Системный Друид (СИ) - Ло Оливер

— Всё, — сказал он с тяжёлым вздохом. — Больше у меня ничего нет. Ты вычитал мою библиотеку до корки, выпотрошил… нет даже препарировал мой журнал до последней страницы, и если я правильно понял твои последние записи, ты уже модифицировал половину моих рецептов с результатами, которые превышают мои собственные. Пора повышать цены в полтора раза…

Он плюхнулся на табурет и скрестил руки на груди.

— Я алхимик, Вик, а ты «жрёшь» знания быстрее, чем я успеваю их добывать, — раздражение в его голосе было искренним, усталым и каким-то обречённым. — Мне нечему тебя учить. Через месяц ты будешь знать больше меня, а через два я сам буду ходить к тебе за советами. Я уже заказал через знакомых новые книги из Ольмара, но караван придёт не раньше чем через три недели. Так что пока у меня для тебя ничего нет.

Он помолчал, барабаня пальцами по столешнице.

— Знаешь что… — Сорт прищурился с тем выражением, которое появлялось у него перед особо рискованным торговым предложением. — Те практиканты из Академии, они ведь ещё здесь. Пока не уехали. У магов свои библиотеки, свои методики, свой подход к работе с маной. Может, у них найдётся что-нибудь полезное. Учебники, конспекты, заметки наставника. Попробуй поговорить, вдруг сторгуетесь.

Я выслушал предложение и кивнул.

— Подумаю.

— Подумай, подумай, — Сорт махнул рукой. — А мне пора работать. Заказ от целителя из Медвежьего Лога горит, третий день никак не могу добиться нужной концентрации…

Я вышел из лавки на залитую солнцем улицу. Предложение Сорта крутилось в голове, но энтузиазма не вызывало. Студенты этой Академии были магами, одарёнными, привыкшими к привилегиям и иерархии, в которой деревенский парень без формального образования стоял где-то между мебелью и прислугой. Связываться с их гордостью и самомнением означало тратить время на дипломатию, которая мне не давалась и в прошлой жизни.

Впрочем, была одна деталь, которая не давала отбросить идею целиком. Серебряный кулон с полумесяцем лежал во внутреннем кармане куртки. Луна, лучница с серо-зелёными глазами, оставившая его на ветке в ответ на мой букет. Единственная в группе, кто вёл себя в лесу разумно, кто контролировал окружение и думал на два шага вперёд.

Она мне нравилась. Глупо было бы отрицать это. Красивая девушка, которая умела стрелять из лука и не визжала от страха при виде мана-зверя. Мысль о ней возникала сама собой, когда я перебирал кулон в пальцах вечерами у очага, и тут же отступала, вытесненная более насущными заботами.

Мимолётная мысль. Приятная, согревающая, но далёкая от чего-то серьёзного. У меня хватало забот и без романтических осложнений.

Я убрал кулон обратно в карман и направился к рыночной площади за солью. Однако на полпути к бакалейной лавке мне пришлось замедлить шаг.

Марта стояла у лотка с лентами, перебирая пёстрые мотки с видом человека, которому ленты интересны примерно так же, как прошлогодний снег. Её взгляд метнулся в мою сторону, задержался, и девушка развернулась, расправляя плечи и приклеивая на лицо улыбку.

— Вик! Какая встреча. Давно тебя не видела в деревне.

Я кивнул ей, не останавливаясь.

— Марта.

— Подожди, — она шагнула мне наперёд, вставая на пути. — Я хотела спросить, ты ведь из леса возвращаешься? Мне мать просила узнать про мазь от суставов, Торн раньше делал, может, у тебя…

— У Сорта купи. Он держит в ассортименте.

Я обошёл её и двинулся дальше. За спиной послышался резкий вдох, почти всхлип, но я не обернулся. Через три шага её голос зазвучал вновь, чуть громче, чуть настойчивее.

— Ты даже поговорить не хочешь? Что я тебе сделала⁈

Я продолжал идти.

