Очень приятно, Царь! Блюдо пятое (СИ) - Бергер Евгений

— О! А вот это хорошие новости.

— Согласна. Что ж, а теперь я пойду спать. Весь день на ногах… Чувствую себя пчелой. — сонно зевнув, Клара потянулась и снова хрустнула конечностями: — Сладких снов, ребята!

— И тебе того же. — кисло отозвался Колян.

Пройдя в задумчивости ещё несколько метров, мы окончательно приняли тот факт, что нам придётся работать с кухней, в которой никто из нас АБСОЛЮТНО не шарил.

— Дерек, мне кажется, или английская кухня ещё хуже японской?

— Тебе не кажется. Лично я её, вообще, не понимаю. Разве в ней есть изыски?

— Какой-нибудь пирог из угря… Картошка с рыбой. Или яйцо в фарше. Гадость…

Как только мы подошли к общежитию, то я заметил во мраке невысокий силуэт. В пятно лунного света к нам вышел маленький мальчик, лет тринадцати на вид… Личико, как у ангела с открытки, которую все покупают бабушке на день рождения.

Весь такой прилизанный, словно пошёл на «линейку» на первое сентября. Но что странно — одет он был в форму Харитоновки.

— Господин Цареградцев? — дружелюбно улыбнувшись, поинтересовался он.

— А кто спрашивает?

— О… Меня зовут Леон Кавинский. Да, многие смеются, что фамилия созвучна с названием популярной группы. Но это только на слух. Пишется совершенно по-другому.

— Вообще-то, я хотел спросить, где Ада Вонг… Но в целом, ладно. Меня можно называть просто «Дерек». А это мой друг — Николай.

— Очень приятно, Николай! — Леон радостно пожал руку моему проводнику: — Но я к вам пришёл по делу.

— Ну, давай, бомби!

— Я прочитал статью о «Тётеньке-Котеньке». Изучил всю имеющуюся информацию по отборочному туру. И ты знаешь, Дерек… Мне кажется, что ты — охреневший выскочка, который возомнил себя гуру кулинарии. — мило улыбнувшись, произнёс коротышка.

— Прости, что? — честно говоря, я немного выпал от неожиданности. Ведь смысл сказанного никак не вязался с тембром голоса и этой щенячьей улыбкой «недоросля».

— Говорю, меня дико раздражает, когда такие вшивые псы, как ты — пытаются нагло заявлять о себе. Ты должен знать своё место! И тут такое дело… Я бы простил тебе Алисию Жагно. Простил бы тебе небывалый успех и рекордное количество баллов в первом же отборочном туре. Но то, что ты обогнал Госпожу Симонову… — Леон резко перестал улыбаться и нахмурился. Выглядел он жутко. Как Омен или юный Том Реддл: — Ты — позор Харитоновки! И я хочу, чтобы ты со своим дружком пошёл нахрен из академии.

— Дорогой, Паспарту… Я очень хочу верить, что это, какой-то прикол. Типа «Розыгрыш». И сейчас ко мне выйдет Пельш с букетом цветов.

— Никаких приколов, Дерек. — Паспарту вытащил перчатку и бросил мне под ноги: — Я вызываю тебя на кулинарную дуэль! Вторник. В семь часов вечера.

— Стоп-стоп-стоп! — я поднял руки вверх: — Дружок… Во-первых, я понятия не имею, кто ты такой, и что можешь предложить? Во-вторых… Когда будет следующий сезон «Форт-Боярд»?

— Идиот. — прорычал коротышка, гневно сжав кулаки, но затем успокоился и вновь мило улыбнулся: — Слишком много себе позволяешь, но оно и понятно… Для невоспитанной шавки это в порядке вещей. Но я удивлён, что ты не знаешь, кто я такой…

— Дерек! — из окошка выглянули Леночка и Лера: — Вы чего тут устроили так поздно? Ой… Господин Кавинский? Что вы тут делаете?

— Приветствую, милые барышни. Да, вот… Решил научить манерам двух дворовых псов, которые слишком много лают. — с усмешкой ответил он: — О… Госпожа Воскресенская! Не забудьте, что завтра в три часа у нас собрание Совета Элит по вопросам предстоящего осеннего фестиваля. Очень прошу подготовить план с расстановкой палаток на территории.

— Уже подготовила.

— Отлично! Что же касается вас, Господин Цареградцев… То представлюсь ещё раз. Леон Кавинский. Тринадцатый номер Совета Элит. И если во вторник я побеждаю, что, в общем-то, вполне естественно — вы оба вылетаете из академии.

— Чудесно. Но ты должен поставить, что-либо взамен. Если речь идёт о моём вылете, то ты… Хм-м… Дай, подумать? Тогда ты ставишь своё место в Совете Элит.

— Дерек! Ты с ума сошёл⁈ — воскликнула Лера: — Господин Кавинский! Как это понимать⁈ Это же нечестно! Вы на третьем курсе!

