Хищники. В паутине страсти (СИ) - Мэк Элис

– Мелисса, пойдём отсюда! Быстрее! – закричала Лора и, схватив её за руку, буквально потащила прочь.

Я смотрел им вслед, тяжело и шумно дыша. Мой зверь требовал погони и крови. Я с трудом сдержал его, чтобы не порвать эту сучку на куски.

– Она врёт, – глухо произнесла Джастин поджав губы. – Мелисса знает, где Лея. Я уверена в этом на сто процентов.

Я перевёл взгляд на Тони. Его лицо было похоже на мрачную маску ярости и негодования. Но в его глазах я видел то же, что чувствовал сам – страх за нашу девочку.

– Что будем делать? – спросил, нахмурив брови.

Тони вскинул на меня потемневший взгляд и бросил лишь одну фразу:

– Искать.

Брат прав, официальный поиск – это слишком долго и медленно. Мы не можем ждать. Сейчас каждая секунда была на счету. Наша малышка где-то там в лесу, совсем одна…

А вдруг она ранена? Вдруг ей плохо?

При мысли об этом внутри всё сжалось болезненным спазмом, и мой зверь издал какой-то страшный, леденящий душу звук требуя немедленно действовать.

Мы найдём нашу малышку. Но для начала придётся ещё раз поговорить с её долбанутой на всю голову сестрой. Душу из неё вытрясти! И если она не скажет нам правду, я лично порву её на куски. Мой зверь был со мной полностью согласен.

Глава 37

Антонио

Двое суток прошло с тех пор, как пропала Лея.

Двое. Долбаных. Блядь. Суток.

Это целых сорок восемь часов без неё. Я отсчитывал каждую минуту, и каждая из них была пыткой. Два дня мы прочесывали этот проклятый лес вдоль и поперёк. Лею искали все: десятки студентов и преподавателей. Два дня я не спал и не ел, существуя лишь на чистом адреналине и отчаянии. Лес, который раньше казался нам родным домом, теперь превратился в какого-то молчаливого монстра, проглотившего самое дорогое, что у нас было.

Мой зверь метался под кожей, обезумевший от горя и ярости. Мы с Алексом сменяли ипостаси бесчисленное количество раз. Сначала искали в человеческом обличии, потом, носились по лесу как угорелые в облике ягуаров, втягивая ноздрями воздух, отчаянно пытаясь уловить запах Леи среди тысяч других. Но дождь, прошедший в первую ночь, как назло, смыл почти все следы.

Самым ужасным было неведение.

Не знать, что с нашей малышкой? Где она?

Хотя глубоко внутри, на уровне инстинктов, я знал и чувствовал – она жива.

Наша связь… эта тонкая ниточка, связывающая нас, не оборвалась. Она была натянута до предела, она вибрировала от боли и страха, но она была. А это значит, что Лея жива. И это сводило меня с ума.

Где она? Что с ней?

Может ранена? А может в ловушке и не может выбраться? Не может позвать на помощь?

Эти вопросы, как стервятники, кружили в моей голове, выклевывая остатки разума. Знать, что она страдает, и не иметь возможности ей помочь – наказание хуже смерти.

Алекс тоже сходил с ума. Он винил себя в том, что мы не пошли в лес вместе с Леей, оставили её без защиты. И эта было не только его мукой, но и моей. Я видел это в его осунувшемся лице, в том, как сжимались его челюсти в бессильной ярости.

– Надо было пойти туда вместе с ней, – прорычал он вчера вечером, когда мы на несколько минут остановились у лесного ручья. – Наплевать на её просьбы и уговоры. Надо было сделать всё по-своему. А теперь что… Блядь! Мы не смогли защитить нашу пару, подвергли её опасности.

Я не стал с ним спорить. Потому что Алекс прав: мы поддались на уговоры нашей пары, поверили, что рядом с преподами ей ничего не грозит. Но мы конечно же недооценили её сестричку. И теперь расплачиваемся за свою глупость.

Вся академия стояла на ушах. Пропажа студентки, да ещё и при таких странных обстоятельствах, была беспрецедентным событием. Ректор организовал несколько поисковых групп, разделив лес на квадраты. Но когда понял, что поиски не приносят никаких результатов – вызвал тяжёлую артиллерию.

– Я позвонил вашему отцу и сообщил о случившемся. Марио сегодня будет здесь, – сообщил нам Дамиан.

