Торговец Правдой 3 (СИ) - Стародубцев Денис

— Финское княжество, вот тут он! Но не просто где-то в лесах… Ему там выделили целую военную базу. С воздуха не напасть, прикрывает система магического ПВО. По земле добраться тоже трудно. Он там готовится к самой настоящей войне!

— К войне? — переспросил я, хотя в глубине души уже догадывался. Масштаб амбиций Волкова был полностью понятен…

— Да! Удар будет нанесен со стороны Финского княжества, — Митяй говорил быстро, четко, выкладывая информацию, отодвигая себя подальше от смертной казни. — Нас там готовили, показывали план. Обучали вместе с финскими воинами, ну и это, сами понимаете, неудивительно. Они десятилетиями точили зуб на Империю, мечтали о независимости. Их правящая верхушка, военная элита — тайно с Тони за одно. Не все, конечно, но ключевые люди точно. Они и предоставляют ему убежище, логистику, прикрытие на дипломатическом уровне. За это он обещает им после победы полный суверенитет и кусок приграничных территорий. Короче, он как всегда всех купил.

Он начал сыпать цифрами, которые повергли бы в ужас любого штабного генерала, но примерно на это я и рассчитывал. Огромное количество солдат, бронетехники, магических артефактов. Короче, полный фарш.

Когда Владимир Николаевич спустился в подвал, неся небольшой алюминиевый чемоданчик, мы уже перенесли все данные на бумагу, дав ему ознакомиться с материалами.

— Армия… Обученных, вооруженных до зубов, в укрепрайоне… При поддержке, пусть и тайной, местных властей, — прошептал он, будто констатируя смертный приговор для государства. — Если отправить туда регулярную армию, даже полк… Это будет не спецоперация. Это будет штурм хорошо подготовленной крепости. Позиционная война, а это очень долго. Мы потеряем сотни солдат и, что неизбежно, начнут гибнуть мирные жители в близлежащих поселках. Да и слишком много времени уйдет, чтобы все это согласовать. Финские власти, даже те, что против Волкова, используют это как предлог для открытого вступления в конфликт против Империи. У них свои регулярные части у границы. Это… Это может стать началом большой войны на севере. Чего они, черти, и добиваются — хаоса и передела границ. Нас ждет война…

— Нет, — сказал я твердо. — Такого точно не будет. Я не допущу, чтобы из-за этой мрази погиб еще хотя бы один невинный человек. Ни наш солдат, ни местный житель, НИКТО! А раз доверять мы больше не можем ни армии, ни, как выяснилось, своему тылу… — я обвел взглядом его, Артема, Сашку, и Факела, который только что вошел в комнату, — … то нам придется впятером идти до конца.

Они все смотрели на меня с готовностью, и я продолжил:

— Мы отправляемся туда. В самое сердце нашего врага. И цель будет не перебить там всех к чертям собачьим… Будем работать тоньше! Нам нужно обезглавить эту дикую собаку. Без лидера, без его денег банда наемников и фанатиков развалится за несколько часов. Они держатся только на Тони, и все. Финские власти, лишившись своего «козырного туза», мгновенно сдадут всех оставшихся, лишь бы избежать скандала и войны. Им это точно не нужно…

— Хорошо! Я полностью с тобой согласен, Алексей! Будем планировать вылазку на территорию соперника, но перед этим нам нужно закончить еще одно дело, — Владимир Николаевич открыл чемоданчик: внутри лежало что-то похоже на микрофон. Это был тот самый «Хамелеон».

Я взял магофон Грифа, нашел в последних вызовах номер без имени, просто «К», видимо, сокращенно от Князь, и набрал, не желая терять драгоценное время. По инструкции, которую дал мне Владимир Николаевич, я повернул микрофон в свою сторону, а динамик в сторону магофона.

Трубку взяли на втором гудке, видимо, этого звонка очень и очень ждали.

— Говори, — это был голос Тони Волкова. Далеко не спокойный, он сильно нервничал. Куда-то подевалась вся его невозмутимость.

— Все чисто, князь! Как и обещал, я справился с задачей просто идеально. Он ничего не успел им сказать, — прозвучал из динамика идеальный голос «Грифа».

Пауза. Я слышал лишь ровное дыхание на том конце.

— Ты в этом уверен на сто процентов? — спросил Волков.

