Дом на Перепутье (СИ) - Михаль Татьяна

Эрран сидел на камне, скрестив руки на груди, и смотрел вдаль.

Ветер трепал его волосы, собранные в низкий хвост, и в этом простом, почти человеческом облике он казался… доступным и близким.

Батискаф свернулся клубком на тёплом выступе скалы, прикрыв глаза.

Только кончик хвоста подрагивал, значит, не спал, а просто медитировал или притворялся.

Я смотрела на них обоих.

На свою новую жизнь.

На свой Дом, который всегда ждал меня, полный Мартиных пирожков.

На свою магию, которая теперь всегда со мной, тихо пульсировала под кожей, напоминая: ты — это ты. Ты — ведьма. Ты — Хозяйка.

Я смотрела на золотой, багровый, невероятный закат и думала.

Знаете, я всегда думала, что «жить долго и счастливо» — это про тихую гавань, стабильность. Про пенсию и кота на диване. Чтобы всё было предсказуемо, спокойно и уютно.

У меня есть кот. Самый лучший кот во всех мирах. У меня есть уют. Но гавань… она оказалась совсем не тихой.

Перепутье — это место, где сходятся сотни миров, и каждый приносит свои проблемы, своих гостей, свои тайны.

А ещё я та, кто сейчас сидит на скале на краю реальности, рядом с котом, который считает себя центром вселенной (и, пожалуй, недалёк от истины), и существом, которое когда-то хотело уничтожить мой мир, а теперь…

Я покосилась на Эррана.

Он смотрел на закат так, будто впервые видел, как солнце касается воды.

Будто это не рутина вечности, а чудо.

И в его золотых, глубоких, бесконечных глазах отражалось то же самое, что чувствовала я.

А теперь он смотрел на закат и улыбался. Чуть-чуть, одними уголками губ. Но я уже знала, что эта улыбка для меня.

И я вдруг поняла: я не просто живу. Я ведь часть этой странной, абсурдной, прекрасной истории. Я звено между мирами. И я та, кого ждут дома. И та, кого…

Эрран поймал мой взгляд.

И та, кого, кажется, тоже ждут. Хотя он никогда не скажет этого вслух.

Батискаф зевнул и перевернулся на спину, подставляя пузо тёплому ветру.

Его лапы задрались вверх, и он замурчал громко, довольно, как маленький чёрный трактор.

— Хорошо, — пробормотал он. — Если бы я был котом, который верит в рай, я бы сказал, что мы в раю.

— Ты и есть кот, — напомнила я.

— Я — Хранитель. Это выше.

— Хранители тоже бывают в раю?

— Хранители создают рай вокруг себя. Вот как сейчас.

Я рассмеялась.

Эрран повернулся ко мне.

— О чём думаешь? — спросил он.

— Не поверишь… О жизни, — ответила я. — О том, какая она странная и прекрасная.

— Это философия Гаспара?

— Это моя собственная философия. Гаспар бы сказал, что всё это временно и завтра мы умрём.

— Гаспар пессимист.

— Гаспар реалист. Но сегодня я выбираю оптимизм.

— Правильно, — одобрил Батискаф, не открывая глаз. — Оптимизм — это когда ты знаешь, что завтра умрёшь, но сегодня ешь вкусняшки и радуешься.

— Это какой-то странный оптимизм.

— Это кошачий оптимизм. Самый правильный.

Закат догорал.

Солнце медленно погружалось в океан, окрашивая воду в расплавленное золото.

Небо над нами зажигало первые звёзды — крупные, яркие, совсем непохожие на земные.

— Мне нравится моя новая жизнь, — сказала я тихо, будто признаваясь в чём-то сокровенном.

— Я рад, — так же тихо ответил Эрран.

— Правда?

— Да. Я давно не обращал внимания на настоящее. Ты напоминаешь мне, зачем всё это.

— Что — всё это?

— Вечность. Миры. Власть. — Он помолчал. — Иногда бессмертие становится слишком… бессмысленным. А ты, Василис, придаёшь ему смысл.

У меня внутри разлилось тепло, не магическое, а самое настоящее.

— Эрран…

— Я знаю. Не надо слов.

Мы замолчали.

Батискаф засопел, кажется, действительно задремал.

И в этой тишине, на краю новорождённого мира, под звёздами, которых нет нигде больше, я чувствовала себя абсолютно счастливой.

