Она перевела дыхание и попятилась в коридор:
— Точно всё обойдётся?
— Железобетонно. Шагай.
Как только она ушла, я не торопясь направился к выходу, повернул вертушку замка и толкнул дверь наружу. Улица действительно была наглухо перекрыта тяжёлыми машинами. Синие и багровые огни мигалок хлестали по фасадам зданий.
А посреди крыльца, опираясь на трость с серебряным набалдашником, стоял сам герцог Константин Грановский. Пальто нараспашку, седая шевелюра гладко зачесана назад, а на губах играет не предвещающая ничего хорошего усмешка.
— Доброй ночи, Виктор, — с привычной хрипотцой бросил старик. — Я ведь обещал заглянуть.
Я прислонился к дверному косяку, окинул взглядом его процессию и приветливо развёл руками:
— Ба, Ваша Светлость! А я вас прямо заждался. Проходите, чего на пороге мёрзнуть? Внутри обо всём и потолкуем, я как раз чайник согрею.
Грановский хмыкнул и шагнул в прихожую. За ним в холл сразу подтянулись офицеры свиты, звонко цокая подковами сапог по кафелю.
— Боюсь, одним чаем вы сегодня не отделаетесь, — старик остановился на середине помещения и окинул холл цепким взглядом. — Мы намерены вывернуть здесь всё наизнанку.
Из-за его плеча деловито протиснулся плотный господин в штатском пальто. Сухо щёлкнули замки пузатого портфеля, и на регистрационную стойку легла толстая пачка формуляров с синими штемпелями.
Герцог двумя пальцами пододвинул бумаги ко мне:
— Распоряжение на внеплановый аудит прямо от Совета безопасности. Проверим сертификаты на аппаратуру, журналы прекурсоров, вентиляцию, допуски к опасным культурам… — он принялся методично загибать пальцы. — Морозильники с сырьём, подвалы, пожарные гидранты, квалификацию персонала и трудовые договоры.
Загнув последний палец, Грановский смерил меня тяжёлым взглядом:
— До самого дальнего угла, Виктор. До последней щели. У моих людей ордер на вскрытие любых внутренних помещений и сканирование грунта на десять метров вглубь.
Я молча посмотрел на эту бумажную гору.
Масштаб катастрофы вырисовывался великолепный.
Если эта свора сейчас пойдёт шерстить клинику поисковыми артефактами, хоронить меня можно будет прямо на месте. В подвале сложены туши тварей из Диких Земель, за один оборот которых в черте города светят рудники. В морозилке у Романа ждёт своего часа концентрированный некротический яд. А в кладовой за углом красуется полутораметровый хомячий идол в короне из ампул.
Свистнуть по ментальной связи? Хомяки успеют вскрыть лаз и сбросить улики в коллектор за четыре-пять минут. Но без шума вряд ли получится обойтись. Герцог стреляный воробей — сразу поймет, куда смотреть. Да и скучно мне было прятаться. Мог подготовиться заранее, но не хотел. А потом действовать надо было иначе: нагло, чисто по букве закона и так, чтобы старик сам загнал себя в капкан.
Я пару секунд разглядывал сургучную печать на бланке, а затем весело хмыкнул.
— Прекрасно. Закон есть закон, — я отодвинул бумаги на край стойки. — Скрывать нам нечего, мы граждане законопослушные. Но обязан предупредить об одной формальности, Ваша Светлость…
Грановский напрягся. Моя покладистость явно пришлась ему не по вкусу.
— Статья двадцать семь, параграф «Б» Имперского кодекса о медицинских инспекциях, — отчеканил я подсказанное Юстицией. — При проведении комплексного аудита, во избежание давления на персонал и порчи чувствительных препаратов, главврач имеет законное право выставить единственного ответственного за проверку от лица учреждения. Человека, который лично водит комиссию по всем кабинетам, отпирает замки своим ключом и контролирует каждый протокол досмотра. Без его подписи ваши люди не имеют права прикоснуться даже к пустой мензурке. Вы ведь помните эту норму, Ваша Светлость?
— Помню, разумеется. Назначай кого угодно. Мои инспекторы взяток не берут и акты составляют строго по факту.
