Из золота в свинец 2 (СИ) - Капелькин Михаил

— Ну, когда на следующую вылазку поедем, братан? — через окно спросил Пантелеев, когда я вышел из машины.

— Я сообщу. Доброй ночи, Григорий.

— Доброй, подельничек! — хохотнул он и с визгом шин сорвал машину с места.

Поправив на плече ремешок тяжелого несессера, взял в руки черные сумки и направился к входу в подъезд.

Когда поднимался на свой этаж, выше по лестнице раздался странный шум, а затем ко мне под ноги скатился один из соседей-алкоголиков, вопя:

— Да не знаю я!.. Не знаю, кто это был!

А следом за ним, медленно ступая тяжелыми ботинками, спустился Роман, который, увидев меня, воскликнул:

— Он сам упал! Честно! Я только хотел задать пару вопросов, — продолжал оправдываться Роман, спускаясь по лестнице в белой майке и штанах. — А он попятился и вот…

Сосед, об которого я погнул термос, постанывая от боли, держался за ушибленные ребра. Встать он не встал, а подполз к стене подъезда и прислонился к ней спиной.

— В чем дело? — недоумевал я.

Спать хотелось дико, так что соображал посредственно.

— Да так, не обращай внимания, — отмахнулся Роман, подошел к пострадавшему и за грудки поднял его на ноги. — Не знаешь, говоришь?

— Да точно говорю, не знаю, — стонал он. — Подошли двое, стали вопросы задавать про Романа Копылова, а тут ты и вышел из такси.

— Ладно, живи пока, — отпустил парня Роман. — Целый хоть?

— Бывало и хуже. И я правда сам упал, — это он уже мне. — Я пойду, да?

— Иди, — пропустил его мимо себя мой друг.

М-да… Из одного цирка в другой попал!

— Так в чем дело-то, Ром? Кто о тебе спрашивал и зачем?

— Да… — опять отмахнулся он и пошел по лестнице домой. — Двое гастролеров каких-то. Явно не местная шпана. Да ты не парься, Макс, это по работе, скорее всего. Мало ли на полицию обиженных? Я не один раз всяких аристократов перепивших паковал. Ты-то где был? Полночь уже…

— Ходил за покупками.

— А… — протянул Роман, будто что-то понял, глядя на мои сумки.

Хотя, скорее всего, и правда понял. Что не хочет знать, о каких покупках речь.

Странно он себя ведет. Скрывает что-то. Из короткого разговора понял, что двое незнакомцев спрашивали у соседа про Романа, искали его. Видимо, друг погнался за ними, но упустил, иначе, чую, вопросы он задавал бы уже им. И они, скорее всего, падали бы не случайно.

Ладно, не хочет говорить — не надо, настаивать не буду. Придет время, сам все расскажет. Но на всякий случай я все же произнес, когда мы подошли к квартире:

— Дай знать, если что. Одного я тебя в беде не оставлю.

— Не парься. Не в первый и не в последний раз такое! — шутил он, открывая дверь.

Внутри стояла темень. Я шагнул и споткнулся о темную груду, чуть не улетев вперед. Раздался страшный грохот. Нащупал выключатель, и свет залил маленькую прихожую. Под ногами у меня рассыпались пакеты с валиками, кисточками, укатились рулоны обоев и банки краски, а впереди наискось перекрыли проход деревянные черенки.

— Роман? — тихо позвал соседа.

— Блин, забыл предупредить… Я тут прикупил всякого для ремонта завтра… Ты это, не споткнись, да?

— Пошел ты на фиг, Роман, — от всей души послал его и засмеялся.

Разобрав и разложив все покупки, умылся и приготовился ложиться спать. Укрепляющее зелье Elixir Muscularium как раз дошло до кондиции. Я слил медовую жидкость в маленькую склянку и лег в постель. Резко выдохнул и влил вонючий экстракт в глотку. Проглотил, зажав нос.

Elixir Muscularium — простое зелье, которое сделает мой организм чуточку крепче и выносливее. Правда, есть один нюанс при его использовании.

Если говорить коротко, проблема не в том, чтобы заснуть после его применения.

А в том, чтобы суметь проснуться.

