– Новая нежить? – нахмурился Бреннон. – Черт подери, я-то думал, преступник ограничится вампиршами.
– Зачем ему себя ограничивать? Если он может повелевать не только нежитью, но и другими монстрами… – Пес громко щелкнул зубами, и Лонгсдейл смолк, задумавшись над сказанным.
– То как он это делает? Можно собрать какой-нибудь подчиняющий амулет?
– Разумеется, можно. Есть и амулеты, и особые заклятия, но… но вопрос в том, как он ухитрился нанести на вампирш менди. Разве что усыпить, но как? Или он сперва читает заклятия, а потом наносит?
– Я тут тоже побывал на экскурсии. Короче, тел нигде нет. Ни одного трупа не обнаружено. То ли фрегат уже расколотился пустым, то ли всех людей мгновенно сожрала нежить или морские чудища. Обломки корабля собрали и увезли люди из ОРБ. Видел тут вооруженную парочку в штатском – тоже оттуда.
– Интересно, – пробормотал Лонгсдейл. – Первая нежить объявилась в Блэкуите, когда фрегат был еще в пути. Однако в памяти бааван ши я видел корабль и море, а она слышала доргернскую речь. Гм-м-м…
– Хотите сказать, – встревожился Бреннон, – хозяин начал превращать пассажиров в этих тварей еще во время путешествия? Но ведь это значит, что он как-то переместил их на огромное расстояние!
– Телепортация вполне возможна, – пожал плечами Лонгсдейл. – Мы же прошли сюда зеркальной тропой.
Бреннон сглотнул – его все еще подташнивало при одном воспоминании, – но не сдался:
– Но если хозяину по силам превратить пассажиров в нежить, то почему, черт возьми, он позволил пустому кораблю доплыть до Бресвейн? Разве не логичнее было бы спалить чертову посудину прямо в море?
Пес издал скептически-хмыкающий звук.
– Может, ему помешали?
– Кто? Чайки? Нет, дело не в этом. Он или по какой-то причине не смог уничтожить фрегат или, наоборот, хотел, чтобы все его увидели.
– Но зачем?
– Пока не знаю, – процедил Бреннон. – Но это такой интересный вопрос, что непременно выясню.
Мимо, стуча колесами по брусчатке, прокатила карета, и пес вдруг дернулся так, словно в него всадили заряд дроби. Зверь коротко заскулил, подпрыгнул и ринулся за каретой.
– Кусач?!
– Там мисс Шеридан! – выдохнул Лонгсдейл, внезапно побледнев (еще сильнее, чем обычно).
– Что?! – взревел Бреннон и бросился вслед за псом. Собака без труда догнала карету и на бегу напрыгнула на дверь. Лошади испуганно заржали и метнулись в сторону; кучер подхлестнул обеих. Оконце на двери кареты открылось, из него высунулась мужская рука («Редферн!» – в ярости узнал комиссар) и шваркнула об мостовую колбу с зельем.
– Бандиты! – надсадно взвизгнула какая-то тетка, попытавшись огреть Бреннона зонтиком. – Полицию вызову!
Карета растворилась в клубах белого дыма. Натан, наученный горьким опытом, остановился, закрывая лицо отворотом сюртука. Пес пометался в дыму, злобно коротко взвыл и, понурившись, сел у ног комиссара.
– Черт с ним, Кусач, – глухо буркнул Бреннон. – Потом выследим и потолкуем по душам. А сейчас нечего привлекать внимание полиции. Мы здесь неофициально работаем.
Лонгсдейл остановился рядом и спросил:
– Что он тут делает?
– Хороший вопрос. Может, погулять вышел. А может…
Бреннону вспомнилась судьба Хилкарнского Душителя. Кто знает, не Редферн ли приложил руку к тому, что «Кайзерштерн» затонула в порту, на глазах у всех?
* * *
Маргарет тихонько постучалась и вошла, прижимая к груди папку. Энджел сидел перед камином, опустив голову на руку. Девушка хотела положить папку на стол и исчезнуть, но Редферн вдруг приглушенно сказал:
– Садитесь.
Маргарет опустилась на краешек кресла рядом. Они сняли апартаменты в отеле, страшно дорогие, как ей показалось, но все равно промозглые. Когда ветер с моря бил в стены и окна, даже растопленный камин не помогал.
