Попал! В хорошие руки. Лазейка-портал 2 (СИ) - Риш Мартиша

— Ну да.

— И ничего? Ты не испугался, не стал переживать?

— Наоборот, мне все понравилось. Там я — наследник трона, ученик магов, у меня своя крепость, свой город, бесконечные тренировки, конный манеж, танцы, будь они прокляты, невеста тоже есть. А на Земле я отдыхаю, можно и так сказать. Здесь что? Только уроки, так и то зелье особое есть, чтоб сразу все выучить. И никто коня вручную чистить не заставит, и тренировочный плац убирать ща собой тоже не нужно. Это я еще не говорю о доспехах, которые полировать должен тоже я. И без всяческой магии.

— Любопытно.

— Вы сейчас в школу?

— Да, спасибо, что поговорил со мной. А в том мире можно снять домик? Я Аню хочу перевезти. Но пока не стану знакомить свою девочку с новым мужем. Стресс лишний ей совсем не к чему, — я вспомнила клыки Оскара на своем горле.

— Одну девушку не принято оставлять. С ней кто-то из родственников жить должен, ну или служанка постарше. Мою невесту одну так и вовсе никуда не пускают.

— Я тебя поняла, Денис. А служанку такую можно нанять?

— Да легко.

— Спасибо тебе. Иди на урок, а я после занятий подойду еще раз к учителю истории и обо всем с ней переговорю. И оценку за год мы тебе непременно исправим. Ты же все выучил?

— Ага.

Денис бегом убежал в школу. Я еще немного постояла в уголке у стены-брандмауэра и только после этого пошла следом за ним. Ничего, уж я-то обязательно выкручусь. Плохо, что Оскар меня укусил. Опасный он, но оставлять Аню наедине с Ваней я теперь тоже боюсь. Мало ли, что придёт ему в голову, когда он меня не найдет в квартире посреди ночи. Да все что угодно в его голову может прийти! Может, я и преувеличиваю, но за дочку боюсь просто ужасно. Ясно одно, за один день Ваня свои вещи точно не соберёт. Понадобится какое-то время, хоть несколько дней на то, чтоб его выгнать. И Анюте такой стресс совсем не к чему.

Работу я закончила раньше обычного. Все потому, что последний урок отменил директор сам, лично.

— Не позорьтесь перед родителями. Марш домой! И сделайте с собой хоть что-то.

— Что⁈

— Макияж смойте!

— Я не накрашена.

— Ну значит, накрасьтесь.

Дверь в квартиру я попросту открыть не смогла. Пришлось звонить. Неужели Аня накинула крючок по ошибке? А может, задвижку закрыла? С чего вдруг? Может, соседи ломились, вообще-то они у нас тихие, но изредка всякое бывает. Позвонить пришлось еще раз, я аж забеспокоилась, подумала, что доченьке могло стать плохо. Да и вообще, мало ли, что могло случиться? Пришлось треснуть уже кулаком и посильней. Наконец за дверью раздались шаги, легкие, торопливые

— Пошла к бесам, бабуль! — веселый Анькин голосок ни с чьим не перепутать.

— Ань ты чего⁈

— Мама⁈ — дверь почти сразу открылась. Я увидела панно, оторванное от стены, клочки обоев, разбросанные по коридору, треснутую ножку у вазы.

— Что здесь произошло⁈

— Твоя недосвекровь бушевала. Ты, мама, оказывается, у нас гулящая женщина! Ночами неизвестно где пропадаешь. И от предложения руки и прочей требухи отказалась, — Аня начала было говорить весело, а потом хлюпнула носом, бросилась меня обнимать, — Мама! Это было так мерзко. Она все-все свои подарки забрала. И даже мою куклу. Помнишь, Маруся в платьице была? Она все вынесла. Давай мы Ваню выгоним тоже? Он придёт, а дверь заперта и вещи отправим посылкой. Лучше через Владивосток, чтоб подольше шла.

— Нельзя, это слишком дорого.

— Так ты не против?

— Ничуть. Сейчас мастера вызовем, он замок поменяет на двери. А сами… Сами уедем. Хочешь в теплые страны? Чтоб фрукты с дерева и все остальное?

— Хочу.

— Представляю, как удивится Оскар…

Глава 4

Котомки стоят перед дверью. Моя сумка с тетрадями учеников, Анькины книги, ее тетради тоже. Они сложены аккуратной стопкой. Бок о бок с ними ее саквояж с новыми платьями, да коробка со шляпками. Больше, мне кажется, мы из этого дома ничего не возьмём. По крайней мере, пока. Ванины вещи я отправила на такси прямо к дому свекрови. Если честно, то мне наплевать — заберет их Ваня или так и оставит у подъезда.