— Кодекс и устав не запрещают третьегодкам вызывать первогодок. Так что, не вижу проблемы. А что касается места в Совете Элит… Что ж, ладно. Я согласен. А еще, чтобы показать, насколько я благороден — то позволю тебе выбрать тему.

— Мясо птицы.

— Дерек! НЕТ!!! — воскликнула Лера.

— Ха! Говорят, что число «тринадцать» приносит неудачу. Факт! Для всех моих соперников. — усмехнулся коротышка: — Ладно. Значит, во вторник в семь вечера. Не разочаруй меня… Дерек.

С этими словами Леон неторопливо удалился.

— Дерек… Етить твою медь! — Глава студсовета обреченно ударила себя по лбу: — Вот скажи мне… Ты совсем с ума сошёл⁈

— Что не так?

— Мало того, что Леон — тринадцатое место в Совете Элит… Так у него ещё и прозвище «Птичий Король». Думаю, мне не надо объяснять, почему?

— Как будто в первый раз я сражаюсь со студентом по его теме.

— Дерек, это один из членов Совета Элит! — Лера отрицательно покачала головой: — Ох, ладно… Заходи. Поговорим.

Глава 11

— Нет, я, конечно, всё понимаю, Дерек. Но это уже перебор! — возмущалась Лера, кружа вокруг меня возмущенной птицей: — Согласиться на дуэль с третьегодкой… Да ещё и с тринадцатым номером Совета Элит! Это не смелость, а самая настоящая глупость.

— Даже если бы мне не хотелось наказать этого коротышку — выбора-то всё равно нет. Он прилюдно оскорбил меня. А значит — война. У меня всё просто.

— Нет, Дерек! — вмешалась Леночка, недовольно скрестив руки на груди: — Ты мог подать официальную апелляцию в Студенческий совет и в Совет Элит. Они бы с лёгкостью отменили дуэль.

— Во-первых, вы опять сообщаете мне важную информацию постфактум. Во-вторых, это не отменяет того факта, что я не намерен терпеть подобное высокомерие в свой адрес! Третьегодка он… Или же один членов Совета Элит — плевать. Он не следит за языком? Хорошо! Я укорочу его.

— Он раскатает тебя в тесто. — заключила Лера: — Леон — потрясающий повар. Выбери ты рыбу… Или хотя бы мраморную говядину, то у тебя была хотя бы одна десятая шанса на победу. Сейчас же прогнозы крайне не утешительные. Ты проиграешь, Дерек. И не потому, что ты плохой повар. Нет. Ты просто не дотягиваешь до его уровня! Да что там говорить? Даже я не дотягиваю до его уровня.

— Он выше тебя всего на две позиции.

— ВСЕГО⁈ Дерек, ты с ума сошёл⁈ Две позиции для Совета Элит — огромная пропасть. Но дело даже не в этом. Леон — конченый символист. Ему нравится цифра тринадцать. И если бы он дико не пёрся со своей демонической ауры, связанной с «чёртовой дюжиной», то уже давно поднялся бы до десятого номера.

— Хорошо. Если он весь такой крутой… То почему решил «марать руки» об меня?

— Кхе… Это же очевидно! Симонов приучил, что круче аристократа — повара быть не может. Ему было плевать на Раневского. Плевать на Марику. Плевать на огромное количество богов кулинарного Олимпа из простолюдинов. По крайней мере — так было раньше. Леон — отголосок старой политики Симонова.

— Как такое возможно, если кулинарная революция Симонова-Раневского произошла несколько лет назад?

— У всех свои тараканы в голове. Историю в Харитоновке нельзя искоренить, подделать или просто выжечь. У нас всегда действует жёсткое правило обращать внимание на то, что произошло однажды. История — истина в константе. Попробуешь злоупотребить полномочиями ректора, и что-то исправить — тебя выкинут. Поэтому совершенно любое действие нашего управления НАВСЕГДА останется в истории.

— Это правильно. Но причём тут коротышка?

— Для Леона эта революция стала весьма показательной. Во-первых, он из древнего рода европейских аристократов, которые на протяжении полутора веков контролировали кухню во Франции и Польше. А во-вторых, Леон до сих пор верит в то, что Симонов был неискренним в своём раскаянии. Поэтому всё ещё считает, что истинными богами кулинарного Олимпа могут быть исключительно аристократы. А вы с Колей показали невероятные результаты. Первое и четвёртое место на отборочном туре в Сочи! К тому же, если знать подробности — Новикова получила третье место очень на тоненького. У Коли было отставание всего на один балл. Плюс — Алисия Жагно. Это несгибаемая барышня! Она закрыла огромное количество ресторанов. Просто, потому что может. А тут — хвалебный отзыв, который очень напоминает купленный… И если бы не ОГРОМНЫЙ авторитет и безупречная репутация, то вокруг «Тётеньки-Котеньки» разгорелся бы большой скандал. Но суть в том, что вы с Колей популяризируете высшую кулинарию среди простолюдинов. Вы показываете, что каждый может прикоснуться к сокровенному. А это противоречит взглядам Леона.