Демона шатнуло, и я увидел свой шанс.
Активировал «Рывок» в последний раз. Энергия взорвалась, метнув меня вперёд. Взлетел в воздух, поднимая меч над головой обеими руками. Багровое свечение клинка достигло максимума.
И обрушил его вниз, прямо в центр кристалла-глаза.
Лезвие вошло с громким треском, раскалывая его пополам. Энергия взорвалась изнутри — яркая вспышка ослепила на мгновение. Ударная волна прокатилась по цеху.
Тело Стража Кошмаров содрогнулось всей массой. Из разлома в кристалле хлынул поток чёрной энергии. Броня начала трескаться и осыпаться, плоть под ней разлагалась на глазах.
Тварь издала последний рёв, потом рухнула на колени. Тело начало разваливаться на части, превращаясь в чёрный дым.
Иллюзии вокруг мгновенно рассеялись — это стало понятно по наступившей тишине.
Я тяжело дышал, стоя над останками Стража. Пот заливал глаза, смешиваясь с чёрной кровью на лице. Плечо и нога горели от ран. Предплечье ныло там, где Сновидец достал когтями. Каждая мышца болела от перенапряжения.
Но Страж 35 уровня и С-ранга был мёртв.
Получено ОА: 15000
Монолит!
Я бросился к нему.
Несколько Иглорылов и Сновидцев D и E-рангов — всех оставшихся демонов, которые пытались остановить меня. Я просто рубил всех, кто оказывался на пути.
Получено ОА: 2000
Получено ОА: 2500
Получено ОА: 450
Получено ОА: 550
…
Подбежал к основанию монолита. Его поверхность пульсировала сильнее прежнего, руны светились настолько ярко, что больно было смотреть. Вокруг расползалась скверна.
Активировал «Жертву» снова, игнорируя боль и нанёс удар всей силой.
Меч вгрызся в камень с громким треском, оставляя глубокую трещину. Искры посыпались во все стороны. Потом ещё один удар. И ещё. Каждый взмах углублял повреждение, раскалывая основание.
Конструкция громко затрещала.
Руны замигали быстрее, потом начали гаснуть одна за другой. Скверна вокруг начала отступать, теряя источник энергии. Чёрные щупальца сжимались и сохли.
— ЕЩЁ! — рявкнул я, нанося следующий удар.
Последний взмах.
Монолит раскололся с громким треском, похожим на раскат грома. Его обломки рухнули вниз, поднимая облако пыли.
Я резко развернулся, готовый продолжать кровавый пир, но понял, что противников не осталось. Оставшиеся бойцы справились с остатками тварей.
Тишина.
Я стоял несколько секунд, постепенно приходя в себя.
Скверна отступала.
— Первая группа, — произнёс в рацию, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Цель уничтожена.
— Принято, — ответил оператор из штаба. — Вторая группа докладывает об успехе. Ждём остальных.
Я кивнул сам себе и взглянул на выживших.
Василий стоял, тяжело дыша и прижимая руку к кровоточащим ранам на рёбрах. Его руки были покрыты чёрной кровью демонов. Лицо бледное, губы сжаты, но взгляд твёрдый.
Из тех бойцов клана, что вошли со мной в этот ад, остались только четверо.
Они сидели на обломках, их лица были бледными как мел, руки дрожали от перенапряжения. Один перебинтовывал раненую руку товарища полоской ткани, оторванной от куртки. Другой просто смотрел в пустоту, его глаза были пустыми, словно он видел что-то, чего не должен был видеть.
Столько трупов. Чёрт, а ведь это только начало, а они уже не справляются!
— Собираемся, — приказал я. — Вас нужно подлатать, пока ещё есть время.
Мы покинули завод, пробираясь сквозь разлагающиеся тела демонов. Скверна уже отступала, теряя силу без монолита.
Глава 9
Мы погрузились в джипы и рванули обратно. Василий молча сидел на заднем сиденье, прижимая к рёбрам окровавленную тряпку — всё, что осталось от его рубашки. Остальные разместились в других машинах.
Двигатели ревели, преодолевая разрушенные улицы. За окном мелькали выжженные здания, перевёрнутые машины и пустые проспекты. Изредка проносились патрули других кланов — те, кто ещё был жив.