Может, еще что из посуды забрать? Любимую чашку, последнее блюдце от сервиза? Подушку хотя бы, она гречишная, дорогая. Или не стоит? Новая жизнь, новые вещи. На душе полное ощущение, что я продаю эту квартиру вместе с целым ворохом неуместных воспоминаний, надбитым фарфором, скатертью на столе. И мне никогда сюда уже не вернуться. Все закончилось. Нет, эту скатерть мы точно с собой не возьмем, слишком много она помнит моего «семейного счастья», обид, слез, которые я пролила украдкой, когда ночью сидела с кружкой давно остывшего чая в руках. Не хочу ничего помнить. Совсем не хочу. Вот только как рассказать Анюте о том, куда мы собрались и как переместимся — не знаю.

— Мама, а как я стану ходить в свою школу, если мы уедем? Или ты шутишь?

— Нет, не шучу.

— Тогда как? Только не говори, что мы будем жить где-нибудь в оранжерее. Нет? Или ты там договорилась снять угол, и именно поэтому мы не берем вещи.

— Тоже не угадала, — я закусила губу под испытующим взглядом.

— Тогда что? Денег-то у тебя нет. Или? Только не говори, что Ваня был прав, — моя доченька аж отшатнулась, а на лице у нее возникло брезгливое выражение лица. И почему я не подумала, в чем мне придётся признаться. А ведь придётся!

— Я вышла замуж. Фиктивно. Между моим мужем и мной ничего нет, кроме обряда. Так вышло.

— Вот, значит, как. И мне ничего не сказала? — нахмурилась дочь.

А я тронула те две дырочки от острых клыков, которые остались на моей шее. Куда и зачем я веду дочь? У меня же нет никого дороже нее. Но и здесь оставаться нет сил. Разве что, правда, снять угол в оранжерее, если такая найдется.

— Все те платья, это он мне подарил?

— Я заказала на его деньги.

— Выходит, богат? И тебе точно ничего, — Анютка покраснела, — ну не придётся?

— Только публично изображать жену. Принимать гостей, ужинать вместе с ним и быть в его доме ночью, чтоб слухи не пошли.

— Он не желает, чтобы тебя заподозрили в неверности? Что ж, справедливо. Как зовут нашего благодетеля, ма?

— Оскар. И все не так просто. У него сын и вообще. Постарайся быть осторожной. И прошу тебя, ничего не пугайся.

Я все ещё пытаюсь прикинуть, что проще — провести Аню через тот портал, который открыл для нас Оскар или же открыть портал прямо в квартире? Дочка у меня слишком разумная, чтобы поверит в чудеса. Не хотелось бы нанести урон нежной детской психике.

— Он урод? Или что? — еще больше насторожилась Анютка.

— Нет, просто-напросто необычный. И там нельзя выносить из дому никаких секретов. Это может стоить жизни нам всем.

— Допустим, я тебя поняла. Ты фиктивно вышла замуж за криминального авторитета? За наркобарона? За кого, мам?

— Не скажу. Сама все увидишь.

— Угу.

Я подошла к нашим сумкам, отчетливо представила дом Оскара и потянула за воздух. Анька смотрит на меня недоверчиво. Черт! Почему я не переодела дочь? Ладно, хуже уже не будет. Главное, чтоб Анютка не устроила сейчас истерику. Хотела бы я ее предупредить заранее, но что толку? Все равно же не поверит, пока не увидит.

С хрустом треснула ткань мироздания, по ту сторону проявились роскошные стены нашего с мужем особняка. Теперь-то это и мой дом тоже. Впрочем, я до конца не уверена.

— Это что⁈ — Анютка хлюпнула носом, — Мааам, ты что, умеешь так?

— Взяла урок у Дениса. Помнишь, тот ученик из моей школы, о котором я говорила?

— Ну, помню, да.

— Он — демон или дроу. Я так и не поняла. Да и не важно. Шагай! Только вещи свои не забудь.

Анюта поспешно подхватила сумку, коробку со шляпами, я подняла свои вещи и ее учебники и тетради. Одним словом, мы шагнули сквозь портал, как две гружёных и очень упрямых ослицы. Позади мне слышится грохот ударов о дверь квартиры, ругань Вани, шипенье свекрови. Удачи, дорогая недородня. Хоть обкричитесь под дверью, меня это больше ничуть не волнует! Ушла, не прощаясь, как настоящая ведьма. Потому что мне на вас теперь наплевать.