Не Альфа волчьей стаи (СИ) - Сурмина Ольга

Где-то сбоку топтались её «подружки». Волчицы в длинных сиреневых платьях с закрытыми плечами, и только у одной платье было выше колена. Жаклин. Она и вправду его перешила — причём очень умело. Игриво махала рукой Йорфер, пока та шла по дорожке со своим отцом, но её улыбка явно походила на искривлённый отвращением оскал. Правда, сейчас этого никто не замечал. Все взгляды принадлежали невесте.

Оскал Жаклин тоже ощущался приятным сейчас. Пусть даже мимолётно, пусть даже самоубийственно. Она сегодня — королева своего театра. Впервые — самая лучшая. Самая красивая.

Почему-то не хватало сил поднять глаза на жениха. Марлен видела только его чёрные, блестящие в пасмурном свете ботинки и такие же чёрные брюки. Когда смелости становилось чуточку больше, то начинали мелькать его бледные руки с краями белых манжетов.

Отец ощущался как призрак. Каждый шаг заставлял неизбежность приближаться, каждый шаг отзывался новым болезненным ударом сердца. Но, как ни странно, сопротивления не было. Лишь смущение, волнение и детская радость за каждый зрачок удивлённых гостей.

Она подошла к деревянной трибуне. Отец молча передал невесту жениху, затем нервно отступил на шаг назад. Почему-то вместо его лица Йорфер вновь рассматривала его пальцы. Часы на коричневом кожаном ремне, которые чуть виднелись из-за манжеты, квадратные прочные ногти.

— Посмотри на меня, — раздался тяжёлый хриплый голос. — Или ты так мечтала увидеть не меня здесь, что даже не хочешь видеть моё лицо?

По спине пополз странный холод. Нервный и сладкий. Девушка проглотила ком и всё же подняла взгляд на Бету.

Как всегда — холодные синие глаза с длинными чёрными ресницами. Странная, слегка безумная полуулыбка и конский хвост из чёрных волос. Ему чертовски шла его рубашка. Чёрный пиджак, чёрный галстук. Неувядаемая классика вечного снобизма, прямо как он любил. Но сегодня… эта классика была как никогда уместна.

— Ты великолепна, — также хрипло пробормотал он. — Я доволен. Рад, что решил жениться.

— Тебе идёт этот костюм, — только и смогла выдавить из себя обескураженная девушка. — Очень. Нолан.

«Священник» начал что-то рассказывать про болезнь, про здравие, про счастье и горе. С помпезной улыбкой, с размахами рук. Вот только… Йорфер его почти не слушала, изучая глазами узел на галстуке жениха и его точёный квадратный подбородок. Как робот прошептала своё «да», когда стало нужно, и вздрогнула, когда «да» сказал он. Дрожащей, холодной рукой надела на его палец кольцо, когда своё уже обжигало. Уже показывало, что весь этот свадебный спектакль… не такой уж и спектакль. Это её реальность. Реальность, даже если ей суждено продлиться совсем недолго.

Гости затихли. Губы едва не расплавились от внезапного прикосновения — тихого, вежливого поцелуя, которого так ждала замеревшая толпа. Голову обхватила горячая мужская рука, от волнения подкосились ноги.

Не здесь, не сейчас. Похоти тут не место. Ей место за закрытыми дверями спальни — такое не показывают. Не демонстрируют. Даже если очень хочется — не демонстрируют.

Марлен даже не успела понять, что произошло, как услышала грохот аплодисментов и довольные крики огромных оборотней — мужчин, которые наблюдали свадьбу одного из самых закостенелых холостяков.

— Сейчас будет марафон пожеланий, — раздался знакомый голос над ухом. — Потом обед. Шампанское. Потом танцы. А потом мы уйдём — будь к этому готова. У меня начинается медовый месяц.

Она обескураженно кивнула.

— А, и ещё, — Нолан жутко улыбнулся. — Жена, составишь мне компанию, когда заиграет музыка? Станцуешь со мной?

— Да, — вновь кивок. — Конечно.

* * *

Практически все были довольны тем, что попали на этот праздник. Что праздник… состоялся. Травили шутки, поздравляли молодожёнов, запускали в воздух маленькие фонарики, которые быстро растворялись в лесном тумане. Кричали о том, что картограф больше не сам по себе, больше не «одинокий волк».

