волос.

— Я…

— Ты соврал, — закончила Рина, и огненные руны на её браслетах вспыхнули алым. — Нам хватило трёх вопросов. Трех, Гарет. Ты даже врать толком не научился.

— Кулон, — Луна коснулась шеи, где раньше она носила украшение, и голос её стал тихим и жёстким. — Ты так и не ответил про него!

— Да не брал я ваш кулон!

Луна развернулась и ушла, не говоря больше ни слова. Рина задержалась на секунду, смерила Гарета взглядом и покачала головой с выражением брезгливого сочувствия.

Они ушли, но скандал не остался без свидетелей. Марта, которая наблюдала за сценой от колодца через две улицы, пришла к кузнице через пять минут. Её лицо пылало, а кулаки были сжаты.

— Ты с приезжими девками любезничаешь? При всей деревне? А как же те слова, что ты вечно мне говорил, какая я прекрасная и все такое. Что скажешь теперь, Гарет⁈

— Это не то, что ты думаешь…

— Я думаю, что ты позоришь себя и отца! — Марта повысила голос, и проходящие мимо женщины замедлили шаг. — Вся Падь видела, как ты перед ними хвост распускал! Думаешь, городские лучше нас?

Гарет рыкнул что-то невнятное, но Марта уже уходила, чеканя шаг, и три женщины у лавки провожали её сочувственными кивками.

К вечеру о случившемся знала вся деревня.

Борг узнал последним. Он вернулся с обхода восточного периметра, и сосед Фрам, тот самый кузнец, с удовольствием пересказал историю во всех подробностях, не забыв упомянуть и красное лицо Гарета, и гневный уход Марты, и презрительный смешок рыжей магички.

Борг нашёл сына в их доме. Гарет сидел на лавке, уставившись в стену.

— Ты выдавал себя за другого, — голос Борга был тихим и ровным, и от этой ровности по комнате разлился холод. — Перед чужими людьми. Перед магами из Академии. Ты понимаешь, что они могут рассказать наставнику, а наставник, в отличие от тебя, умеет задавать вопросы? Очень неудобные вопросы…

Гарет молчал, стиснув челюсти так, что желваки побелели.

— Лучше бы ты время на тренировки тратил, — Борг упёрся кулаками в стол, нависая над сыном. — Через год инициация, а ты до сих пор кабана от лося по следу отличить не можешь. Вик, тот самый Вик, которого ты гонял по дорогам, за два месяца стал лучшим собирателем, какого я видел за последние десять лет. Травы собирает, зверей лечит, в Предел один ходит и возвращается живым. А ты чем занят? Чужую славу на себя примеряешь?

Гарет вскочил. Лавка отлетела к стене.

— Вик! Опять Вик! — его голос сорвался на крик. — Всё Вик, везде Вик! Может, его себе в сыновья и возьмёшь⁈ Или тебе напомнить, как этот урод людей графа в Предел привел? Напомнить, что было после этого?

— Сядь.

— Пошёл ты!

Дверь ударила о косяк с такой силой, что с притолоки посыпалась пыль. Шаги Гарета простучали по крыльцу, по утоптанной дорожке, и стихли за углом.

Борг стоял у стола, глядя на захлопнутую дверь. Его руки, упёртые в столешницу, подрагивали мелкой дрожью. Он медленно опустился на стул, провёл ладонью по лицу и замер, уставившись в одну точку.

За окном вечерело. Тени ползли по полу, добираясь до его сапог, поднимаясь по ногам, укутывая плечи. Борг сидел в темнеющей комнате, большой и неподвижный, и глаза хищника, которые привыкли выслеживать зверя за полмили, смотрели в никуда.

Соседка Хельга, пришедшая занести горшок каши, заглянула в окно и тихо отступила назад. Она перехватила на улице свою дочь, шепнула ей что-то на ухо, и девочка побежала к таверне, где в этот час собирались мужики после работы.

К ночи Верескова Падь затихла, придавленная тревогой, которую никто не мог назвать вслух. Гарет не вернулся. Борг не вышел из дома. И где-то за восточными воротами, в сгущающейся темноте Предела, лес принимал в себя ещё одного глупого мальчишку, у которого хватило злости уйти, но могло не хватить умения вернуться.

Глава 20

Еще и алхимик?

Чёрный вяз стоял на краю лощины, где три ручья сливались в один. Я приходил сюда каждый день, но давно перестал воспринимать визиты как рутину.

Первые посещения были простыми: сесть у корней, закрыть глаза, отсидеть время, уйти. Но что я заметил почти сразу, так то, что кора этого дерева была почти чёрной, изрезанной трещинами, в которых прорастал мох. Листва имела странный оттенок, тёмно-зелёный с фиолетовой каймой, будто дерево впитывало из земли что-то особенное.

Со временем я начал замечать детали, которые мог обнаружить только тот, кто внимательно следил за этим деревом. Воздух вокруг вяза был гуще, дышалось глубже. Звуки доходили приглушёнными, словно сквозь завесу. Мана текла иначе, будучи плотной и медленной, похожей на патоку. Такого не познать без долгой медитации и анализа.