Античный Чароплет. Том 5 (СИ) - "Аллесий"

— Да, — Ксарнраадж пожала плечами. — Забавный юноша. Ты активно взялся за его учебу.

— Наверстываю упущенное.

— В Шумере не принято разве брать учеников в двенадцать-пятнадцать лет? Он по вашим меркам еще очень юн.

— Я его растил не в Шумере. Точнее, я его вообще не растил… Не важно.

Агаст «отдыхал» сейчас в камере в подземелье. Он попытался сбежать сам, был наказан. Но физические силы впечатляли. В первый раз во время такого экспромта стражник из числа наемников едва сумел с ним справиться. И то за счет опыта и того, что мальчишка был в хладных браслетах и не мог использовать свои способности к управлению водой.

Я решил не бросать этот талант на произвол судьбы и ввел в практику обязательные физические тренировки-спарринги. Со стражей дворца, со мной… Я избивал ученика особенно жестоко, помня похожие занятия с Шак’Чи, который меня так же совершенно не щадил. Посох из кровавого электрума — штука крайне существенная по весу. Попадая под правильным углом в кость, он вполне себе успешно ее ломал, направляемый моей рукой и собственной инерцией. Кроме того, тяжелые ушибы и ссадины, оставляемые таким инструментом на теле, превращали юного полубога в один сплошной синяк. Переломы я лечил, но не сразу — только когда конечности начинали синеть. Почему? Потому что меня самого так учили. Гази, Йен, учитель Халай. Это в некотором роде полезно: тренирует волю, самодисциплину. И выбивает дурь. Каждый раз, когда ученик выкидывал что-то этакое — я его избивал. А потом снова. И снова. Как ни странно, тренировки плоды давали куда большие, чем упражнения в магии: Агаст обладал феноменальными физическими данными и быстро развивался, отчего уже не был грушей для битья, давая вполне сносный отпор. Его, конечно, как и всех молодых дворян, учили сражаться в Бхопаларе. Но там был детский лепет. Да и школа такая себе. Мои движения с посохом, позаимствованные у Шак’Чи, были разрушительны и крайне непредсказуемы. Разрушительны не только для противника, но и для моих мышц и связок — нормальный человек так бы не смог. Так что то, что Агаст вообще мог от них уворачиваться, отбиваться и даже, вот уж диво, пытаться атаковать в ответ, было впечатляюще само по себе.

Это была уже третья попытка покинуть мои гостеприимные владения. И надо было что-то с этим делать. Я даже знал, что именно. Все равно приближался новый срок службы в ЭКЧ, а ученика оставлять на попечение… Кого? Альфиры? Управляющего? Стражи? Нет, организуем ему небольшое приключение. Так оно получше будет.

Жизнь в Шумере — штука не особо торопливая. Потому я решил по здравому размышлению не спешить с праздником, начав рассылать приглашения на следующий год. Что-то вроде годовщины постройки дворца. Для многих магов это было нормально: ведь я, считай, еще его не достроил по множеству показателей: чары не наложил, не зачаровал стен до конца… Просто сложить камни — это еще не все. Мне же все происходящее развязывало руки, чтобы действовать без спешки. Служба в ЭКЧ приближалась, буквально накладывая огромную мохнатую вредную лапу на мой график и время, с другой же стороны — спешить мне вроде как и некуда? Так что нет никакой великой сложности в том, чтобы просто отложить празднество на следующий месяц Кин-Инанна или Дуль-Куг… Я вообще решил праздновать в Апин-ду-а: точно вернусь с Парифата, даже если выйдет задержка. Да и удобно по времени: отдознуть немного успею, проверить приготоволения.

Из оставшихся дел оставалось не так уж и много: я продолжал понемногу заниматься с Красной — в той мере, в которой она могла меня учить, объясняя словами и направляя без магических способностей: магию применять даже саму простую она пока не рисковала. И этим заслуживала мое уважение, ведь такую жесткую самодисциплину поддерживать непросто. Все равно, что ползать на руках, вообще не пользуясь ногами, когда те полностью здоровы. А все почему? Потому что есть хоть и небольшой, но шанс того, что Альфира все же проснется где-то внутри Ксарнраадж, если задействовать седьмую оболочку. Но Красная просто не собиралась давать ни малейшего шанса пленнице своего разума.

