Ровнин. Тетралогия (СИ) - Васильев Андрей

Тело светловолосого паренька еще не успело съехать со ступенек на землю, а оперативники уже рванулись к покосившемуся домику, который невесть почему до сих пор не развалился. Из рассказа Антипа Олег уже знал, что когда‑то давно, в середине прошлого века, тут обитал лесник, которого сильно уважали все местные обитатели, от лешего до болотных кикимор, но вот после его смерти домик этот оказался никому не нужен, поскольку новый лесной смотритель предпочел жить не в чащобе, а в деревне, что находилась не так далеко от железнодорожной станции. Но оно и понятно – там и магазин есть, и горячая вода, и телевидение.

Что до второго охранника, приставленного к бедолаге Немировой, которую на ее голову уже чуток отпустило сонное зелье, то он и впрямь убегать не стал. И сдаваться, кстати, тоже не собирался, вместо этого избрав традиционный в таких случаях путь, то есть одной рукой ухватил измученную девушку за талию, а другую, с ножом, держал у ее горла.

– Дайте нам уйти, – потребовал парень, причем по чуть дрожащему голосу стало ясно, что он здорово перепуган, – или я ее убью.

– До чего банально, – поморщился Баженов, опуская руку, в которой находился пистолет, – аж скулы сводит.

– Как есть плохое кино, – подтвердил Антонов и рукой показал на выход из комнаты, которая выглядела именно так, как и положено помещению, где никто уже лет тридцать не жил. – Иди, тебя никто не держит. Но сразу скажу – миллиона долларов и вертолета у нас нет и не будет.

– Она уйдет со мной, – пояснил волкодлак. – Ясно?

– Конечно, – дружелюбно улыбнулся ему Славян. – Как по‑другому? Ты же если без нее придешь, тебя великий вожак на куски рвать станет. Ведь так?

Юноша ответа на его вопрос не дал, начав потихоньку двигаться к выходу, при этом не сводя взгляда с оперативников, которые синхронно и демонстративно подняли руки вверх, давая ему понять, что все условия приняты.

– Да не сомневайся, – заверил его Баженов, – не станем мы в тебя стрелять. Наш долг сберегать жизни мирных граждан, таких, как вот эта красотка. Пока она в твоих лапах, мы ничегошеньки сделать не можем.

И в его словах не имелось ни капли лжи. Ни он, ни Антонов нападать на паренька не собирались. Это сделал Ровнин, поджидавший его на крыльце. Волкодлак был молод и неопытен, он выходил спиной вперед, чтобы не упустить момент, когда сыскные дьяки нарушат свое слово, и потому просто не мог сразу заметить Олега, который выстрелил оборотню в висок в тот миг, как только он появился в поле его зрения.

Немирова, охнув, собралась было повалиться с крыльца вслед за тем, кто удерживал ее в заложниках, но Ровнин успел ее подхватить и сразу же мягко и, как ему показалось, убедительно произнес:

– Аня, успокойся. Страшного ничего больше не случится.

– Господи! – простонала девушка, из глаз которой текли слезы. – За что мне это все?

– На то есть причина, – бойко ответил Олег. – Потому что сильно красивая уродилась. Вот результат – ты влюбила в себя парня, а он, увы, оказался… Скажем так – не очень хорошим человеком.

– Да он вообще не человек! – промычала девушка, обняв Ровнина за шею, а после и уткнувшись ему в плечо. – Я же видела. Он зверь дикий! В самом прямом смысле.

– Вернее – оборотень, – мягко поправил ее оперативник. – Ну да, вот такая ерунда. Есть много, друг Горацио, на свете, что неизвестно нашим мудрецам.

– Не снилось, – произнесла Анна.

– Извини?

– Правильно – не снилось. И не на свете, а в природе. Перевод Вронченко.

– Вот же ты необразованный, Олежка, – весело произнес Баженов, выходя из дома и убирая пистолет в наплечную кобуру. – Как не стыдно!

– Виноват, исправлюсь, – поглаживая девушку по плечу, пообещал Ровнин.

– Я домой хочу, – пробормотала та, – в общагу!

– Поедем, – заверил ее Олег. – Обязательно лично тебя туда отвезу и до комнаты доведу. Но, уж извини, не прямо сейчас.

– Почему?

– Потому что прежде нам надо убедиться в том, что тебя никогда больше не побеспокоит ни твой сосед по общежитию, ни его подруга.