Я выпрыгнул из джипа первым — рана на икре всё ещё кровоточила, пропитывая ботинок изнутри. Мелочь, ещё немного и регенерация залатает.
А вот Василия уже подхватили медики, быстро и профессионально укладывая на носилки. Его лицо было бледным, губы от боли сжались в тонкую линию.
— С ним всё будет в порядке, — сказал один из врачей, аккуратно разрезая ножницами окровавленную ткань на рёбрах куратора. — Но он не боец.
Я кивнул, развернулся и направился к штабу. Каждый шаг отдавался тупой болью в ноге. Адреналин только сейчас начинал отступать, и организм требовал отдыха. Но я сжал зубы и продолжил идти, игнорируя протесты тела.
Вокруг суетились бойцы клана — кто-то перегружал боеприпасы, кто-то оказывал первую помощь раненым. Пока мы зачищали монолиты, они продолжали сдерживание. Несколько человек обернулись на мой шаг, их взгляды скользнули по окровавленной форме и рваным ранам на руке и плече.
Я не останавливался.
Вошёл внутрь и распахнул дверь оперативного центра. Петли скрипнули, створка ударилась о стену с глухим стуком. Сергей Александрович поднялся из-за стола при моём появлении, его кресло откатилось назад.
Я подошёл к столу, оставляя за собой влажные следы крови, грязи и скверны. Положил меч на край стола.
— Ну что там?
В этот момент рация на столе ожила с треском статических помех.
— Фух, вашу Наташу, мы всё! — голос Димона. Слышались его тяжёлые вдохи, будто он только что пробежал марафон.
Я с облегчением выдохнул. Четвёртая группа справилась.
— Принято, четвёртая, — ответил оператор за консолью, быстро печатая что-то на клавиатуре. — Все цели уничтожены. Ждём…
В этот момент я ощутил уже знакомое чувство. Глубокое давление, которое заставило замереть.
Ядро в груди пульсировало, откликаясь на внешний импульс. Словно кто-то дёрнул за невидимую нить, протянувшуюся от центра моей груди куда-то далеко за пределы города.
Зов.
Он указывал на север, в какую-то конкретную точку где-то за городской чертой.
Я знал, где она находится. Не видел, но знал.
— Есть, — вырвалось у меня.
— Что? — Сергей Александрович шагнул вперёд, его тяжёлые ботинки глухо стукнули по полу. — Решетов, получилось?
Я не ответил сразу. Пытался сфокусироваться на ощущении.
Рация ожила снова, треск помех перебил тишину.
— Женя? — голос Юки был спокойным, но в нём читалась та же напряжённость, которую я чувствовал сам.
Я схватил рацию со стола так резко, что она едва не выскользнула из пальцев.
— Да, — хрипло ответил и откашлялся. — Где это, есть понимание?
— Нет, — азиат сделал паузу. — Но направление чёткое.
— ЭЙ! — вмешалась Катя. Её голос звучал напряжённо, дыхание было учащённым. — ВЫ ЧУВСТВУЕТЕ?
— Да, главный монолит, — ответил я и зачем-то перевёл взгляд на карту на экране.
Повисла пауза. Слышалось только тихое гудение вентиляции и потрескивание рации.
Сергей Александрович подошёл ближе, его взгляд метался между мной и картой.
— Катя, где именно? — раздался голос лучника.
— Где-то в пригороде, — ответила девушка неуверенно. В её голосе читалась растерянность. — Точно сказать не могу, но ощущение идёт… Так, это точно за городом. Похоже северная автострада.
Я стиснул зубы. Конечно, главный монолит не мог быть в центре города. Слишком очевидно, слишком уязвимо. Но теперь, когда его якоря пали, он обнажился сам. Система защиты рухнула, и источник больше не мог скрываться.
— Выдвигаемся прямо сейчас, — произнёс твёрдо, поворачиваясь к Демидову. — Пока он ещё не успел укрепить оборону.
— Жека, — голос Димона зазвучал в рации снова. — А что с людьми? Сколько у тебя осталось бойцов?
Я обвёл взглядом штаб.
— Считай, что один остался.
Димон грязно выругался и добавил:
— У нас почти нет потерь.
— У меня тоже все живы, — добавила Катя. — Несколько царапин, но ничего серьёзного.
— Юки?