Воспоминания прежнего Вика хранились в дальнем углу памяти. Марта улыбалась мальчишке, принимала его неуклюжие знаки внимания и тут же рассказывала о них Гарету, зная, что тот придёт бить Вика. Пользовалась его влюблённостью как инструментом, чтобы раззадорить одного ухажёра другим, и ни разу не задумалась, чем это заканчивалось для парня, который возвращался домой с разбитым лицом.

Прежний Вик был ослеплён, слишком молод и глуп, чтобы увидеть манипуляцию ради развлечения. Я же видел её отчётливо, тем взглядом пятидесяти шестилетнего мужика, который пережил три развода и научился распознавать подобные схемы за километр.

Теперь, когда Гарет сбежал из деревни, пошёл слух, что парень отправился к людям графа, наниматься в услужение. Марта осталась без привычной игрушки. Ни парня, который таскался бы за ней хвостом, ни задиры, которого можно было натравить на конкурентов. А больше в деревне никого видного не было. Сын конюха и сын кузнеца — оба Гаретовские подручные, явно не стоили внимания.

И вот появляюсь я. Изменившийся, окрепший, с деньгами в кошельке и репутацией, которая росла с каждой неделей. Разумеется, её внимание развернулось в мою сторону, как флюгер по ветру.

Второй раз она перехватила меня у ворот, когда я возвращался из деревни с мешком соли и новым мотком верёвки.

— Вик! — Марта выскочила из-за угла крайнего дома с корзинкой в руках, явно караулила, но старалась сделать вид, что проходила мимо — ну такая себе актерская игра. — Подожди, я тебе пирог испекла. С ягодами. Мать говорит, ты любишь сладкое.

Мать Марты понятия не имела, что я люблю. Прежний Вик любил сладкое, это правда, но информация устарела на несколько месяцев и одну смерть. Мелочь, но как многое она меняет.

Я посмотрел на корзинку, потом на девушку. Она стояла, слегка наклонив голову, с тем выражением невинной заботливости, которое в прежние времена сводило мальчишку с ума.

— Спасибо, — сказал я ровно. — Не нужно.

И прошёл мимо.

На этот раз тишина за спиной была другой. Не обиженной, а злой. Я почти физически ощутил её взгляд, сверлящий мне затылок, и представил, как румянец заливает щёки девушки, привыкшей к тому, что парни, да и, наверное, ребята постарше, не отказываются от её пирогов.

Третья попытка случилась через два дня, на рыночной площади, при свидетелях. Марта окликнула меня от колодца, громко, чтобы слышали соседки.

— Вик, подожди! Я хотела извиниться, если обидела чем. Мы ведь раньше ладили, правда?

Ладили. Красивое слово для того, что прежний Вик и Марта называли отношениями. Он таскался за ней как привязанный, носил ей цветы и орехи из леса, а она кормила его улыбками ровно настолько, чтобы не отпускать, и использовала его щенячью преданность как рычаг давления на Гарета.

Стоило тому взбрыкнуть, Марта тут же оказывалась рядом с Виком, на виду у всей деревни. Стоило Гарету прибежать обратно, мальчишка получал холодное плечо и недоумённый взгляд, словно она понятия не имела, о чём он вообще. А потом оба делали вид, что ничего не происходит, и Вик снова ждал у её калитки, не понимая, что в этой игре ему отведена роль не ухажёра, а удобного инструмента.

Я остановился, повернулся к ней вполоборота.

— Мы никогда не ладили, Марта. И никогда не поладим.

Я ушёл, оставив её стоять у колодца с приоткрытым ртом и тремя соседками, которые уже перешёптывались за её спиной.

— Ну и вали. Ты всегда был никчёмным идиотом!

Девушка побагровела. Корзинка в её руке дрогнула, костяшки пальцев побелели на плетёной ручке. Она резко развернулась и зашагала прочь, чеканя шаг по утоптанной земле. Вот и твое настоящее лицо.

Три соседки у колодца проводили её взглядами и одновременно повернулись друг к другу. Шёпот зашелестел над площадью, как ветер по сухой траве.

Понравилась история? Жми Лайк!

Продолжение: https://author.today/reader/565730