Изгой Высшего Ранга IV (СИ) - Молотов Виктор

Я прошёл этот участок, не открывая ни одного портала. Просто двигался правильно. Шаг влево, когда гравитация менялась. Поворот, ещё шаг, и вот я уже на другой стороне.

Хах. А ведь со стороны это наверняка выглядело как магия. Поэтому сейчас однокурсники и смотрели на меня с выпученными глазами.

Дальше шла комбинация силовых барьеров и движущихся платформ. Пришлось чередовать техники: Искажение здесь, микропортал там, Фазовый сдвиг, когда не было другого выхода.

[Нагрузка на магические каналы: 85%]

Седьмой участок — лабиринт с меняющейся конфигурацией. Стены перестраивались каждые несколько секунд, и нужно было либо запомнить паттерн, либо реагировать мгновенно.

Я выбрал второе. Пространственное чутьё подсказывало, куда двигаться, где откроется проход, где закроется. Это реально работало на уровне интуиции.

Последний участок — это вообще комбинация всего предыдущего. Движущиеся стены, вращающиеся платформы, силовые барьеры и искажённая гравитация одновременно. Хаос, организованный с дьявольской точностью.

И я прекрасно видел ухмылку Харина, которой он встречал всех тех, кто добирался до этого этапа. Наверняка сейчас он думает: тут я и посыплюсь. Ну-ну, посмотрим кто кого.

Я остановился на мгновение, оценивая ситуацию. Просчитал траекторию, нашёл три варианта, как пройти, и выбрал оптимальный.

Рванул вперёд. С помощью портала проскочил сквозь стены. Затем Фазовый сдвиг помог преодолеть барьер.

Потом я прыгнул с платформы на платформу, используя изменённую гравитацию как трамплин. Открыл ещё один портал, чтобы обойти последнюю ловушку. Финальный барьер преодолел через Фазовый сдвиг.

[Нагрузка на магические каналы: 112%]

Я стоял на финишной черте, дыша чуть глубже обычного. Каналы гудели от напряжения, но это была привычная, почти комфортная нагрузка. До микроповреждений ещё далеко.

Харин посмотрел на секундомер. Потом на меня. Отпил кофе.

— Интересно, — сказал он. — Ваше время на двадцать три секунды лучше, чем у лучшего результата за всю историю этого упражнения. И при этом вы не выглядите истощённым.

Он повернулся к группе. И громко прокомментировал:

— Видели, как он прошёл гравитационную зону? Без единого портала, без искажений. Просто шёл. Вот к чему нужно стремиться — к такому уровню понимания пространства, когда вы не боретесь с ним, а становитесь его частью.

Группа молчала. Я чувствовал на себе взгляды, особенно от тех, кто не дошёл даже до середины. Тот самый Костин вовсе смотрел в пол, сжав кулаки.

Рыжая смотрела на меня с выражением, которое я не сразу распознал. Она не злилась, не завидовала, не восхищалась, что я видел у других студентов. Ей словно было интересно. И всё.

Она подошла ко мне сразу после того, как Харин объявил конец занятия. Остальные студенты потянулись к выходу, обсуждая увиденное и меня в том числе, но рыжая целенаправленно двигалась ко мне.

— Как ты это сделал? — спросила она без предисловий, остановившись прямо передо мной.

— Так же, как и ты, — я пожал плечами.

— Нет, не так же, — она покачала головой, и рыжий хвост качнулся из стороны в сторону. — У меня самый большой потенциал и уровень владения Даром на всём потоке. И я четвертый год тренируюсь, понимаешь? У меня уже сформирован достаточно объёмный источник. А ты получил Дар пару месяцев назад.

— Около того, — признал я.

— И прошёл полосу легче, чем я. С меньшими затратами, я это видела по твоему лицу. Ты даже не вспотел толком. Как?

Она смотрела на меня с искренним любопытством.

— Большой резерв, — ответил я. — Повезло с Даром. S-класс — это не только сила, но и ёмкость источника. Энергии больше, восстанавливается быстрее.

— Повезло, значит… — она прищурилась так, словно пыталась заглянуть мне под кожу. — Можешь показать руку?

Странная просьба. Но почему бы и нет?

Я протянул ей левую руку. Она взяла её, повернула запястьем вверх и оттянула рукав куртки.