— Так, обождите полминуты…
Я развернулся и быстро пошёл в стационар. Елена стояла у металлического стола, сжимая в руке флакон из-под физраствора.
— Бросай тару, студентка, — скомандовал я, забирая у неё пузырек и вручая взамен рабочий планшет с зажимом для бумаг. — Твой выход.
— Виктор, да кто там пришёл⁈
— Высокая столичная комиссия. Жаждут оценить санитарные нормы и порядок в бумагах, — я подхватил её под локоть и увлёк к выходу. — А лучшего представителя для защиты чести клиники не сыскать во всей Империи. Диплом столичный, манеры безупречные, терминологию знаешь… Пошли.
— Погодите! Я же не готова, я никогда не говорила с ревизорами!..
— Опыт — дело наживное.
Я вывел упирающуюся девушку в коридор, довёл до поворота и аккуратно втолкнул в ярко освещённый холл.
— Господа проверяющие, внимание! — объявил я во весь голос. — Представляю вам официального уполномоченного от лица клиники «Добрый Доктор»! Назначаю тебя, Леночка, ответственной за проведение государственной проверки. С этой минуты судьба нашего скромного заведения — исключительно в твоих надёжных руках!
Елена замерла посреди холла, явно собираясь выдать какую-нибудь заученную дежурную фразу для чиновников, а затем подняла глаза. Взгляд её скользнул по комиссии, по стопке папок на стойке… и упёрся в старика с тростью. Слова застряли у неё в горле. Глаза стали круглыми, краска разом схлынула со щёк, а рот приоткрылся в полном ступоре.
— Па-а-а… — вырвалось у неё. Она осеклась, поперхнулась воздухом и выдавила: — Па-а… почтеннейший господин ревизор⁈ А… что вы здесь делаете⁈
Я покосился на Грановского.
Вот ради таких секунд на свете и стоит жить!
Легендарный железный герцог, палач Канцелярии, перед которым вытягивались в струнку министры, буквально окаменел, посмотрев на девушку так, будто перед ним только что разверзлась земля.
Он ведь ехал сюда громить логово шарлатана, а теперь его дочь стояла перед ним сама.
Чиновники из комиссии, видимо никогда не видевшие графскую наследницу в лицо, растерянно переглядывались, не понимая, отчего их грозный шеф внезапно онемел, а магическая аура герцога пошла колючими волнами.
Я не спеша подошёл к стойке администратора, прислонился к ней боком, сунул руки в карманы и с самым благостным видом посмотрел на ошарашенного гостя:
— Ну так что, Ваша Светлость? — ласково поинтересовался я. — С какого угла начнём проверку? Уполномоченный представитель клиники ждёт ваших распоряжений.
* * *
Петербург, Российская Империя
Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»
До поздней ночи Елена Грановская безвылазно торчала в стационаре: перевязывала скулящего барсука, меняла капельницы и всё никак не могла привыкнуть к собственному телу. В груди — совершенно не по канонам имперской медицины, но на диво слаженно — колотились два живых сердца. А в ушах до сих пор звенела лекция Виктора про какие-то тридцать четыре «виноградины» в клеточной спирали. Голова от этой биомагической зауми натурально трещала.
А затем шеф просто ухватил её за локоть, выволок из процедурной в приёмную и бодро бросил собравшимся гостям:
— Знакомьтесь, господа! Назначаю тебя, Леночка, главным ответственным за проверку!
И Лена так и застыла посреди холла. Перед ней стоял отец.
Герцог Константин Грановский собственной персоной. Бывший первый замглавы Высшей Канцелярии тяжело опирался на трость, а за его спиной топтались два десятка чиновников с пухлыми папками в руках. Судя по их лицам, здание готовились разнести по кирпичику.
Хуже всего было то, что отец относился к породе идейных.
Это звучало как приговор. Если герцог Грановский решил устроить государственную ревизию и вбил себе в седую голову, что в этой ветеринарке нарушают законы Империи — пиши пропало. Подкупить его нельзя, разжалобить тоже, а любые уговоры он просто пропустит мимо ушей и докопается до последней запятой в санитарных журналах, даже если для этого потребуется выкорчевать весь фундамент клиники.