— Абсолютно! Я же был там. Отравил ему воду в камере. Спустя некоторое время у него началось внутреннее кровотечение, и он умер, — я говорил в микрофон «Хамелеона», а он превращал мои слова в речь предателя.

Пауза была дольше предыдущей. Каждая секунда тянулась, как год. Сука, какого хера он молчит⁈

— Хорошо, — наконец сказал Волков.

— Каковы дальнейшие указания? — спросил «Гриф».

— Наблюдай и дальше за этими мудаками. Докладывай о каждом их шаге! Мне важно знать каждый чих этих сраных друзей императора. Ты молодец, Гриф. Держи ухо востро! До связи!

Он положил трубку первым. Я опустил магофон, чувствуя, как с плеч сваливается тонна груза. Все в комнате выдохнули почти синхронно.

— Он купился, — прошептал Владимир Николаевич, вытирая пот со лба. — Но это — отсрочка. Когда Гриф перестанет выходить на связь по обычным, проверенным каналам, когда не подтвердит какие-то детали, он заподозрит неладное. У нас есть, от силы, сутки, может, даже меньше. Завтра на рассвете мы должны быть уже у границы. Готовьтесь… — продолжил министр внутренних дел. — Эту ночь мы спать не будем, нам нужно подготовить план, в котором мы будем уверены даже не на сто, а на все двести процентов…

Глава 20

В этот раз мы собрались кабинете министра внутренних дел Владимира Николаевича Никулина на втором этаже. В подвале оставались охранники, которые следили за Митяем и частью персонала, который помогал Насте Ли в восстановлении. Нам сейчас было немного не до этого.

— Господа, надеюсь, все понимают, что нужно наконец-то уже действовать, времени откладывать практически не осталось! — голос Никулина был напряженным, как и в целом весь его вид. Но в этот раз он не повышал тона, даже наоборот. — Этот князь Тони Волков может в любой момент узнать, что мы в курсе его его кровавых планов, и подготовиться так, что у нас не останется шансов взять его по-тихому… Будет только одна попытка, не больше, и нам нужно сработать максимально четко и слаженно! Все должно быть просто, сука, идеально! На кону не только наши жизни, господа. На кону десятки, если не сотни тысяч мирных граждан, которые каждуют ночь засыпают с желанием завтра открыть глаза и увидеть мирное небо над головами!

Он сделал паузу, позволив последним словам глубоко осесть где-то под коркой нашего разума. Не сказал бы, что на меня как-то влияли в целом такие мотивационные речи, но какой-то эффект все-таки присутствовал.

Кроме него в кабинете нас было еще четверо. Я, Артемий Кайзер, Сашка и Факел. Его настоящее имя знал, наверное, только Никулин. Хотя иногда мне казалось, что, возможно, и он тоже был не в курсе. Думаю, им так было намного проще жить, имея только прозвище без реальной истории имени.

Мы были инструментами во всей этой ситуации. Ресурсом, который мог изменить историю, и сейчас мы сами собирались броситься последний раз в адское пекло.

— По факту, господа, — Владимир Николаевич вытянул вперед свою гусиную шею и продолжил монолог, — вся эта операция — билет в один конец с вероятностью девяносто девять процентов. Исхода может быть два, и шансы не на нашей стороне. Либо мы выполним миссию, обезвредим Волкова и уничтожим все, что этот больной ублюдок там запланировал, либо это будет полный провал и финал этой истории для нас. Но сидеть просто так и дальше мы не можем, нужно попытаться использовать наш последний козырь. Если мы не вернемся, нас не будут искать со стороны правительства, так как никто не будет знать, куда мы отправились. Ваши семьи будут до конца своих дней гадать, что произошло, и жить с надеждой, что когда-нибудь вы вернетесь…

Он выпрямился, отошел к окну, немного посмотрел в него, а потом повернулся и продолжил:

— Поэтому, исходя из всех вводных, что у нас есть, я должен… Нет! Я просто обязан спросить это у каждого из вас. Прежде чем чертежи, — он едва заметно кивнул на разложенные на столе карты, — станут нашим маршрутом в ад, вы все готовы идти до конца? Если нет — я пойму. Честность сейчас дороже, чем попытка казаться храбрее. Скажите прямо, да или нет, и, если не готовы, то, пожалуйста, покиньте кабинет и забудьте весь этот разговор как страшный сон! Все, что будет дальше, вас уже не касается…