Зов. Сладкая кровь (СИ) - Барматти Татьяна

— Люциус, ты ведь понимаешь, что это не игра? — тихо спросила я. — Я не игрушка. Не чьё-то временное увлечение, которое можно забыть.

— Я и не думал, что ты игрушка, — спокойно ответил он, приподнимаясь на локте. Тёмные волосы упали на лицо, придавая ему ту самую загадочность, от которой внутри всё сжимается. — Но, возможно, ты пока не понимаешь, что мы тебе предлагаем.

— И что же? — переспросила я, чувствуя, как сердце сжимается в ожидании ответа.

— Опору, — вмешался Андриан. — Мы можем стать для тебя всем. Как и ты для нас. Я не врал вчера. Я готов заключить священный союз. Обряд, который свяжет нас навечно. Мы вместе проживём долгие годы, создадим наш собственный мир — на четверых.

— Я тоже хочу заключить союз, — протянул Дариус, глядя прямо мне в глаза. — И это не обсуждается, — добавил он, бросив взгляд на Андриана.

— Я… — начал было говорить Люциус, но осёкся под взглядами братьев. Они, похоже, уже обо всём договорились. Но их планы явно не поспевали за развитием событий. — Мне всё равно. Я не хочу быть в вашей тени. Я хочу быть с Кирой открыто и на равных условиях. И да, я тоже готов к священному союзу.

— Вы серьёзно решили поссориться из-за меня, — пробормотала я, чувствуя, как нарастает тревога.

Если я и дальше буду метаться, не способная сделать выбор, всё может закончиться катастрофой. Я разрушу их братство, стану камнем раздора, а не связующим звеном. И такой исход меня не устраивал.

Осталось только одно — действовать.

— Я согласна, — сказала решительно, не думая сейчас прятаться.

— Повтори, — попросил Дариус.

— Я согласна быть с вами. Но… давайте сначала просто попробуем. Без священного союза, — предложила, стараясь звучать миролюбиво.

Да, эту кашу я заварила сама — и расхлёбывать теперь тоже мне. Как говорится, все беды от женских капризов. Я просто хотела охладить пыл этих троих, а вместо этого подлила масла в огонь. Хотя… кто бы мог подумать, что всё зайдёт так далеко.

Андриан усмехнулся, глядя на меня с хищной нежностью. Не той маской невозмутимости, к которой я уже привыкла, а по-настоящему — открыто, почти трепетно. Хотя, после вчерашнего я и вовсе начала сомневаться, что он настолько хладнокровен, как пытается казаться.

— Просто попробовать? — повторил он. — Хорошо. Но помни, Кира: мы не входим в твою жизнь наполовину. Даже если ты захочешь остановиться — мы всё равно будем рядом. До конца.

Люциус согласно кивнул. Его взгляд стал мягче, почти ласковым. Только Дариус медлил. Он пристально смотрел на меня, как будто пытался заглянуть внутрь — прочесть между строк нечто большее.

— Я не против, — наконец сказал он. — Но будь честна. Если вдруг поймёшь, что переоценила свои силы, устала или боишься — просто скажи. Не замыкайся. Не отстраняйся.

Эти слова попали точно в цель. Именно так я и делала всё это время — уходила в себя, когда не справлялась. Пряталась за колкостью, иронией, показным безразличием.

— Хорошо, — кивнула я, чувствуя, как горло сдавливает от накативших эмоций. — Обещаю быть честной. С вами. И с собой. Только, пожалуйста, не давите. Мне нужно будет немного больше времени, чтобы принять вас.

— Мы не торопим, — прошептал Люциус, осторожно взяв меня за руку.

На мгновение в комнате повисла тишина. Не напряженная, не гнетущая — скорее, тишина, в которой зреют перемены. В груди нарастало волнение, тревожное и манящее одновременно. И, быть может, именно так начинается новая жизнь.

Пока я тонула в собственных мыслях, мои губы ощутили лёгкое прикосновение. Люциус поцеловал меня — бережно, будто подтверждая: «мы не давим». Хитрый. Вампиры явно умеют действовать тонко. Вроде бы не настаивают, но при этом незаметно продвигаются вперёд.

И, наверное, это даже хорошо. Мне некогда будет передумывать. Вперёд — и только вперёд.

Я прикрыла глаза и позволила ему углубить поцелуй. Ответила робко, неуверенно — рядом всё ещё были Андриан и Дариус. Но, конечно, Люциусу было этого мало. Уже через несколько секунд он страстно впился в мои губы, не оставив ни шанса на отказ. Такой же вспыльчивый, как всегда. Почти до безумия.

