— Домашний любимец, — подсказал я. — Очень дружелюбный.
Кусака оскалился. Ряды стальных зубов сверкнули на солнце.
Мать подхватила дочь на руки и припустила прочь.
— Хозяин, — Арли зависла у моего уха. — С такой улыбочкой это звучит… двусмысленно.
— Учту на будущее.
Магазин «Мастер Грифончик. Оседлай Небо!» выглядел… нервным? Другого слова я почему-то не мог подобрать.
Нет, здание не дрожало и не покрывалось потом. Но что-то в нём изменилось. Витрина казалась тусклее. Вывеска покосилась. А сам Грифончик, встретивший нас на пороге, выглядел так, будто не спал неделю.
— Маркус! — он буквально вцепился в мой рукав. — Наконец-то! Заходи, заходи быстрее!
Мы вошли. Внутри царил привычный запах кожи и масла, но теперь к нему примешивалось что-то ещё. Кислое. Затхлое.
— Что случилось? — спросил я, оглядываясь.
— Случилось⁈ — Грифончик всплеснул руками. — Всё случилось! Катастрофа! Разорение! Конец света в отдельно взятом магазине!
Он метнулся к прилавку. Схватил какой-то свёрток. Развернул.
— Вот! Смотри!
На ткани лежало седло. Красивое, с серебряной фурнитурой и рунической вышивкой. Точнее, оно было бы красивым, если бы руны не выцвели до состояния бледных пятен.
— Виверновая кожа! — Грифончик почти рыдал. — Высший сорт! С острова Драконьего Клыка! Заказчик заплатил триста золотых! А теперь… теперь это просто кусок дохлой рептилии!
Я взял седло, повертел в руках. Магический фон почти нулевой. Чары, которые должны были делать кожу прочнее стали, испарились.
— Когда это началось?
— Первый случай был месяц назад. Сначала я думал, брак материала. Потом решил, что порча. Вызывал магов, детективов, даже экзорциста! Никто ничего не нашёл!
Он схватился за голову и посмотрел на меня безумными глазами.
— Это уже пятый такой случай! Маркус, я разоряюсь. Клиенты уходят. Репутация летит к троллям под хвост. Ещё месяц такого, и я закрою лавку!
Кусака, который до этого тихо сидел у моих ног, вдруг напрягся. Его уши, бронзовые пластины на шарнирах, повернулись в сторону склада.
— Интересно, — пробормотал я.
— Что⁈
— Твоя проблема, возможно, имеет решение. Но сначала давай протестируем собаку.
Грифончик моргнул. Посмотрел на бульдога.
— А, да. Твой пёс. Забыл. Голова кругом идёт.
Он потёр виски.
— Ладно. Давай тестировать. Эй, Тормунд!
Из подсобки вышел подмастерье. Молодой парень, лет семнадцати, с веснушчатым лицом и руками, перепачканными кожевенной краской.
— Да, мастер?
— Попробуй взять вон то седло с прилавка. То, синее, с перьями.
Тормунд пожал плечами и направился к прилавку. Кусака не шевельнулся. Но его глаза из янтарных стали оранжевыми. Сенсоры в носу загудели громче.
Подмастерье протянул руку к седлу.
Бульдог… переместился. Так быстро, что человеческий глаз не успел зафиксировать движение. Теперь он стоял между Тормундом и прилавком. Не рычал, не скалился, а просто стоял, как бронзовая стена. Глаза горели оранжевым.
Тормунд застыл с вытянутой рукой.
— Э-э-э… — произнёс он с умным видом.
— Попробуй обойти, — предложил я.
Подмастерье шагнул влево. Кусака сместился, перекрывая путь.
Парень шагнул вправо. Бульдог снова закрыл ему проход.
Парень попытался прыгнуть через прилавок. Пёс оказался на прилавке раньше, чем Тормунд оторвался от пола.
— Достаточно, — я щёлкнул пальцами. — Кусака, свои.
Глаза бульдога вернулись к янтарному спокойному свечению. Он спрыгнул с прилавка и спокойно сел рядом со мной.
Грифончик смотрел на это представление с открытым ртом.
— Охренеть, — выдохнул он наконец. — Он даже не зарычал.
— Не было агрессии, не было и реакции. Если бы Тормунд попытался ударить или схватить, результат был бы… другим.
— Каким?
— Хочешь проверить?
Грифончик посмотрел на стальные зубы бульдога. На когти, способные вскрыть бронированную дверь.
