Я сделал ещё шаг вперёд.
— Пока я для них Маркус-неудачник. Клоун, который лезет не в своё дело. Выскочка, которого можно раздавить щелчком пальцев. Они меня недооценивают, считая идиотом, и это моё главное преимущество.
Агриппина молчала. Её лицо было непроницаемым, но я видел, как в её глазах проворачиваются шестерёнки расчёта. Моя логика апеллировала к её собственным методам. Она сама была мастером маскировки и обмана, иначе не устроила бы этот спектакль с переодеванием в горничную.
— Всё, чего я хочу, — добавил я. — Создавать моих марионеток. И трудиться на благо прекрасного рода Ван Клеф. И моей семьи, — я улыбнулся Лире. Та расцвела, словно сирень под окном.
— Гладко стелешь, Маркус, — наконец произнесла Агриппина.
— Я говорю правду. Или, по крайней мере, достаточно правды, чтобы ты могла принять решение.
— А остальное?
— Остальное… не имеет значения. Важно только то, что я на стороне Лиры. А значит, на твоей стороне.
Лира снова вцепилась в мою руку, словно боясь, что мать всё-таки заберёт меня силой. Арли за дверью нервно грызла ногти, забыв, что у неё их нет.
Агриппина долго смотрела на нас. На меня, стоящего прямо и уверенно. На Лиру, прижавшуюся ко мне с отчаянной решимостью. На наши переплетённые пальцы.
Потом она вздохнула.
— Ладно, — произнесла она, и в её голосе не было ни злости, ни угрозы. Только усталость и что-то похожее на принятие. — Живите.
Лира издала сдавленный всхлип и ещё крепче вцепилась в меня.
— Играй в свои игры, Маркус, — продолжила тёща, подходя ближе. — Строй свою империю. Удиви меня на тендере. Но помни…
Она остановилась прямо передо мной и неожиданно протянула руку, заботливо поправив мне воротник. Жест был почти материнским. Если не знать, что эти же руки могут расплющить танк.
— Я буду навещать. Часто. Внезапно. И я буду тестировать тебя и твои игрушки. Если ты облажаешься…
— Развоплощение без суда и следствия.
— Нет, — она чуть улыбнулась, и от этой улыбки у меня по суставам прошла вибрация. — Хуже. Если ты обидишь Лиру, я не буду вызывать полицию. Я просто закрою этот дом. Снаружи. И подожгу.
— А нас предварительно выпустишь? — подала голос Лира, и в её тоне звучала искренняя тревога. — Выпустишь, да? Мама?
Агриппина не ответила. Она развернулась и направилась к выходу, чеканя шаг.
— Капитан! — крикнула она в открытое окно. — Сворачиваемся! Возвращаемся на борт!
За окном засуетились легионеры, убирая оцепление и готовясь к отлёту. «Стальной Шип» загудел, разогревая двигатели.
Тёща остановилась у двери и обернулась.
— Маркус.
— Да?
— Этот бой… — она чуть помедлила. — Ты сдерживался. Намеренно.
Я не ответил.
— Я не знаю, какие у тебя настоящие способности, — продолжила Агриппина. — Но я чувствую: ты опаснее, чем показываешь. Намного опаснее.
— Это комплимент или угроза?
— Это факт. Кстати, насчёт моего дирижабля. Он не «корыто». И аэродинамика у него отличная. Просто ты ничего не понимаешь в военной инженерии.
— Возможно, — я улыбнулся.
…Трап поднялся. «Стальной Шип» загудел двигателями и начал медленно подниматься в небо, освобождая улицу. Легионеры организованно отступали, запрыгивая в транспортные люки на лету.
Его громада заслонила солнце, бросив на улицу длинную тень. Потом дирижабль уплыл за крыши соседних домов, оставив после себя только запах магического топлива и несколько помятых заборов. И соседей, которые будут обсуждать это событие следующие полгода.
Лира наконец отпустила мою руку и повернулась ко мне. На её лице было странное выражение: смесь облегчения, страха и какого-то детского торжества.
— Мы… мы пережили маму? — прошептала она, словно не веря собственным словам.
— Похоже на то.
— Я кричала на неё. Я никогда раньше на неё не кричала. Никогда!
— Ты была великолепна.