На удивление отец примчался быстрее ветра. Его вертолёт приземлился прямо на главной площади академии, наделав не малую шумиху среди студентов. Он вышел из вертолёта в сопровождении какого-то незнакомого альфы.

Мы с Алексом переглянулись.

Этот оборотень нам был не знаком.

Незнакомец был огромен, выше и шире в плечах, чем наш отец. Его длинные чёрные волосы были стянуты в хвост на затылке, лицо суровое, с резкими чертами и хорошо заметным шрамом, пересекающим левую бровь. От оборотня веяло силой, дикой, первобытной мощью.

– Антонио, Александр, – В голосе отца отчётливо сквозили стальные нотки. – Это Генри Харрисон, мой старый друг. Пришлось выдернул его из северных лесов Аляски. Генри – лучший следопыт, которого я знаю. Если кто-то и может найти человека или зверя, то это он.

Мы с Алексом молча кивнули, рассматривая сурового незнакомца.

– Рассказывайте, что у вас случилось? – спросил отец.

Мы рассказали всё. Про поход, про внезапное исчезновение Леи и про наши подозрения, которые за эти два дня превратились в твёрдую уверенность.

– … Мы думаем, что это её сводная сестра, Мелисса, как-то причастна к исчезновению Леи, – закончил я. – Она ненавидит её. Мы столкнулись с Мелиссой сразу после того, как группа вернулась из леса. Пытались добиться от неё правды, но эта гадюка всё отрицает. Я уверен, что она лжёт.

Отец нахмурился, его взгляд стал ещё более жёстким.

– Я же предупреждал вас, – рявкнул он. – Предупреждал смотреть в оба глаза за своей истинной. А вы что, расслабились?

Упрёк отца больно ударил по нутру, но, он был прав, чёрт возьми.

Харрисон не обратил внимания на слова отца. Он смотрел куда-то в сторону жилых корпусов академии, и едва заметно повёл носом, будто принюхивался.

– Я бы хотел поговорить с этой... Мелиссой, – спустя мгновение произнёс он, сверкнув тёмным взглядом.

– Эта гадюка прячется от нас, – процедил я сквозь зубы. – Несколько раз мы пытались выловить её, но она словно змея забилась в свою нору и боится на глаза показаться.

– И где она может быть? – прищурился отец.

– Скорее всего прячется в своей комнате, – пожав плечами ответил Алекс. – Знает, тварь, что там мы её не сможем достать. Парней ведь не пускают в женское крыло общежития.

– Тогда идём туда, – коротко бросил Харрисон и двинулся в сторону общежитий.

Мы с Алексом слегка зависли, глядя ему вслед, но потом всё же пошли за ним, а отец остался, чтобы переговорить с Дамианом о ходе поисков.

Когда мы шли по территории академии, многие из студентов удивлённо шарахались от нас. Оно и понятно. Верзила, который шёл рядом с нами, не вызывал доверия. Молчаливый, мрачный и наверняка очень опасный, судя по его мощной энергетике альфы. Мощной и дикой.

И где отец только откопал его? Он же зверь настоящий!

Я мысленно усмехнулся. Не завидую я Альварес, когда он доберётся до неё. Если нам, конечно, удастся выловить эту гадюку.

И тут, словно судьба решила нам наконец подфартить, мы увидели её. Мелисса выскользнула из-за угла одного из учебных корпусов, озираясь по сторонам, будто крыса.

– Вот она, гадина, – зло оскалился я, чувствуя, как по венам разливается горячая ярость. – А ну иди сюда, Альварес!

Увидев нас, Мелисса замерла, на её лице отразилась паника. Она развернулась, чтобы бежать, но Алекс, быстро подсуетившись, обогнул Альварес и преградил ей путь. Она оказалась в ловушке.

– Отстань от меня! – зашипела Мелисса, когда я сделал шаг к ней. – Я ничего не знаю про вашу Лею! Я вам уже триста раз сказала! Отвалите от меня!

Она попятилась назад, пока не упёрлась спиной в стену, и в этот момент её затравленный взгляд столкнулся с глазами Харрисона, который до этого молча стоял чуть в стороне. И тут произошло нечто странное.

Мелисса замерла. Её верещание вдруг застряло у неё в горле, лицо побледнело как мел, а глаза расширились, будто она увидела привидение – не меньше.