Архитектор Душ Х (СИ) - Вольт Александр

— Хорошо, — неуверенно отозвалась Алиса, все еще находясь в состоянии легкого шока от новостей. Разум лихорадочно начал составлять списки дел: кому передать дела на верфи, как быстро купить билеты на ближайший рейс. Но сквозь эту суету пробилась главная мысль. — У тебя все нормально? — уточнила она, понизив голос.

— В целом да. Собирайтесь, жду вас. Пока, — коротко отрапортовал он, явно не желая вдаваться в подробности по открытой линии связи.

— Пока… — Алиса медленно отняла аппарат от уха.

Она положила телефон на стол и несколько долгих секунд просто смотрела на его темный экран с полным непониманием того, как их жизнь снова собирается совершить крутой поворот.

Только она размышляла о том, что там, где Виктор, там и приключения и вот опять — звонок от Громова и начинаются американские горки.

— Что там? — спросила Лидия абсолютно обыденным тоном. Она даже не оторвала взгляда от страниц своего медицинского журнала, словно ее вообще не волновало всё происходящее в этом кабинете и телефонный звонок был делом десятой важности.

Алиса подняла на подругу ошарашенный взгляд.

— Виктор сказал, что ждет нас в Москве, — произнесла рыжая, голос ее прозвучал немного приглушенно. — Надо собираться.

Лидия плавно перевернула страницу журнала.

— Он не успевает? — задала она тот же самый вопрос, который секундой ранее озвучила Алиса.

— Причина не в этом, — отозвалась Алиса.

Лидия наконец подняла голову. Ее светлые, по обыкновению холодные глаза с легким интересом сфокусировались на лице Алисы. Журнал остался лежать открытым на столе.

— А в чем же? — переспросила Лидия.

Алиса сделала глубокий вдох, глядя прямо на подругу.

— Кажется, он нашел способ избавиться от привязки.

Лидия еще некоторое время смотрела на подругу, не меняясь в лице, после чего одним движением закрыла журнал и поднялась со стула.

— Ты куда? — удивилась Алиса.

— Собираться, — она остановилась в дверях и повернулась к подруге. — Или ты собираешься здесь сидеть до конца дня?

Я положил телефон в карман.

Что ж, отлично. По крайней мере, с одним вопросом решение было найдено и процесс запущен. Девушки предупреждены, они знают, что делать, и прямо сейчас начнут сборы. А это значит, что никаких внезапных приступов удушающей боли, разрывающих внутренности на куски, или парализующих переживаний на тему того, что я могу не успеть вернуться в Крым до истечения срока действия амулетов, больше не предвидится. Временный костыль, который смастерила Шая, скоро сменится полноценным решением проблемы. Главное, чтобы Алиса и Лидия добрались до столицы без приключений, а здесь я уже встречу их и обеспечу всем необходимым.

Желудок, напомнив о себе глухим урчанием, недвусмысленно намекнул, что на одних хороших новостях и министерском кофе далеко не уедешь. Организм требовал нормальной пищи для восстановления калорий, сожженных во время вчерашней магической дуэли и сегодняшних бюрократических мытарств. Я развернулся и направился в сторону пансионатской столовой.

В обеденном зале было немноголюдно. Атмосфера разительно отличалась от той суеты, что царила здесь в первые дни олимпиады. Отмена мероприятия наложила свой отпечаток: часть участников уже покинула комплекс, остальные разбрелись по номерам, пакуя чемоданы. Я взял пластиковый поднос, прошелся вдоль линии раздачи, выбрав порцию тушеного мяса с гречневой кашей, салат из свежих овощей и стакан крепкого черного чая.

Расплатившись, я окинул взглядом просторное помещение в поисках свободного места и почти сразу заметил знакомые лица. За одним из столиков у большого окна сидела моя крымская коллегия. Правда, не в полном составе — присутствовали только Мария Елизарова и Дмитрий Дубов. Барон о чем-то негромко говорил, активно жестикулируя, а Мария слушала его, подперев щеку рукой и медленно помешивая ложечкой чай.

Я направился к ним.