Она вдруг всхлипнула и уткнулась мне в грудь. Её плечи затряслись, но это были не слёзы горя. Скорее, запоздалая реакция на стресс.
— Маркус… я так испугалась… Я думала, она заберёт тебя… или убьёт… или…
— Тише. Всё хорошо. Мы всё ещё здесь.
Я успокаивающе гладил ее по спине, чувствуя как в груди разливается странное теплое чувство.
Что это со мной? Опять фантомные чувства буянят? Да не, глупости. Надо просто заменить масло.
Арли выскользнула из-за двери и подлетела к нам, размахивая планшетом.
— Хозяин! Хозяин! Ты переспорил «Стальной Корсет»! Ты знаешь, сколько людей мечтали об этом⁈ Это же легенда!
— Я не переспорил. Просто отложил казнь.
— Пф-ф-ф, детали! Главное, что мы живы! И свободны!
Лира наконец оторвалась от моей груди и вытерла глаза.
— Что теперь?
Я посмотрел на восстановленную кухню. На чашки, склеенные моими Нитями. На стол, сросшийся под гравитационным давлением. На окно без стекла, через которое задувал утренний ветерок.
— Теперь нужно выиграть этот чёртов тендер, — сказал я. — Иначе твоя мать вернётся. С новой порцией питательных гвоздей и более радикальными методами убеждения.
— И планом поджога, — добавила Арли. — Не забывай про план поджога. Она выглядела подозрительно серьёзной, когда говорила это.
Лира побледнела.
— Она бы не стала… правда?
Я и Арли переглянулись.
— Конечно, нет, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал убедительно. — Это была просто фигура речи.
— Ага, — поддакнула Арли. — Просто метафора. Такая, знаешь, поэтическая гипербола. Военачальники любят выражаться образно.
Лира посмотрела на нас с подозрением, но решила не развивать тему.
— Мне нужен чай, — объявила она. — Много чая. И что-нибудь сладкое. И, может быть, алкоголь.
— Алкоголь в девять утра?
— После такого утра? Да, алкоголь.
Она направилась к шкафу, где хранились запасы Маркуса, и я услышал звон бутылок.
Арли подлетела ко мне и уселась на плечо.
— Хозяин, — прошептала она, — ты же понимаешь, что это только начало?
— Понимаю.
— Штальберги не успокоятся. Тёща будет следить. И ещё всякие приколы из прошлого Маркуса…
— Я знаю, Арли. Поэтому нам нужно работать. Много и быстро.
Я посмотрел в окно, туда, где скрылся дирижабль тёщи. До тендера оставалось три недели. Стоит поспешить…
Я поднял чашку с остывшим чаем и сделал глоток.
— Арли.
— Да, хозяин?
— Найди мне всё, что есть в сети про заброшенную мануфактуру «Тихий омут». Гномик уже много накопал, но вдруг он чего пропустил. История, владельцы, причины закрытия.
— Это связано с Очищением?
— Да. Это было его логово. И там может быть что-то, что поможет нам понять, во что вляпался настоящий Маркус.
— Сделаю, босс! — Арли взяла под козырёк и умчалась к своему планшету.
Лира вернулась с бокалом чего-то янтарного и уселась напротив меня.
— Маркус?
— Да?
— Спасибо.
— За что?
— За то, что ты есть. За то, что ты изменился. За то, что я больше не несчастна.
Она отпила из бокала и поморщилась.
— Это был странный день.
— День только начался.
— Знаю. Но пока… пока всё хорошо. Правда?
Я посмотрел на неё. На женщину, которая только что встала между мной и девятой Тенью. На источник витальной энергии, без которой я бы давно превратился в хрен знает что. На человека, который искренне верил, что я заслуживаю защиты.
Последнее прозвучало особенно непривычно.
— Да, — сказал я. — Пока всё хорошо.
И, к моему собственному удивлению, я почти не солгал.
Глава 19
Тихий Омут
Я задумчиво вертел в руке коробочку с алхимическими гвоздями. Теща забыла. Интересно, случайно или специально? Может, это такой подарок, как знак ее доверия?
— Хозяин, — Арли смотрела на меня с благоговением. — Чем больше я думаю о ситуации, тем сильнее меня бросает в дрожь. Ты только что поссорился с тёщей, вызвал её на дуэль, выстоял против девятой Тени и закончил всё совместным поеданием гвоздей. Это… это…
