Адвокат по магическим делам - Орлова Анна

– Разумеется, нет, – заверила я, внимательно его разглядывая. Ласковое "Танечка" меня насторожило. Не говорят так о женах-изменницах. – Но ведь ваша супруга на алименты не подавала?

По закону право на содержание имеет не только ребенок, но и мать. И это право сохраняется до достижения ребенком возраста трех лет.

– Нет, конечно, – удивился он. – Мы же вместе живем.

Совместное проживание вовсе не являлось препятствием для взыскания алиментов. Далеко не все отцы считают нужным выделять адекватную сумму на обеспечение нужд младенца. А выпрашивать каждую копейку – то еще удовольствие.

– Тогда тем более, – хмыкнула я. – Насколько я понимаю, ваша жена признает, что вы не являетесь отцом ребенка?

Если так, то дело проще простого. Истец подает в суд, ответчица иск признает – и дело в шляпе. Точнее, в ЗАГСе.

– Конечно, – кивнул он. – Понимаете, я работаю вахтовым методом, по полгода. Вернулся к праздникам, а тут…

– А отец ребенка готов выступить свидетелем? – уточнила я на всякий случай. Редкий любовник на такое согласится.

Впрочем, картина и без этого ясна. Раз "Танечка" на пятом месяце, тут и без экспертизы можно обойтись. Хватит и несложных подсчетов.

Но любой юрист собирает максимум доказательств, просто на всякий случай. Мы большие перестраховщики, и нередко это оправдывается.

Он посмотрел на меня с удивлением.

– Нет, конечно! Понимаете, Танечка медиум. Однажды на сеансе что-то пошло не так и… В общем, ею духи, того, овладели. Она не виновата!

Что-что?

Я кашлянула, скрывая смех, и сказала серьезно:

– Боюсь, затруднительно взыскать алименты с духов.

Короче говоря, и этот клиент ушел недовольным. А под дверью уже ждал следующий.

– Я хочу оспорить завещание! – заявил молодой гоблин и хлопнул мне на стол нотариально заверенный документ.

Увы, я не нашла, к чему в нем придраться. Ни на первый взгляд, ни на второй.

– На каком основании? – уточнила я осторожно.

Отчего-то граждане уверены, что оспорить последнюю волю можно легко и просто, было бы желание. На практике же случаи удовлетворения подобных исков крайне редки. Для этого нужно доказать, что наследодатель на момент составления завещания либо был не в себе, либо его тем или иным способом принудили поставить подпись. Прямо скажем, нетривиальная задача. Разумеется, если ныне покойный гражданин не состоял на учете в психоневрологическом диспансере, но и в этом случае придется проводить соответствующую экспертизу.

К тому же нотариусы бдят. И, прежде чем заверить чье-то волеизъявление, непременно удостоверятся, что клиент понимает, кто он такой и что подписывает. При некотором опыте это несложно.

– Это подписал не отец! – припечатал клиент, подался вперед и глаза вытаращил.

– Это будет трудно доказать, – заметила я сдержанно. – Нотариусы проверяют личность и…

– Да что вы все об одном талдычите, – перебил клиент запальчиво. "Все"? То есть я не первая в списке? – Ну глянул этот ваш нотариус, и что? Лицо, отпечатки пальцев – это все совпадает. А что это был драугр, он может отличить?!

И посмотрел на меня с торжеством.

– Оживших мертвецов определить нетрудно, – возразила я сухо. – Даже на первый взгляд. На их внешнем виде обязательно сказывается причина смерти и…

– Врете! – завопил клиент, вскакивая.

Я только глаза закатила. Кажется, в дурдоме сегодня день открытых дверей. Весеннее обострение во всей красе.

– Извините, ничем не могу вам помочь, – сказала я тихо, но непреклонно. – До свидания.

– Я на вас жалобу напишу! – пригрозил клиент. – В эту, как ее? В коллегию!

– Адрес подсказать? – предложила я вежливо. – Нет? Всего доброго.

Не железная же я, в самом деле!

Когда клиент, изрыгая проклятия, вымелся наконец за дверь, я на мгновение позволила себе прикрыть глаза. И вздрогнула от ядовитого:

– Смотрю, у тебя клиенты прямо в очередь выстраиваются!

Дорогая коллега, чтоб ее. Стоит, подбоченившись, и смотрит исподлобья.

