Мастер невезения (СИ) - Рудин Алекс

Косогоров помолчал, а потом спросил:

— Вы уверены, что нужно это делать?

— Возвращать вам дар? — удивился я. — А вы сами этого не хотите?

— Но ведь я нарушил условия договора с магией, — грустно произнёс мастер невезения. — Как она посмотрит на то, что я хочу получить свой дар обратно?

— Вы думаете, я собираюсь возвращать вам дар при помощи какого-то запретного колдовского ритуала? — рассмеялся я. — Нет, я просто отведу вас к существу, которое является воплощением магии. Поговорите с магией напрямик и сами выясните, в чём вы перед ней провинились.

Кажется, мои слова немного успокоили мастера невезения.

— Хорошо, я буду ждать вас, — ответил он.

— Тогда говорите адрес.

Затем я запер ворота гаража и послал зов Никите Михайловичу Зотову.

— Надеюсь, я не помешал вашему сну?

— Да какое там, — проворчал Зотов. — Я сижу за своим столом, пью неизвестно какую по счёту чашку кофе и пытаюсь разобраться с судебными делами, в которых участвовал господин Косогоров. Можете себе представить, у меня два часа ушло только на то, чтобы выцарапать их из судебного архива. Проклятые бюрократы!

— Сочувствую вам, — согласился я.

— А вам удалось что-то узнать? — спросил Никита Михайлович.

— Пока я выяснил только то, что в этом деле слишком часто мелькает князь Долгоруков. Вы не могли бы отправить ваших людей проследить за ним?

— Долгоруков? — удивился Никита Михайлович. — Знаете, господин Тайновидец, я сам недолюбливаю князя, но вряд ли он причастен к пропаже дара господина Косогорова. Я трижды перечитал дело этого грабителя Кошкина, который проник в дом князя. Там ни к чему не подкопаться. Кошкина схватили при попытке влезть в окно. Да он и сам признался, что хотел ограбить князя.

— И всё-таки Долгоруков вызывает у меня подозрения, — сказал я. — Сегодня я виделся с ним и попытался расспросить про ограбление. Долгоруков явно что-то недоговаривает, я это почувствовал.

— Если князь заметит слежку, он поднимет скандал, — проворчал Зотов. — Но я выполню вашу просьбу.

— Завтра утром я отвезу Косогорова в Сосновский лес, — сказал я. — Пусть поговорит со Стражем Магии. Имейте это в виду и не отправляйте за нами погоню.

— Хорошо, что вы предупредили. Возле дома Косогорова дежурят двое моих ребят, я скажу им, чтобы не пытались вас остановить.

— Если Страж расскажет, почему Косогоров потерял свой дар, я сразу вам сообщу.

— Буду вам очень признателен, — хмыкнул Зотов.

Я ещё немного постоял на крыльце, прислушался к ночной тишине. В глубине парка самозабвенно щебетала какая-то странная птица — наверное, она только что благополучно вернулась с юга и никак не могла прийти в себя от радости. За старыми липами слышался плеск воды — это мимо Каменного острова текла Нева.

— Карр! — донеслось откуда-то с высоты.

Сумасшедшая птица сразу же примолкла.

Я поднял голову и увидел, как в ночном небе промелькнула чёрная тень. Это был мой старый знакомый — ворон из Сосновского леса. Я узнал его благодаря вибрации моего магического дара.

— Привет, ворон! — обрадовался я. — Спускайся сюда!

Но ворон сделал круг над парком и снова скрылся в темноте.

Я посчитал его появление хорошим знаком. Значит, я правильно решил познакомить мастера невезения со Стражем Магии.

— Саша, ты идёшь? — прозвучал в моём сознании голос Лизы.

— Иду, — улыбнулся я.

Глава 9

Для поездки в Сосновский лес я взял новый мобиль. Колесить по непросохшим просёлочным дорогам на этом здоровяке было намного удобнее, чем на низком спортивном кабриолете.

— А на чём я на рынок поеду, Александр Васильевич? — насупился Игнат.

— Возьми кабриолет, — щедро разрешил я. — Фермеры примут тебя за императорского камердинера и сделают скидку.

— Кто же в кабриолете квашеную капусту возит? — попытался спорить Игнат.

