Торговец Правдой 3 (СИ) - Стародубцев Денис

Выстрелы стихли. Наступила звенящая, давящая тишина, нарушаемая лишь отдаленными сиренами и хрипами раненого где-то вдалеке.

Владимир Николаевич опустил руки. Синий свет в его глазах и вокруг пальцев погас, оставив лишь усталое лицо государственного чиновника, только что пережившего кровавую бойню в попытках спасти свою собственную жизнь. Он, тяжело дыша, подошел ко мне, внимательно оглядел с ног до головы и спросил:

— Ну, ты как? Цел? Бывал ранее в таких боях?

— В таких — нет… А так, да, цел… — мой голос прозвучал сипло. — Вроде руки-ноги на месте. Спасибо, что прикрыли.

— Ты помог нам отбиться, это я ценю, — он сказал это серьезно, без иронии. Потом его взгляд упал на арбалет в моих руках. — Откуда это? Я слышал, что такие недавно выкрали из улик министерства, правда, их нашли, когда одного авторитета брали, и все уничтожили…

— Достался в наследство. От бывшего партнера, — я старался, чтобы голос не дрогнул.

Он кивнул, не настаивая. Принял версию. Но во взгляде читалось: «Этот разговор не окончен».

— Ты помог, поэтому я сделаю вид, что не заметил эту… Экзотику. Теперь-то ты понимаешь, — Владимир Николаевич сделал паузу, понизив голос так, что слышно было только мне, — кто наслал этих сук? Понимаешь, что за человек твой партнер?

Я посмотрел на хаос вокруг, на тела, на кровь — фирменный стиль Волкова. Ответ был очевиден.

— Волков? — произнес я вслух, больше для себя.

— Именно этот ублюдок, — министр вытер ладонью кровь с подбородка. Его лицо исказила гримаса не столько гнева, сколько глубочайшего презрения. — Но это, Алеша, не просто бандитская разборка была. Слишком дерзко, слишком публично. Это послание от него! Императору, мне… Ни один человек в здравом уме не попытается убить министра во так, в центре столицы, в открытом бою. Он что-то затеял. Очень глобальное, и тебе, сынок, — он второй раз назвал меня так, — придется выбрать, на чьей стороне ты будешь играть. Только вот времени подумать у тебя практически нет. Война уже где-то рядом. Она стучится в наши двери вместе со своей сестрой по имени Смерть.

К нам, наконец, прорвалась подмога. Вовремя, блин. С визгом тормозов подъехали еще машины — уже столичные наряды спецназа, медики. Люди в форме с растерянными лицами бросились к министру.

— Господин министр! С вами все в порядке? Что здесь произошло? Террористический акт⁈ Вы целы⁈

Суета, крики, мигалки. Владимир Николаевич, снова надевая маску высокопоставленного чиновника, отмахнулся и успел дать первые комментарии?

— Все в порядке, успокойтесь. Лучше отвезите нас в мою резиденцию. Быстро.

Мы ехали в новой машине. Молчали. Я смотрел в окно на мелькающие огни города, но видел лишь пепел сожженного мага, следы крови на своей руке и лицо Волкова в тот момент, когда он говорил мне, что хочет изменить империю и ему нужен был в этом я. Правда ли он был монстром? Или это была игра министра? Но атака… Атака была реальной. и меня тоже вполне могли просто взять и убить сегодня.

Мы подъехали к резиденции Никулиных. Еще не успели заглушить двигатель, как из дома выбежали Ирина и Светлана Владимировна. Лица их были бледными, искаженными ужасом. Видимо, они были уже в курсе всего, что произошло.

— Папа! Лешик! С вами все в порядке? Мы видели репортаж… Там взрывы, стрельба… — Ирина не смогла договорить. Ее глаза были полны слез.

Она бросилась сначала к отцу, ощупала его, убедившись, что он цел, потом ко мне. Вцепилась в меня так, будто боялась, что я рассыплюсь и навсегда пропаду, если она отпустит.

— Слава богу… Слава богу… — она рыдала, прижимаясь лицом к моей груди. Ее тело слегка дрожало.

Я обнял ее, машинально поглаживая по белым шелковистым волосам. Говорил успокаивающие, пустые слова:

— Да все хорошо, княжна. Небольшие проблемки были, ничего серьезного. Все решили! Ничего страшного!

— Я так испугалась… Так испугалась… — повторяла она, и в ее голосе был такой искренний, детский ужас, что во мне все сжалось. Ирина ничего не знает и не должна узнать.