Еще я занимался Агастом… Тренировки и простейшие упражнения с маной. Они ему почти не давались, но и обучение я начал недавно: скорее уж можно говорить об успехах, раз получалось хоть что-нибудь. Кроме того — я рассказывал о нечисти, нежити, демонах, их слабостях и способностях. Однобокое обучение получалось, но какая в сущности разница? Он сын Энки — бога вод, мудрости, бесконечности… А еще ему, можно сказать на рождении написано стать воином. Логично предположить, что в конечном итоге Агаст будет изучать гидромантию, боевую магию. Может быть — что-то еще. Предсказания или предвидение? Если я вообще смогу такому научить — мои собственные достижения здесь скромны. Так что знания я давал как раз самые нужные.

Кроме перечисленного у меня из дел были мои взаимоотношения с Утту’Хуменгалем. Мы встретились в Гуабе с ним и Аликелем. Помолвка с племянницей последнего состоялась, было оговорено много интересного. В частности, я обещал В месяц Ган-ган-эд — время большой торговли, когда урожай уже собран и первый ажиотаж спал, начинают торговать всем остальным, активизируются деловые контакты и связи, заключаются договоры на следующий год — быть во дворце и оказывать услуги по телепортации в сторону Киша, Ура, Урука и Вавилона. Еще мы обсудили услуги исцеления. Пусть я и был не самым выдающимся целителем — никаким, если уж на то пошло — но раны и травмы восстанавливать умел. А еще — лечить жизненной силой. Практически обратный вампиризм. Так что с некоторыми ограничениями, но согласился этим заниматься. Наконец, сам Аликель, ставший таки энном весьма быстро после того, как город узнал, что я женился на его сестре, обязался в первую очередь обращаться ко мне за защитой от всевозможной нечисти. Последний раз, правда, что-то такое требовалось лет десять назад, исключая случай с Машдой, восставшим из мертвых. Но всякое случается. Мы много и плодотворно поговорили. Оставалось только выполнить заказы на мази, настои и эликсиры, амулеты. Как ни крути, а продавать что-то нужно.

Требовалось также потихоньку заниматься дворцом, проектом посоха, который я только измыслил в своей голове, начав приходить к какому-то концепту… Но все это меркло пред новой идеей, которая занимала мой ум прямо сейчас. По здравому размышлению я решил от нее отказаться на полгода — пока не вернусь с Парифата Но готовиться все же начал.

Была у шумерских магов одна забава… Стоившая некоторым жизни, кстати. «Плевое» достижение, добавляющее престижа. На самом деле — крайне тяжелое дело, настоящее испытание, которое последним «выполнил», кажется, еще Шурукках — прошлый глава Гильдии. Этот маг вообще был вне всякой конкуренции, признаваемый величайшим чародеем Шумера за последние двести лет как минимум. Достижение репутационное, конечно, но репутация — дело дорогое. Ее следовало закрепить. Дело же было в общем-то практически плевое: долететь до одного места, да вернуться обратно. Проблема была в конкретном месте. Поверхность Луны.

Я долго обдумывал, как мне выделиться. Как «подать заявку» на титула архимага. И этот вариант мне показался самым удачным. Даже нынешний верховный такими деталями биографии не блистал. Проблема путешествия до Луны на самом деле запредельно острая и сложная. Отсутствие кислорода и нулевое давление — полбеды. Есть еще два нюансы — радиация и огромное расстояние. Требуется преодолеть огромную дистанцию, разогнав себя до безумной скорости, чтобы сделать это в хоть сколько-нибудь адекватный срок. И при этом суметь удерживать множество доспехов и иных чар, чтобы банально не сдохнуть. На все это нужна мана. Телепортация… Возможна. Здесь на самом деле проще, чем с переходом в тот же Вавилон: плюс-минус сотня километров — это даже не погрешность. А шанс «влезть» в скалу или курган (отчего я и предпочитал переноситься в небо, когда переходил в далекую или неизвестную точку) вообще равен нулю. Но максимум, куда я смог бы телепортироваться — за пределы земной атмосферы. ЛУна была просто далеко. Слишком, безумно далеко.