– Да. Село называется Ильинское, как выяснилось, потому, что первым женился и построил дом Илья. Следом и остальные богатыри. Сейчас село уже довольно большое, да и до города, пусть и маленького, рукой подать. Есть школа, садик, фельдшерский пункт и железнодорожная остановка. Мы разрослись так, что кроме старого села Ильинское появилась малая Ильинка. Я думал, все это сказки… Теперь знаю, что нет. – Добрыня слез со своей полки и опустился рядом, беря кружку с напитком.
– Для большинства людей это все еще сказки…
– Да понятно! – Отставив в сторону квас, Добрыня вдруг накрыл мою руку своей и, наклонившись, поцеловал в плечо…
Меня словно кипятком обдало! Не отдавая себе отчет, я стрелой выскочила в предбанник и, натянув угги и халат, умчалась в избу.
***
– Не торопи ее с принятием судьбы: ей свое спокойствие дороже любовных страстей. Женихов, знаешь, скольких отвадила? Кого словом, кого и рукой тяжелой… Она скора на расправу, если та заслужена. А так добрая и даже беззащитная, если дело до чувств доходит… – говорил Степан, готовя Добрыне воду для купания.
– И ни разу не была замужем? – удивился богатырь.
– Нет. Сначала ждала суженого, потом не могла переступить через себя, чтобы хотя бы просто быть замужней… В конце концов, отчаялась и смирилась.
– Я не буду торопить – подожду. Столько лет искал ее, так что не отступлюсь! – заулыбался себе в усы Добрыня. Не это ли счастье, знать, что она не поддалась современным веяниям?
– Добро! – Степан был доволен. Ягиня приняла его, когда он в отчаянии скитался без пристанища. Хотелось, чтобы и хозяйка жила долго и счастливо! Кто знает, как изменится мир, если ее не станет… Ведь банник хоть и слышал о пожирателях, никогда их не видел. И все благодаря ей!
***
Вот что со мной такое? Неужели так действует парность? Прямо дрожь по телу от незнакомых чувств!
Суетливо привела себя в порядок и спустилась лишь тогда, когда Василий появился в спальне.
– Гора с горой не сходится, а человек с человеком сойдется!
– А если не смогу? – Подошла к окну, глядя, как Добрыня медленно бредет в избу из бани.
– Лучше поздно, чем никогда. Ты, главное, не хорони себя раньше времени! Время лечит! Дай ему шанс! – уговаривал меня домовой.
– Я постараюсь. – Добрыня остановился и посмотрел на меня. Хотя со двора окон не было видно и изба казалась одноэтажной. Расплылась в улыбке, сама того не осознавая. Чувствует меня…
После ужина переместились в гостиную. Домовой разжег камин и поставил перед нами чашки с чаем. Не зная, что делать, взялась за вязание. Затеяла шарф, вот только кому?
Подняв взгляд на севшего напротив Добрыню, поняла: теперь есть кому. Он не растерялся и тоже нашел занятие: взялся за книгу из библиотеки.
Вечер был уютным настолько, что мне даже почудилось, что мы уже не первый раз так сидим. Спать я ложилась рано, поэтому, едва часы пробили десять, я отложила вязание и поднялась.
– Я провожу? – Следом и Добрыня отложил книгу.
– Можешь еще посидеть…
– Нет, не хочу. Тоже привык ложиться рано. Да и завтра нужно возвращаться в город.
– Я открою портал пока только для тебя. Не придется идти пешком по лесу до места, откуда можно переместиться.
– Это замечательно! – Добрыня взял меня за руку и погладил. Так и пошли к лестнице, держась друг за друга.
Остановившись перед дверью спальни, он поднес мою руку к губам и вдруг поцеловал.
– Доброй ночи, Фросенька!
– Доброй, Добрыня! – Отстранившись от него, я спряталась за дверью своей спальни.