– Сука! – сказала, точно плюнула, Немирова. – Это она все! Что‑то мне подмешала, я все понимала, а сделать ничего не могла. Как марионетка прямо! Она мне говорит «иди» – я иду. Говорит «смейся» – смеюсь.

– Так ведьма, – пояснил Антонов, присевший рядом крылечко и дымящий сигаретой. – Они на такое мастера.

– Ведьма? – глянула на Олега Анна. – Настоящая?

– Ну, не декоративная же, – ответил ей тот. – И сразу скажу – оставлять таких врагов за спиной верх глупости. Но, повторюсь, бояться не надо. Ты среди своих. Более того, мы все здесь как раз собрались для того, чтобы тебя сначала спасти, а потом и обезопасить твое будущее.

Ревина, услышав эти слова, с интересом глянула на Ровнина, но говорить ничего не стала, губы же Морозова тронула улыбка одобрения.

– Спасибо вам! – горячо произнесла Немирова и расцеловала Олега в щеки. – Я уж думала – все! И, главное, даже не понять не могла, что страшнее – если этот подонок меня убьет, или если он меня… Ну, ты понимаешь!

– Понимаю, – вздохнул оперативник. – Чего тут не понять? Потом с таким на душе жить…

– Лучше уж не жить. А он сейчас где?

– Тут неподалеку, – махнул вступивший в беседу Баженов рукой в сторону леса. – Как стемнеет, мы его отыщем и убьем, а после поедем в Москву.

– Можно я тут останусь? – попросила Анна. – Не хочу его еще раз видеть. А если совсем честно – боюсь. Он очень страшный!

– В теории да, – кивнул Ровнин. – На практике… Мы тут с тобой никого оставить не сможем. Сама видишь, нас немного, каждый ствол на счету. А одной в этом лесу, да еще ночью…

– Да‑да, я тогда лучше с вами, – мигом переменила мнение девушка. – В самом деле, несу всякую чушь!

– Хавать хочешь? – спросил у нее Баженов. – У меня тут пара бутеров есть. Один с сыром, другой с колбасой.

– Хочу, – встрепенулась девушка. – С позавчера ничего не ела.

– Тогда пошли. – Славян подмигнул ей и двинулся к микроавтобусу, Немирова, помедлив немного, направилась за ним.

– Не жалко тебе ее? – спросила тихонько Ревина у Олега, подойдя к нему. – Ничего же не кончилось. Наоборот, самое жуткое для нее еще впереди. Не боишься, что она может сломаться?

– Жалко, – глядя вслед студентке, признался коллеге Ровнин. – Я же не совсем сволочь. Но выбора‑то нет. Да потом – она крепче, чем тебе кажется. Если за эти два дня умом не тронулась, значит, и остальное выдержит. Ну, а что завтра к утру она меня не то что обнимать не станет, а, скорее, в рожу плюнет, так это издержки профессии. Я не сторублевая купюра, всем нравиться не могу.

– Есть такое, – согласилась с ним девушка. – Но вообще я где‑то даже впечатлена. Всего пять лет прошло, и ты научился врать людям так, что даже я тебе поверила, хоть и понимала суть происходящего. Куда делся тот мальчик, который краснел по поводу и без повода?

– Остался в прошлом веке. Ты другое скажи – дорогу к поляне откроешь? Может, чем помочь?

– Главная помощь тут одна – не мешайте мне, и тогда все получится. А еще – не упустите гонца.

– Ну, за это, девка, можешь не переживать, – рыкнул Герасим, обосновавшийся неподалеку. – Никуда он не денется. Схомутаем как миленького.

Речь шла о том, кто придет за Немировой, чтобы сопроводить ее туда, куда следует. Нет, имелась вероятность того, что покойная парочка в условленное время сама должна была доставить добычу вожаку, но и Морозов, и матерые оборотни полагали, что все не так. В идеале, конечно, сотрудникам отдела виделась картина, в которой этим самым проводником станет Яна, поскольку убить ее прямо здесь, а не там, на поляне, где она окажется под защитой наследника Чернобога, было бы куда проще, вот только надежды на такую удачу почти не имелось. Вряд ли ведьма захочет по лесу в ночи шастать. Оно ей зачем?

В результате так все и получилось. Через несколько часов, когда солнце уже завалилось за верхушки деревьев и в лес пожаловала ночная темень, из ельника, что сплошной стеной стоял неподалеку от сторожки, вынырнул молодой волк. Он на мгновение застыл на месте, повертел головой, втянул носом ночной воздух, а после направился к зданию, где спустя минуту повторно остановился точно вкопанный.