Владимир Николаевич с женой уже пошли в дом, обмениваясь тихими, усталыми фразами. Я остался с Ириной на пороге, держа ее, пока ее дрожь понемногу не утихла.

И тут в кармане завибрировал магофон.

Ледяная игла пронзила меня. Я знал, кто это, еще до того, как посмотрел на экран. Светящиеся буквы: ТОНИ ВОЛКОВ.

— Мне надо… Поговорить, — тихо сказал я Ирине.

Она посмотрела на меня заплаканными, но понимающими глазами, кивнула и отошла к дому, обернувшись на пороге. Я сделал несколько шагов в сторону сада, в тень огромной старой ели. Сердце колотилось от ярости. Я набрал воздух в легкие и принял вызов.

— Да, алло.

— Алексей! — голос Волкова был на удивление бодрым, даже веселым. Будто он звонил обсудить прогулку на яхте. — Ну что там насчет доставки без предоплаты? Подумал уже? Времени-то дохрена прошло!

Я не стал ходить вокруг да около. Голос мой прозвучал тихо, но каждое слово было как выстрел:

— Тони. Это были твои люди? Твои сраные ублюдки?

На том конце на секунду воцарилась тишина, а потом он спросил:

— Что? Какие люди? О чем ты вообще говоришь, Алексей? Ты свой тон не хочешь изменить, когда говоришь с князем Волковым?

— Те, что сейчас напали на министра внутренних дел в центре столицы! Эти суки чуть не разнесли нас всех в клочья! — если бы меня не слышала Ирина, я бы орал ему в трубку, настолько сейчас был в ярости.

Еще пауза. Более протяжная. Когда Тони заговорил снова, в его голосе не было ни тени сожаления. Ожидаемо.

— Алексей, это уже не мои люди. Будь они мои, — он сделал ударение на последнем слове, — они бы справились с этой простейшей миссией. Ты же меня знаешь, я всегда довожу каждое свое дело до конца. А эти клоуны устроили какой-то цирк на улице, теперь будут гнить в земле. Там им и место, бесполезные куски дерьма!

— Тони, — я прошипел в трубку, сжимая ее так, что треснул пластиковый чехол, — в той машине был Я! Твои ублюдки чуть не убили МЕНЯ!

Теперь пауза затянулась по-настоящему. Я слышал лишь его ровное дыхание. Когда он ответил, в его тоне появились нотки холодного, хищного любопытства.

— А какого хрена ты вообще там был, Алексей? — спросил он. — Ты… Что, решил сдать меня властям, сукин ты сын⁈

— Нет, Тони! Ты реально вот так можешь про меня подумать⁈ Я не такой человек, да и сдавать мне нечего! — я заставил голос звучать уверенно, почти обиженно. — Меня вызвали по поводу заблокированного счета, ты же сам в курсе! Допрашивали, задавали не самые приятные вопросы, а потом хотели доставить назад.

— Ну и? Что ты им сказал? — Тони похоже ждал моих ответов сильнее, чем ребенок ждет Новый год.

— Сказал, что не понимаю, о чем они. Что это, наверное, ошибка банка.

Снова тишина. Потом на том конце раздался короткий, одобрительный смешок.

— Ну вот и молодец! Умный мальчик! Так, возвращаясь к приятному… Что насчет кристаллов? Тридцать ящиков сможешь доставить? Через четыре дня мне они нужны. Как насчет жеста доброй воли от торговца к князю?

Мозг лихорадочно работал, я не мог и не хотел давать ему сейчас ответ, и тогда в голове всплыло самое главное, самое страшное.

— Тони, — перебил я его. — У меня будет к тебе одна просьба, перед тем, как я дам тебе ответ. Дай мне поговорить с Настей Ли.

На том конце провода воцарилась мертвая тишина. Такая тишина, что мне показалось, что связь прервалась.

— С… Настей Ли? С какой еще Настей? — наконец произнес Волков. Его голос стал тише, ровнее. — Ах, Настя… К сожалению, Алексей, не смогу позвать ее к магофону… Она решила уехать домой. Вот так вот внезапно, одним днем. Собрала вещи и отправилась на родину. Говорила что-то про то, что соскучилась по родителям, нужно увидеться там с какими-то друзьями. Уехала почти сразу после вас. По-моему даже на следующий день. Представляешь, не попрощалась со мной толком. Девушки, понимаешь ли…

Метка в груди дала знак… Он соврал мне…