— Нет. Спасибо. Верю на слово.
— Разумно.
Я похлопал Кусаку по голове. Пёс довольно махнул хвостом.
— Знаешь, — гном почесал бороду, — я не раз видел в деле охранных големов от «Голем-Прома». Они либо тупят, как пеньки, и пропускают всех подряд. Либо сразу ломают руки без разбора. Середины нет. А этот…
— Этот думает. В рамках заложенных алгоритмов, но думает.
— Сколько там ещё с меня?
— Сто пятьдесят золотых.
— Хм. — Грифончик снова посмотрел на выцветшее седло. — Дорого. Но если он может решить мою проблему…
— Какую именно проблему?
— С исчезающими товарами! С магией, которая выгорает! Может, он учует вора?
Кусака снова напрягся и повернулся к складу. Глаза мигнули, на мгновение став красными.
— Похоже, — произнёс я медленно, — он уже что-то учуял.
Склад Грифончика занимал подвал под магазином. Каменные стены, низкий потолок, ряды стеллажей с рулонами кожи, мотками ниток и готовыми изделиями.
И тот самый кислый запах. Здесь он был сильнее.
Кусака вошёл первым. Его походка изменилась. Больше никакой расслабленной трусцы. Теперь он двигался как охотник: низко, бесшумно, словно учуял… что-то.
— Чего он? — прошептал Грифончик.
— Охотится.
— На кого⁈
— Сейчас узнаем.
Бульдог замер у дальней стены. Его нос почти касался пола. Глаза горели тёмно-красным.
А потом он начал рыть. Когти впились в каменную кладку. Полетели осколки. Бронзовые лапы работали как отбойные молотки.
— Э! — Грифончик рванулся вперёд. — Он ломает мой пол!
Я перехватил его за плечо.
— Подожди.
— Но…
— Подожди.
Кусака вырвал целую плиту. Под ней в земле… была нора. Небольшая, размером с лисью. И в этой пустоте что-то шевельнулось.
Пёс сунул морду в дыру. Раздался визг, тонкий, пронзительный, на грани ультразвука.
А потом Кусака вытащил ЭТО.
Существо было размером с крысу. Но это точно была не крыса. Шесть лап, покрытых мелкой чешуёй. Тело, похожее на жирную гусеницу. И голова… голова была почти человеческой. Крошечное личико с огромными глазами и ртом-присоской.
Оно извивалось в зубах бульдога, пытаясь вырваться.
— Что… — Грифончик попятился. — Что это за тварь⁈
Я подошёл ближе, разглядывая существо. Оно шипело и плевалось, но укусить не могло: кусака держал крепко.
— Маноядный шелкопряд, — констатировал я. — Редкий паразит из Бездны. Питается магической энергией.
— Паразит⁈
— Именно. Он не воровал твои товары, Грифончик. Он выжирал из них магию. Виверновая кожа без чар это просто кожа. Зачарованные сёдла без заклинаний это просто седла.
— Но… но почему его никто не нашёл⁈ Я вызывал магов!
— Потому что он невидим для стандартного магического зрения. Шелкопряды эволюционировали в магонасыщенной среде. Они научились прятаться от обнаружения.
Я кивнул на Кусаку.
— Но он не использует одно лишь стандартное магическое зрение. Он чует запах, тепло и вибрации. Косвенные признаки. Для него эта тварь светилась как маяк в темноте.
Грифончик смотрел на шелкопряда с отвращением и благоговением одновременно.
— Значит… всё это время… месяц убытков… из-за одной мелкой твари?
— Они редко заводятся в одиночестве. Обычно колониями.
— ЧТО⁈
Кусака рыкнул. Из дыры в полу выползло ещё одно существо. И ещё. И ещё… Десятка полтора маноядных тварей, жирных от поглощённой магии.
— О боги… — гном побледнел.
— Кусака, — скомандовал я. — Чистка.
Бульдог сжал челюсти… Хруст! Визг, оборвавшийся на полуноте. А потом пёс принялся за оставшихся тварей.
Кусака работал методично и эффективно. Никакой жестокости, просто уничтожение вредителей.
Через минуту всё было кончено. На полу остались только мокрые пятна и несколько чешуек.
— Чистота — залог здоровья, — прокомментировала Арли, наблюдавшая с моего плеча.
Грифончик стоял неподвижно. Его лицо прошло через несколько стадий: шок, облегчение, восторг.