И теперь это моя новая жизнь. Надеюсь, я не пожалею.

Когда поцелуй закончился, и Люциус нехотя отстранился, я тяжело выдохнула. Мысли путались, внутри бушевал хаос, но вместе с тем — ощущалось странное, тёплое спокойствие. Один шаг вперёд сделан. Новая жизнь уже зовёт, предлагая свои приключения.

— Надо вставать, — прошептала я, неуверенно осматривая комнату. Простыня норовила соскользнуть, и я снова натянула её повыше, словно это могло вернуть мне чувство контроля. — Мне ещё магию осваивать.

— Полежим немного, — отозвался Андриан. — Спешка только навредит. Сейчас ты — наш приоритет.

Я бросила на него быстрый взгляд. В его голосе не было ни капли давления — только мягкая забота. И я сдалась. С таким подходом легко сдаться. Мне это нравилось.

— Ладно, — согласилась я, снова опускаясь на подушки. — Но не прижимайтесь ко мне все сразу. Я не батарейка, которую можно зарядить трением.

— О, мы бы с радостью тебя зарядили, — усмехнулся Люциус, тут же притянув меня ближе. Его ладони уверенно скользнули по талии, а губы почти коснулись уха. — Хотя, по-моему, ты нас заряжаешь.

— Вампиры, — проворчала я, не вырываясь. — С вами не соскучишься.

Сейчас мне казалось невероятным, как вначале мы не могли договориться. Тогда каждый был сам по себе: я — сосредоточена на своей беде, они — на собственных проблемах. Я просто хотела домой, а они видели во мне угрозу. Даже когда они поняли, что опасности в моем лице нет, я всё равно была зациклена на себе.

Вздохнув, я отвела взгляд, размышляя, что наши отношения трудно назвать порывом безумной любви. Здесь нет чувств на грани, только осознанное принятие и обоюдное притяжение. Но так даже лучше.

В этот же момент я поймала взгляд Дариуса на себе. Он всё это время молчал, но смотрел пристально и сосредоточенно. В его взгляде было больше, чем в любых словах.

— Сегодня мы не будем никуда торопиться, — наконец произнёс он, мягко улыбнувшись. — Но рано или поздно придётся обсудить, что дальше. Магия процветания — одновременно простая и невероятно сложная. Есть множество нюансов, табу, на которые следует обратить внимание. Если магия в тебе — от мира, значит, у тебя есть предназначение. Ничто не приходит просто так. И не уходит бесследно.

— Звучит устрашающе, — хмыкнула я.

— Почти, — серьёзно ответил он, и от этой серьёзности внутри похолодело. — Ты пообещала быть с нами честной, поэтому я тоже не буду ничего утаивать. Всё может оказаться сложнее, чем кажется на первый взгляд. Но ты не одна. Мы рядом. Всё, что тебе нужно — это познавать себя, свою магию… и нас.

Я кивнула, пытаясь осознать, насколько глубоко влипла. В голове гудело. Магия сейчас не казалась мне самым сложным. Отношения с тремя почти бессмертными мужчинами — это не шутки и не лёгкий флирт. И здесь могут быть спрятаны свои опасности. Но, по крайней мере, скучать не придётся. Долой меланхолию. Как показывает практика, в моей жизни может произойти все.

— Хорошо, — выдохнула я чуть хрипловато. — Постараюсь. Но…

— Что? — насторожился Андриан. Он явно ожидал подвоха от моего неожиданного «но».

— Если у нас ничего не получится? Я не говорю о священном обряде вампиров. А просто… если мы не сойдёмся характерами? Если я не смогу принять полигамию?

— Сможешь, — спокойно заявил он, без тени сомнения. — Уже сейчас ты не чувствуешь дискомфорта, находясь с нами в одной постели. Остальное — дело времени.

— Всё же… если вдруг так получится, — продолжала я, желая оставить себе немного пространства для маневра. — Я хочу, чтобы мы могли расстаться мирно.

— Этого не будет, — холодно бросил Люциус.

— Даже не думай об этом, — спокойно добавил Дариус. — Пути назад нет.

— Дариус прав, — поддержал его Андриан. — Перестань думать о побеге. Лучше думай о том, что мы теперь вместе.

Понимая, что мужчин не переубедить, я кивнула. И, как ни странно, мне стало легче. Неизвестно почему — может, потому что не придётся больше бежать. Или потому что кто-то уже не отпустит.