— Виктор! — громко обратился ко мне Дубов, заметив мое приближение. Его лицо мгновенно озарилось искренней радостью, а густые усы дрогнули. Он даже слегка приподнялся со стула, приветствуя меня.

Я подошел к их столику и поставил свой поднос на свободный край столешницы.

— Я так рад тебя видеть, живого и невредимого, — добавил Дмитрий, протягивая руку для пожатия.

Мы крепко пожали друг другу руки. Мария тоже приветливо кивнула, в ее уставших глазах читалось явное облегчение.

— И я вас рад видеть, коллеги, — ответил я, опускаясь на стул напротив них. — Вчерашний вечер выдался, мягко говоря, сумбурным.

Не теряя времени на пустые светские беседы, я сразу перешел к главному, что волновало меня с того самого момента, как меня увезли в наручниках оперативники СБРИ.

— Есть вести про Вику? — уточнил я, глядя поочередно то на Дмитрия, то на Марию. — Как она?

Дубов тяжело вздохнул, его привычная щеголеватая веселость на мгновение улетучилась.

— Она в порядке, Виктор, — поспешил успокоить меня барон. — Насколько это вообще возможно после такого. Как только тебя увели те ребята в масках, ее сразу же забрала дежурная бригада скорой помощи. Мы с Машей, естественно, не могли бросить ее в таком состоянии, напросились поехать с ней в карете скорой помощи прямо в клинику.

Мария согласно кивнула, поправляя волосы.

— Врачи в приемном покое долго не могли понять, что именно с ней произошло, — добавила она тихим голосом. — Внешних повреждений практически не было, ни переломов, ни проникающих ранений, но у нее фиксировали тяжелейшее угнетение дыхательной функции и сильнейший спазм мускулатуры. В итоге сошлись на том, что это мощнейший болевой шок неясного генеза. Сказали, что ее состояние стабильно, угрозы жизни нет. Ей вкололи седативные препараты, поставили капельницы и оставили под наблюдением в палате интенсивной терапии.

Я медленно покивал головой, чувствуя, как невидимый груз вины окончательно сваливается с моих плеч. Значит, я успел. Мое рискованное вмешательство, когда я голыми руками, вливая остатки своего резерва, распутывал тот смертоносный узел чужой магии, сработало. Я спас ее. Если бы я промедлил, если бы отвлекся на ворвавшийся спецназ и она погибла бы там, на залитом шампанским паркете, я бы себе этого никогда не простил. Она не заслуживала смерти из-за того, что просто оказалась не в том месте и не в то время, попытавшись помочь мне.

— Это отличные новости, — искренне произнес я, придвигая к себе тарелку с едой. — Я рад, что она под присмотром специалистов. — А тот второй мужчина?

Я оторвал взгляд от еды и посмотрел на нее.

Мария тяжело вздохнул, опуская глаза на свою чашку.

— О нем ничего неизвестно, — сказала она. — Но судя по тогдашнему состоянию, думаю, что он уж не жилец. Увы, — отметила она скорее обыденно, чем взволнованно. Оно и не удивительно, ведь мы коронеры и каждый день встречаем смерть лицом к лицу.

— Ясно, — сухо отозвался я.

Дмитрий подался вперед, опершись локтями о стол. В его взгляде читалась смесь жгучего любопытства и настороженности.

— Но… Виктор, объясни нам, что это вообще было? — спросил он, понизив голос, словно боясь, что нас могут подслушать. — Почему тебя было двое в зале? Откуда взялась точная копия? Что это за серое существо без лица, в которое он превратился? И откуда вообще взялась взрывчатка?

Какая же это была длинная и запутанная история, о которой я совершенно не хотел рассказывать. По крайней мере, не здесь и не в таких подробностях.

— Если не вдаваться в детали, Дима, — начал я размеренным тоном, отодвигая пустую тарелку и беря в руки стакан с чаем, — то это был доппельгангер. Существо, способное менять свой облик, копируя других людей. И он охотился на меня уже довольно длительное время. Мы с ним кое-что не поделили еще в моем родном краю, на юге. Он последовал за мной в Москву, проник на олимпиаду под видом одного из участников, а вчера вечером улучил момент, чтобы попытаться завершить начатое.

Глаза Марии округлились от изумления.