Но я только рассмеялся и выкатил мобиль из гаража.

Мастер невезения жил на левом берегу Охты в симпатичном двухэтажном доме. Дом был окружён садом, голые ветки деревьев покачивались и отражались в оконных стёклах. Сад выглядел ухоженным, дорожки были очищены от прошлогодней листвы и мусора.

Когда я остановился рядом с оградой, от крыльца как раз отъехал мобиль Воронцовского госпиталя. За ветровым стеклом я увидел озабоченное лицо дежурного целителя.

Похоже, с мастером невезения снова произошла какая-то неприятность.

Я поднялся на крыльцо и постучал в дверь деревянным молотком, который висел на короткой бронзовой цепочке.

Мне открыл Косогоров. Он выглядел подавленным, левая рука была забинтована. Из-под бинта торчали края мягкой ткани, пропитанной какой-то целебной мазью.

— Что с вами случилось? — нахмурился я.

— У старшей дочки неожиданно проснулся магический дар, — устало объяснил Лукьян Матвеевич. — Мы с ней как раз играли в волшебников, и она понарошку бросила в меня огненным шаром. А получилось по-настоящему, да ещё и занавески вспыхнули. Мы с женой едва успели их потушить.

— С вашими близкими всё в порядке? — спросил я.

— Да, — кивнул мастер невезения. — А я, видите, вот…

Он приподнял забинтованную руку.

— Думаю, нам лучше отложить поездку, — поморщился я.

— Ни в коем случае, — твёрдо ответил Косогоров. — Скажу вам откровенно, я так больше не могу, Александр Васильевич. Я хочу исправить свою ошибку и вернуть дар, если это возможно.

— Я рад, что вы настроены решительно, — улыбнулся я.

— Прошу вас в дом, — запоздало спохватился маг невезения.

Он проводил меня в небольшую прихожую. В доме ещё пахло горелой тканью и лекарствами.

В дверном проёме, за который виднелся кухонный стол, стояла молодая женщина. На её щеке я заметил чёрную полоску сажи.

— Моя жена, Ольга Константиновна, — представил её Косогоров.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — почтительно поздоровалась женщина.

Чувствовалось, что жена Косогорова подавлена тем, что с ним случилось. Она надеялась, что я сотворю чудо и верну дар её мужу, но не верила в такое волшебство.

Из-за её спины выглядывали две девочки. Старшая смотрела исподлобья, глаза ещё блестели от недавних слёз. Младшая бесцеремонно разглядывала меня с детским любопытством.

— Доброе утро, сударыни, — вежливо улыбнулся я.

Младшая девочка изумленно распахнула синие глаза, а старшая насупилась ещё сильнее.

— Твой папа сказал, что у тебя пробудился магический дар, — обратился я к ней. — Можешь показать?

Девочка молча покачала головой и сжала кулаки. Я сразу понял, в чём дело — её только что отругали за устроенный переполох. Отругали не со зла — Косогоровы любили своих дочерей. Просто они испугались, когда вспыхнул огонь.

— Огонь — очень могущественная стихия, — сочувственно кивнул я. — Если обращаться с ним неосторожно, можно натворить немало бед. Поэтому тебе нужно учиться управлять своим даром, а не прятать его.

Лукьян Матвеевич Косогоров качнул головой, соглашаясь с моими словами.

— Аня, покажи его сиятельству свой дар, — сказал он. — Не бойся.

Девочка помедлила ещё немного, потом неумело щёлкнула тонкими пальчиками. В её ладони вспыхнул крохотный дрожащий огонёк. Дочка мага невезения осторожно раскрыла ладонь. Огонёк не погас, он трепетал, не обжигая кожу.

Младшая девочка смотрела на сестру с восторгом и завистью. Их мать тревожилась, но старалась не выдать этого. Но дочь почувствовала её тревогу. Она снова сжала пальцы, и огонёк погас.

— Мы уже думали, что у Ани нет дара, — сказал мне Косогоров. — Так ведь иногда бывает. Советовались с целителями, даже собирались отвести её к менталисту. А сегодня утром дар проснулся сам собой.

— Думаю, это ваша заслуга, — усмехнулся я. — Вы хотели помочь дочери, и смогли это сделать.