Солнце почти скрылось за горизонтом, когда Эрран вдруг поднялся.

— Красиво, — сказал он, глядя на последние лучи. — Но у нас есть дела.

— Какие дела? — я тоже встала, отряхивая платье.

Он посмотрел на меня, в его глазах горел азарт.

— Готова к приключениям?

Я усмехнулась.

— Я всегда готова. Что за приключения?

— Мир чёрных драконов, — сказал он. — Они желают заключить со мной сделку. Весьма любопытную.

— Какую?

— У них украли артефакт «Зарождения», он поддерживает жизнь во всём измерении. Без него их мир начнёт угасать. Через сто-двести лет там ничего не останется.

— И они хотят, чтобы ты его нашёл?

— Они хотят, чтобы я помог им его вернуть. Воры — конкурирующий клан из мира золотых драконов.

— Драконьи разборки? — оживился Батискаф, мгновенно проснувшись. — Я в деле!

— Ты мне тоже понадобишься, — серьёзно сказал Эрран, глядя на кота. — Ты хорош в том, что касается договоров.

Батискаф замер.

— Что?

— Ты хорош в договорах. Ты внимателен к деталям, умеешь торговаться, и ты достаточно нагл, чтобы спорить с кем угодно, даже с драконами.

Батискаф вскочил, выпятил грудь.

— Наконец-то ты меня по полной программе оценил. Я готов! Веди меня к своим драконам!

— Драконы? — усмехнулась я. — Отлично, пусть будут драконы. Мне ведь нужно на ком-то практиковать со своим огнём.

— Драконы хорошо горят, — сказал Эрран. — У них чешуя — отличная растопка.

— Вы монстры, — восхищённо сказал Батискаф. — Скорее идём!

— Но это опасно, — предупредил феникс. — Драконы — не те существа, с которыми можно шутить.

— А мы и не шутим, — я подошла к Эррану и встала рядом. — Мы работаем.

— Моя ведьма теперь правильно думает, — одобрительно кивнул он.

— Я не твоя, — автоматически ответила я, но без особой уверенности.

Батискаф закатил глаза.

— Опять двадцать пять, — проворчал он. — Вечно у вас то недопонимание, то недоговорённости. Когда уже поженитесь, чтобы я жил спокойно?

— Батискаф!

— Что опять Батискаф? Вы друг на друга смотрите так, что даже драконы заметят.

— Ты невозможен.

— Я всегда прекрасен. И вы это знаете. А теперь, — он вскочил и отряхнулся, — ведите меня к драконам.

— Твой кот, — сказал он мне, — единственное существо во вселенной, которое умудряется меня одновременно злить и восхищать.

— Это талант, — скромно ответил Батискаф.

Феникс щёлкнул пальцами, и перед нами распахнулся чёрный, с золотыми искрами, пахнущий дымом, портал.

— Мир чёрных драконов, — объявил он.

Я посмотрела на Батискафа. Он подмигнул.

Я посмотрела на Эррана. Он улыбнулся.

— Идёмте, что ли, — сказала я и шагнула в портал.

— Драконы, мы идём! — заорал Батискаф, прыгая следом. — Берегите свои сокровища, свои хвосты и свои договоры! Кот с Василисой и фениксом подмышкой уже в пути!

Эрран шагнул последним.

Портал сомкнулся за нами, оставив новорождённый мир дожидаться нашего возвращения.

У меня начиналась новая жизнь, и совсем не со слов «жили они долго и счастливо». Но это уже совсем другая история.

Титры

БАТИСКАФ

Ну что, дорогие мои?

Если вы дочитали до этого места, значит, вы официально стали частью нашей безумной семьи. Поздравляю!

Теперь вы тоже обязаны приезжать в гости, есть пирожки нашей Марты и терпеть мои остроты. Возражения не принимаются.

Я — Батискаф. Кот и Хранитель Перепутья, главный стратег, дипломат и, по совместительству, единственное разумное существо в этом доме (не считая Акакия, но он чаще молчит, так что не в счёт).

За время этой истории я:

1. Спас Василису от глупости примерно пятьдесят три раза. Считала Эмма. Она ведёт учёт. У неё теперь есть отдельный фолиант «Кошачьи подвиги: хроники спасения Хозяйки».

2. Научил феникса вежливости. Частично. Прогресс есть: он больше не угрожает испепелить меня при каждой встрече. Теперь только через раз.