«Хочу домой!» – с тоской подумала она и вдруг поняла, что дом ее раздвоился – на виллу под Авентином и замок среди елового бора у подножия низких гор.
– Кого только не встретишь во время прогулки по набережной. – Энджел откинулся на спинку кресла, не спуская с девушки пристального взгляда из-под полуопущенных век.
– Это не я! – вскричала Маргарет, у которой мурашки целыми армиями замаршировали по всему телу. У Энджела после ее выходки с генеалогией Редфернов есть весомые причины ей больше не доверять – и что, если он ее прогонит?..
– Когда я разрешил вам время от времени писать родне, я поставил всего одно условие…
– Я ничего дяде об этом не писала! – воскликнула девушка: ее возмущение наконец вырвалось наружу. Сколько можно ее угнетать?! – Вы сами знаете! Это вы передаете им письма, а последнее было три недели назад! Я не могла написать о таком и не стала бы!
– Значит, это удивительное совпадение. – Наставник уставился на пляшущее в камине пламя. – Впрочем, я знаю, что вы достаточно изобретательны, чтобы найти другой способ связаться с ним.
В душе Маргарет все вскипело от такой несправедливости, но девушка молчала, закусив губу. Проклятая папка с копиями из Папской библиотеки! Ну почему вечно надо все так испортить!
– А еще, – приглушенно и мягко продолжил Редферн, – я хорошо знаю, когда вы врете. Но, впрочем, на всякий случай я взял амулет. – Он с улыбкой раскрыл ладонь: вокруг пальцев обвивалась золотая цепочка с белесым опаловым медальоном.
– Энджел! – обиженно воскликнула мисс Шеридан, едва переводя дух от облегчения.
– Зеркало правды, изобретение брахманов Мазандрана. Возьмите, поиграйте. – Энджел бросил ей медальон. Маргарет поймала и тут же ощутила приятные прохладные покалывания – а ведь Энджел все это время прятал его в ладони.
– Холодненький!
– Он краснеет и раскаляется от лжи, – добродушно сказал Редферн. Маргарет сглотнула – он готов был обжечь руки и себе, и ей, если бы поймал на лжи, – и тут же покаянно призналась себе, что у него есть для этого серьезный повод.
– Однако в такие совпадения я все равно не верю. Что привело вашего дядю в Бресвейн одновременно с нами?
– «Кайзерштерн», – предположила Маргарет, торопясь увести разговор к другой теме. – Наверняка ведется расследование, как да почему корабль затонул, а дядин департамент несколько лет признавали одним из лучших в Риаде.
– Думаете, вашего дядю вызвали на помощь как выдающегося специалиста?
– А почему нет? Если дяде показалось, что в дело впутана нечистая сила, то он привез мистера Лонгсдейла.
– Не хочу вас разочаровывать, – хмыкнул Энджел, – но, хоть я и считаю вашего дядю выдающимся профессионалом, я не уверен, что в ОРБ придерживаются того же мнения. Он для них – обычный провинциальный комиссар.
Маргарет еще немного подумала.
– В газетах было написано, что кайзер ради обмена опытом послал сюда несколько доргернских полицейских. Может, дядю вызвали в столицу вместе с другими полицейскими? Хотели устроить полицейский конгресс?
– Имеет смысл, – кивнул Энджел. – Однако это возвращает нас к другому насущному вопросу. Все обломки корабля хранятся в здании Министерства внутренних дел, скорее всего, в Отделе республиканской безопасности. Вы знаете, что это?
– Нет.
– Особый отдел, отвечающий за политическую безопасность внутри страны, фактически – внутренняя разведка. Занимаются всем, что выглядит как диверсия вражеских шпионов, политический заговор или злоумышление против государства. Нам нужно залезть в их хранилище и изучить остатки корабля, – буднично заключил Энджел. Маргарет тихо выдохнула. Не то чтобы она была против…
– А если нас там поймают?
– Пока не ловили ни разу, – с усмешкой ответил Редферн. – Впрочем, вы можете не идти.
– Я пойду! – пылко возразила девушка. – Вас нельзя оставлять без присмотра!
– Маргарет, я взрослый, отвечающий за свои поступки мужчина…
– Который еще в июле влез в личную папскую молельню и стащил оттуда заколдованную посудину, чтобы сварить в ней экспериментальное зелье, – сухо напомнила мисс Шеридан. – Вы повзрослели за прошедшие три месяца?