А Марлен вежливо всем улыбалась, держа молодого мужа под руку. Правда, временами сомневалась в том, что это была вежливая улыбка. Иногда она ощущалась настоящей. Более настоящей, чем все остальные улыбки за последний месяц.

Генри растворился в толпе из членов своей стаи. Мужчины в небрежных костюмах словно заполонили всё вокруг — куда бы ни упал взгляд, можно было наткнуться на одного из них. Бессменных стражей спокойствия пугающей, проклятой чащи.

— Марлен! — раздался довольный крик младшей сестры, который заглушал тяжёлый мужской смех. — Марлен, я тут! Поздравляю!!

— Нолан, я отойду на пару минут, поговорю с сестрой, — Йорфер вскинула брови.

— Конечно, дорогая, — Бета прищурился. — Буду тебя ждать.

Гости проводили её глазами, но никто не пошёл следом. Видно, решили, что она направилась в дом. Когда все посторонние фигуры скрылись, она облегчённо выдохнула и покосилась на Аделину, которая неслась следом.

— Что там такое? — Самодовольство и радость моментально испарились, уступив место нервному любопытству. — Что со стаей?

— Марлен, короче… — Младшая сестра осторожно посмотрела по сторонам, но что справа, что слева — была лишь толстая, широкая стена дома и шумящие заросли травы. Вереск. — Помнишь мистера Шермана? Который, ну, наш сосед?

— Помню, конечно, — девушка вскинула брови. — Бочки винные делал.

— Да! В общем, вот он… он, короче, не успел вернуться до заката. В лесу остался.

— Господи, какой ужас, — Марлен прикрыла рот рукой. — Бедный мужчина, очень жаль. И жаль его семью — у него же жена, дети. Какой кошмар… Я соболезную.

— Нет, нет, ты не дослушала! — Аделина настороженно нахмурилась. — Он вернулся. Он, короче, провёл ночь в лесу и… вернулся. Его никто не съел. Представляешь⁈

— Вернулся?.. — обескураженно пробормотала невеста. — А как это возможно?

— Наш папа говорил с ним. Короче, мистер Шерман забился куда-то под куст и всю ночь пролежал под деревом, укрывшись валежником. Высматривал чудовище, но оно… его не было. Прикинь? Не было, — светло-голубые глаза носились по траве. — И ведь в деревне… его тоже давно не видят. Оно не выходит, ни на кого не нападает.

— Даже не знаю, что сказать, — Марлен нервно потёрла щеку. — Может… ему просто повезло? Ошибка выжившего? Я не знаю…

— Знаешь, в чём ещё загадка? Он не увидел ни одного патрулирующего волка, — Аделина подозрительно поджала губы. — Ни одного, хотя они должны вдоль леса ходить-бродить, чтобы чудовище не напало. А их не было.

— Быть не может… — невеста едва не раскрыла рот.

— Именно! А знаешь, что самое стрёмное? Я поговорила с Генри насчёт этого, — девушка сложила руки на груди. — Он сперва отнекивался, а потом заявил, что мистер Шерман врёт! Врёт, ты представляешь⁈ Хотя его наш папа лично встречал из леса! Генри сказал, что он, якобы, набрался, и у него были галлюцинации! Типа он попал

в лес

! Галлюцинации! Можешь вообразить⁈

— Это какая-то ерунда… — Марлен обескураженно потёрла висок. — Нолан просил меня ни в коем случае не выходить из дома вечером. Говорил, там опасно, туда нельзя.

— Вот и мне Генри втирал эту чушь! Мне кажется, они чего-то не договаривают. На нас уже шесть лет никто не нападал!

— Да, это верно… — невеста отвела взгляд. — Кстати, члены стаи… путаются в показаниях, когда спрашиваешь у них, как выглядит чудовище. Они все говорят разное. А потом отвечают, мол, не видят его в темноте.

— Охренеть! — Аделина раскрыла глаза. — То есть они… они врут!

— В каком-то роде, — раздался тяжёлый вздох. — Но меня вот что беспокоит. Когда я сюда переехала и решила пешком прогуляться до магазина у шоссе… мне казалось, в лесу кто-то хрипит. Пахло кровью. Я зашла туда, а хрипы всё отдалялись, отдалялись. Будто кто-то или что-то меня заманивало в чащу. Стало так страшно, меня потом полдня трясло. Мне кажется… там реально опасно.

— Это всё равно не похоже на чудовище, — девушка недовольно скривилась. — Держи связь, я попробую узнать больше. Не нравится мне это всё.