На коже, чуть выше запястья, виднелся небольшой шрам. Тонкий, почти незаметный, бледный на фоне кожи. Я и сам не обращал на него особого внимания — мало ли откуда он взялся. Может, в детстве поранился, может, ещё когда. Я точно не помнил.

— Так я и знала, — девушка улыбнулась.

— Что знала? — нахмурился я.

Вместо ответа она закатала собственный рукав и показала мне запястье. У нее был точно такой же шрам, словно их делали под копирку.

— Я думала, что была последней в проекте по созданию сильных магов, — сказала она тихо, понизив голос так, чтобы никто другой не услышал. — Видимо, ошибалась.

Она протянула руку для рукопожатия.

— Меня зовут Мария. И похоже, нам есть о чём поговорить.

Глава 4

— Кто тебя послал? — спросил я у девушки, отходя от неё на шаг назад.

Мария вытаращила глаза. Рот приоткрылся, брови взлетели вверх, веснушки на носу словно стали ярче от удивления. Либо она отличная актриса, либо вопрос реально застал её врасплох.

— Что? — она даже нервно рассмеялась. — Никто меня не посылал! Ты серьёзно сейчас?

Прозвучало это уверенно. И даже возмущённо. Но я не собирался вестись на её эмоции. Не зря же последние годы внимательно наблюдал за людьми и уже понимал, на что они способны.

— В таком случае ты дура, — спокойно ответил я.

— Ого! — Мария театрально прижала ладонь к груди, изображая оскорблённую невинность. Глаза при этом смеялись. — Вот это поворот! Обычно парни начинают с комплиментов. Знаешь, «красивые глаза», «классные волосы» и всё такое. А ты сразу с козырей заходишь.

— Я серьёзно.

— Да я поняла, поняла, — она махнула рукой, но улыбка с лица никуда не делась. — И как ты вообще можешь такое мне говорить? Я тут душу открываю, шрамами делюсь, а ты меня дурой называешь. Невежливо, Афанасьев.

С самомнением у неё явно всё в порядке. И с чувством юмора тоже. Но это не значит, что я собирался расслабляться.

— Смотри сама, — я скрестил руки на груди. — Если ты и правда участвовала в каком-то секретном проекте, ты бы не стала болтать об этом первому встречному. Это элементарная безопасность. Значит, либо ты дура, либо заранее знала что-то обо мне и использовала этот факт для сближения.

Я сделал паузу, наблюдая за её реакцией. Улыбка чуть поблекла, но не исчезла. Словно девушка и надеялась на подобные вопросы.

— Только вот вопрос: зачем я тебе? — вскинул я бровь.

— Ладно, — она подняла руки в примирительном жесте. — Признаю. Ты не такой простачок, каким кажешься. Это даже приятно, знаешь? Обычно люди ведутся на «ой, мы такие похожие, давай дружить». А ты сразу в атаку.

— Ты не ответила на вопрос.

— Терпение, Афанасьев. Терпение — это добродетель, — она подмигнула, потом посерьёзнела. — Ты прав. Мне запрещено об этом говорить. И я очень рискую. Прямо сейчас нарушаю кучу подписанных бумажек, за которые меня могут закопать. Фигурально выражаясь. Хотя, может, и буквально.

— Тогда зачем тебе такой риск?

— Потому что я бы не подошла к тебе, не будь уверена, что ты будешь молчать.

Она снова взяла мою руку и повернула запястьем вверх, слегка коснулась пальцем моего шрама.

— Тебе ведь тоже невыгодно, чтобы кто-то узнал, откуда у тебя эти способности. Верно, герой Каспийска?

— Даже если мы получили Дар одним способом, это ничего не меняет, — я отдёрнул руку.

— Как раз наоборот! — Мария всплеснула руками, и рыжий хвост качнулся от резкого движения. — Это меняет вообще всё! Ты не понимаешь?

Она оглянулась по сторонам, убедилась, что рядом никого нет, и понизила голос:

— Я считала, что проект закрыли. Давно, ещё когда я была ребёнком. Из-за слишком высокой смертности подопечных.

Улыбка исчезла. Впервые за весь разговор её лицо стало по-настоящему серьёзным.

— Из десяти выживал только один. Остальные… — голос Марии дрогнул. Она сглотнула, отвела взгляд. — Три мои сестры там погибли. Я была самой младшей, поэтому пошла последней. И единственная выжила.