Ночью спалось хорошо: больше меня ничего не мучило. Даже те легкие сновидения, что я видела сегодня, не шли ни в какое сравнение с тем, что снилось мне в последние два месяца…
Глава 23
Утром проснулась настолько бодрой, что недолго думая ушла похрустеть снежком. Его было еще мало, но даже небольшой слой мягко стелился под ноги и звал гулять. Дошла до стены на болоте. Она по-прежнему оставалась невидима человеческому глазу. Приложила руку и прислушалась. На болоте стояла тишина. Правда, это была не вся территория, на которой находилось ограждение от чужаков из другого мира. Лишь часть с примерным местоположением прохода. Его так никто и не обнаружил – особо не занимались поисками. А сейчас на болото вообще не совались. Поговаривали, беспрепятственно ходить сюда могли лишь сват Наум, Кощей и несколько сильных ведьмаков.
Кощей, накопив силы, потихоньку уничтожал чужаков, не заходя вглубь. Что там делал Наум, никто не знал. Ведьмаки же ходили за редкими травами и корешками. Твари затаились…
– Это та самая стена? – раздался рядом голос Добрыни.
– Да, – вздохнула я, – и не нашлось тех, кто смог бы покончить с этим. Нет у нас столь сильных чародеев. Я не вояка, один Кощей в поле не воин… Найти бы того, кто бы поднял воинство! Да все слабы – некому!
– Может, просто не родился еще? – Богатырь обнял меня, прижимая к себе.
– Кто знает? – Склонила голову ему на грудь, и он укутал меня в полушубок. Стало так приятно…
– Ясновидящие?
– Что, уже и на этот счет есть предсказание? – хмыкнула я. Эти дамы так шифруют свои видения, что черт ногу сломит!
– Да, что-то там про королеву, дракона и друга… Точно не вспомню. Что-то в духе сказки, мол, придет королева с огнедышащим драконом и другом, повелителем огня, и уничтожат они мрак, и возродят магию мира…
– Ага, королева… Дракон и огненный маг, которых у нас уже несколько сотен лет и в помине нет!
– Кто знает? Это же будущее!
– Ну, может, и сбудется… Пойдем завтракать? Василий бурчит, что все стынет.
– Он всегда такой ворчун? – усмехнулся Добрыня.
– Да. Он и сам не помнит, сколько ему лет! Еще маме моей покойной служил и до нее кому-то.
– Ого! Домовые так долго живут?
– Только если ухаживать за ними, кормить их и оберегать. Передаются из поколения в поколение, а раньше еще могли и новых домовых создавать. Но сейчас на это не хватает магии, да и не для чего. Домовых мало осталось, а все потому, что люди перестали в них верить! Магически одаренных тоже немного, да и не все хотят делиться своими крохами магии.
– Все так печально… – Добрыня, приобняв за плечи, повел меня домой.
– К сожалению, да.
На завтраке к нам неожиданно присоединились домовой и банник. Парочка появилась на другом краю вместе со стульями. Быстро, пока не передумали, положила им по куску свежего хлеба и поставила рядом кувшинчик с молоком и вазочку меда.
– Примите дар! – улыбнулась двум старичкам, восседающим с важным видом.
– Благодарствуем, хозяюшка! – Помощники приступили к трапезе.
Добрыня хоть и бросал слегка удивленные взгляды на них, но молчал. Видимо, боялся спугнуть невиданное чудо.
– Уходить уже сейчас будешь? Наверное, на работу пора? – Если я не ошиблась с подсчетами, сегодня был понедельник.
– Да. – Добрыня выглядел огорченным. Я тоже расстроилась.
– Могу открыть портал поближе к работе, чтобы ты не ехал через весь город.
– Было бы хорошо, – вздохнул богатырь, вставая из-за стола. – Пойду рюкзак возьму.
– Василий, заверни ему и ребятам пироги и еще что-нибудь. Поел-то плохо… – попросила домового, едва Добрыня скрылся из виду.
– Не привык еще к нам! А под лежачий камень вода не течет! – сумничал тот и, исчезнув, появился рядом с коробкой. Заглянула в нее – положил пироги с разными начинками, нарезку сыра и ветчины и два небольших термоса с чаем.
– Мне бы смириться с тем, что я теперь не одна! – вздохнула я.
– А ты не тяни! Быстрее под венец! – подытожил домовой.
– Торопиться не к чему. – Появился в дверях Добрыня. – Я теперь никуда не уйду, даже если гнать будешь! – Подойдя, снова обнял меня.