– Могу подарить, – предложила я с чувством.

– Мне чужого не надо, – поджала губы она и огляделась. – Кстати, а куда подевалась наша секретарша? Опять входящая документация не рассортирована!

Нелюбовь Фарлай к Летиции вспыхнула с момента знакомства и не угасала ни на миг. Призрачная дама несказанно бесила нашу скандалистку тем, что на все ее выпады реагировала безукоризненно вежливо и никогда не теряла присутствия духа… Странно звучит в отношении собственно духа, но как есть.

Задеть или оскорбить Летицию было невозможно. Хотя нельзя сказать, что Фарлай не пыталась.

Я усмехнулась – мысленно, разумеется! – и напомнила:

– Летиция в отпуске, вернется пятнадцатого июня.

– Ах, да, – кисло сказала Фарлай, умащивая свое необъятное седалище в кресле напротив. – Хотя зачем призракам отпуск? Что за блажь!

Я лишь плечами пожала.

Летиция заявила, что всегда мечтала путешествовать. При жизни она такой возможности не имела, так почему бы не осуществить мечту хотя бы после смерти? Так что она взяла положенный отпуск и выкупила каюту в пароходе, следующем в Хельхейм. Я сама отвезла ларец с ее жемчугом на корабль.

Что тут скажешь? Похвальное жизнелюбие, всем бы так!

***

Домой я приплелась без сил. Хотелось стащить туфли, упасть носом в подушку и…

Радостный лепет дочки заставил меня взбодриться, а низкий смех мужа и вовсе подстегнул.

– Всем привет, – улыбнулась я, заглядывая на кухню. – Тем, ты сегодня рано.

– Начальство расщедрилось, – хмыкнул он, вытирая испачканную мордашку Алисы. Дочка заливисто хохотала и пыталась увернуться. – Я даже поесть успел.

Скорее всего, начальственная щедрость была не к добру – а разве бывает иначе? – но мы дружно решили не портить момент. Переглянулись только.

Домовой уже хлопотал у плиты, накладывая ужин. Котлета, салат и пюре.

– Приятного аппетита, – пожелал Нат. – Пирожное будешь?

И никакого ворчания, никаких попреков? Надо проверить, не сдохло ли в горах что-то крупное? Тролль там или дракон?

– Буду, – кивнула я, хотя сладкого не хотелось. Просто чтобы посмотреть, как он отреагирует.

Нат даже бровью не повел, вытащил из холодильника кусок бисквита, щедро сдобренный кремом, и поставил передо мной.

Дочка немедленно протянула к нему ручки.

– Дяй!

И пока Артем терпеливо объяснял ей, что маленьким девочкам такого нельзя, а Алиса ныла и плевалась кашей, я набросилась на еду. Оказывается, я зверски проголодалась!

Звуки шли фоном: увещевания мужа, нытье дочки, бормотание домового…

Пока в этот привычный и успокаивающий шум не добавилось негромкое: "Кхм!" Артема.

Я подняла голову. Глаза мужа смеялись, губы подрагивали в попытке сдержать улыбку.

– Нат, – сказал он сдержанно. – Утоли мое любопытство. "Дальше пошло" – это куда? У меня медицинское образование, но я теряюсь в догадках.

Домовой залился краской. Отвернулся. Буркнул что-то. И шмыгнул в кладовку.

Я приподняла бровь.

– Что это было?

Артем пожал плечами и процитировал:

– Как вошло, так и вышло. А как вышло, так и дальше пошло… Видимо, какое-то заклятие.

– Для похудения, – подхватила я, начиная звереть. Так вот почему он так расщедрился! Внимание отвлекал. Я отставила тарелку и позвала, вкрадчиво так: – На-а-ат!

Дурак он отзываться, как же…

***

В сон я провалилась, как под лед. Бульк – и даже барахтаться не пыталась.

Словно через толстое ватное одеяло я слышала шаги Артема. Вот прогнулся матрас. Муж завозился, устраиваясь поудобнее, и тоже затих.

Из детской доносился еле слышный голос Ната, который напевал Алисе колыбельную.

Все спокойно. Спать!..

Снилась мне какая-то муть. Грязная река, духота, я из последних сил плыву, цепляясь за бревно… А стая пираний отщипывает от меня по кусочку!

Из кошмара меня выдернул сонный оклик мужа:

– Эй! Ты что делаешь?