Глава 9

Невысокий лысый мужчина поворошил угли в камине и сел в кресло рядом. Одет он был тепло, но рядом с огнем расстегнул пуговицы вязаного кардигана. Взмахнул рукой, и потоки воздуха, сорвавшиеся с кончиков пальцев, подняли бокал с янтарным напитком. Играя пальцами, мужчина заставил бокал несколько раз качнуться, чтобы напиток внутри раскрыл свой аромат, и только потом сделал глоток.

В дверь большого кабинета постучали, затем вошли двое мужчин. Те, кого он посылал следить за Романом Копыловым.

— Ну? — нетерпеливо спросил хозяин дома.

— Мы нашли его, господин Бурановский, — учтиво поклонился вошедший первым. От второго его отличал маленький нос пуговкой и большие пухлые губы. — Но он заметил нас, и нам пришлось прекратить слежку.

Граф Бурановский поморщился и тяжело вздохнул:

— Плохо, Михаил. Мы не должны его спугнуть. Вы уже выяснили личность того, второго парня, которого он встретил из шестого отделения в ту ночь?

— Нет, господин. Все свидетельства его пребывания в отделении были уничтожены. А сотрудники не помнят события последних шести часов. Словно этого парня никогда не существовало. Ни свидетелей, ничего.

— Ясно. — Бурановский продолжал сердито крутить в воздухе бокал, пока не опустил его обратно на столик. — Значит, этот полицейский Копылов — наша единственная ниточка. Выясните о нем все, что сможете. Когда поступил на службу, в каком отделении, где родился, с кем дружил, во сколько сказал первое слово. Вам все понятно?

— Да, господин, — отвечал все тот же слуга графа. — Прикажете возобновить слежку?

— Ну конечно! Только аккуратнее. Мне нужен друг этого Копылова. — Бурановский уже хотел отпустить своих людей, но вспомнил о еще одном вопросе. — Позовите ко мне Семена. Хочу знать, как отреагировала Торговая гильдия на смерть моего партнера.

— Да, господин, — двое поклонились графу и вышли.

Бурановский снова взмахнул пальцами и поднял бокал. Сосуд замер в нескольких сантиметрах над его ладонью. Продолжая двигать пальцами, граф заставил бокал перевернуться и пролить содержимое, но воздушные потоки играючи подхватили капли и стали жонглировать ими, не давая упасть напитку на кожу человека.

Граф делал это машинально. Следя за игрой капель и покачиванием бокала, он вспоминал тот вечер в полицейском отделении, розовый туман, после которого все вдруг сошли с ума, а спустя полчаса никто и не вспомнил об этом. Только эхом еще стоял крик одного из стражей порядка, что он какая-то Бастинда.

У него было много вопросов. Откуда взялся этот туман? Это Реликт того человека? Тогда почему он ничего об этом не слышал? Дворянских семей в Российской Империи не так много. А если не Реликт, тогда что? В любом случае обладание такой силой делу семьи Бурановских не повредит. Его мозг уже накинул несколько вариантов, как можно использовать такую способность.

Поэтому граф и хотел как можно больше узнать о том незнакомце. Но единственное, что он смог увидеть и запомнить, — старый кожаный несессер.

Роман с трудом разлепил веки. Голова гудела, словно он сам гудел всю ночь. Последние пару недель она болела все время: днем, ночью, во время сна и бодрствования. Боль просто меняла свою интенсивность. Роман связывал это с недосыпом из-за подготовки к экзамену. В любую свободную минуту он старался учить и повторять материал по криминалистике. Чтобы тот лучше усваивался, он даже купил специальные таблетки от «Воронов Фармацевтика» для памяти.

Помогают они или нет, станет ясно только на экзамене.

Сегодня голова болела особенно сильно. В районе затылка, внизу слева, Роман нащупал жгут спазмированных мышц под черепом, попытался его размять… Вроде даже полегчало — ненадолго.

Со вздохом он поднялся с постели, умылся и сварил кофе. Только опустошив большую кружку, почувствовал облегчение. Часы показывали четверть восьмого утра. Несколько дней назад они с Максом договорились, что Роман выходные посвятит подготовке к экзамену, а его друг — ремонту новой квартиры.

— Да, странные дела… — пробормотал Роман.

Исаев сильно изменился за последние две недели. Затвердел, словно глина на солнце. Вроде это был все тот же Макс, с которым они в родном захолустье по лужам прыгали, а вроде и нет. Эти его провалы в памяти… Впрочем, если учесть, что ему пришлось пережить совсем недавно…