Мастер Марионеток строит Империю. Том 2 (СИ) - "Архимаг"

— Альтернативу.

— Конкретнее.

Я откинулся на спинку стула, собираясь с мыслями.

— Сейчас ты зависишь от корпоративных крыс, которые продают тебе брак за золото короны. Твои офицеры жалуются на качество техники, ремонтные мастерские работают в три смены. А солдаты матерятся каждый раз, когда очередной голем отказывает в разгар операции.

— Откуда ты знаешь про жалобы офицеров?

— Арли читает форумы Легиона. Там много интересного.

Тёща бросила взгляд на кошкодевочку, которая невинно помахала ей из-за двери.

— «Голем-Пром» тебе помогает в политических играх, — продолжил я. — Они поддерживают тебя против врагов в Сенате, обеспечивают голоса, сглаживают углы. Но долго ли это будет продолжаться? Корпорации лояльны только деньгам. Сегодня ты им выгодна, завтра кто-то предложит больше, и они переметнутся.

Я видел, как дрогнули её пальцы на столешнице. Попал в больное место.

— Со мной у рода Ван Клеф будет собственное производство. Лучшее качество. Полная независимость. Никаких посредников, никаких откатов, никакой зависимости от настроения акционеров.

— Но ты просто один мужик в мастерской, — заметила она. — У тебя нет политического веса.

— Я один человек с магическими технологиями, которых в этом мире не видели очень давно. Синта, которую ты видела, это только начало. Прототип. Если у меня будут ресурсы, я смогу создавать такое, о чём «Голем-Пром» даже не мечтает. Такое, что впечатлит самого Императора.

Агриппина молчала, методично разжёвывая очередной гвоздь. Чайник за её спиной засвистел, но она не обратила на него внимания.

Я продолжил давить.

— Представь: боевые марионетки, которые не ломаются после первого серьёзного боя. Которые могут поглощать вражескую магию и использовать её против противника. Которые обучаются в реальном времени, адаптируясь к любой тактике. Это не фантазии, это реальность. Ты видела Синту в деле.

— Видела, — признала тёща. — И именно это меня беспокоит.

Она встала, взяла чайник и разлила кипяток по двум чашкам. Движения были экономными, точными, как у человека, привыкшего ценить каждую секунду.

— Если ты можешь создавать такое, — она поставила чашку передо мной, — то ты представляешь угрозу. Не только для «Голем-Прома», но и для баланса сил в Империи.

— Или возможность. Зависит от того, на чьей я стороне.

— И на чьей ты стороне, Маркус?

Вопрос повис в воздухе. Я взял чашку, грея об неё ладони, хотя моё деревянное тело не нуждалось в тепле.

— На стороне своего рода. На стороне Лиры. А значит, на твоей стороне. Потому что, как бы ни складывались наши отношения, мы связаны.

Агриппина изучала меня долгим, тяжёлым взглядом. Потом кивнула.

— Хорошо. Допустим, я тебе верю. Но у меня есть условие.

— Какое?

— Больше никаких афер моим именем.

Я напрягся.

— Я знаю про твой фокус в Разломе Речи, — продолжила она, и её голос стал жёстче. — Про то, как ты размахивал кольцом Ван Клефов и прикрывался моим титулом, чтобы пройти мимо охраны. Полковник «Логоса» прислал мне подробный отчёт.

Проклятье.

— Это было необходимо для…

— Мне плевать, для чего это было необходимо, — отрезала Агриппина. — Ты использовал моё имя без моего разрешения. В следующий раз я не буду столь снисходительна, как сегодня. Понял?

Я мысленно вздохнул. Прикрытие именем «Стального Корсета» было удобным ресурсом, но спорить сейчас было бы глупо.

— Поработаю над личным брендом.

— Отлично.

Она поставила чашку на стол и вдруг резко выпрямилась. Воздух вокруг неё сгустился, и я почувствовал знакомое давление гравитационного поля. Не такое сильное, как во время дуэли, но достаточное, чтобы заблокировать выходы.

— У меня остался последний вопрос, Маркус, — её голос стал ледяным. — Раньше ты был никем. Жалким игроманом с трясущимися руками и горой долгов. Я помню, как ты выглядел на свадьбе. Ты боялся смотреть мне в глаза. А сегодня? Из ниоткуда Шестая Тень, уверенная речь, способность противостоять моему гравитационному прессу. Боевая марионетка уровня, которого я никогда не видела.

Она шагнула ближе.

— Твоя амнезия и «деревянный склероз», о которых писала Лира, это сказка для идиотов. Ты меня не узнал, потому что никогда не знал. Кто ты на самом деле?

Я мог бы соврать. Выдумать историю про найденные артефакты, про внезапное просветление, про скрытый талант, который раскрылся в момент кризиса. Но что-то подсказывало мне, что Агриппина не купится на дешёвые отговорки.

И всё же правду я сказать не мог.

— Я тот, кто защитил твою дочь, — произнёс я спокойно. — Тот, кто готов защищать её и дальше. Разве этого недостаточно?

— Нет. Недостаточно.

Гравитационное поле усилилось. Мои суставы заскрипели под нарастающим давлением.

— Ты появился из ниоткуда, — продолжала тёща. — Ты владеешь техниками, которых не существует в современном мире. Ты строишь армию. Ты явно не тот человек, за которого себя выдаёшь. И я хочу знать…

Дверь кухни распахнулась с грохотом. На пороге стояла Лира. Бледная, растрёпанная, с покрасневшими глазами. За ней маячила Арли, испуганно прижимающая к груди упаковку таблеток и стакан воды.

— Мама! — голос Лиры звенел от гнева. — Что ты делаешь⁈

Давление гравитации ослабло. Но Агриппина не сразу повернулась к дочери. Её взгляд всё ещё был прикован ко мне, оценивающий, расчётливый.

— Лира, выйди. Это не твоё дело.

— Как это не моё⁈ — Лира шагнула вперёд. Я с удивлением отметил, что она не прячется. Она была готова закрыть меня собой. — Он мой муж!

Она схватила меня за руку и прижалась к моему боку. Её сердце колотилось так громко, что я слышал его даже без сенсоров.

— Ты всю жизнь меня контролировала! — продолжала Лира, и её голос набирал силу с каждым словом. — Ты решала, что мне носить, с кем дружить, куда ходить! Ты заставила меня выйти замуж за него ради своей дурацкой генетики! А теперь, когда он стал… когда он изменился… когда он спас меня от убийц… ты хочешь его забрать⁈

— Лира, ты не понимаешь…

— Я всё прекрасно понимаю! — она топнула ногой, и от этого детского жеста почему-то стало тепло на душе. — Он хороший! Он защитил меня! Он заботится обо мне! Мама, ты не имеешь права нас разлучать!

За спиной Лиры Арли показала мне два больших пальца и прошептала одними губами: «Хозяйка жжёт!»

Агриппина смотрела на дочь с выражением человека, которому показали нечто невозможное. Я понимал её замешательство. Ещё месяц назад эта же самая Лира в переписке умоляла о разводе, рыдала в подушку и называла своего мужа «позором семьи». А теперь она стояла перед матерью, готовая защищать его как львица.

Тёща чуть наклонила голову, и я уловил легкое напряжение в воздухе.

Она использовала магическое сканирование. Девятая Тень просвечивала дочь насквозь, проверяя на следы ментального контроля, приворотных зелий, одержимости. Лира этого не заметила, продолжая сверлить мать яростным взглядом.

Сканирование закончилось. Агриппина отступила на шаг, и гравитационное поле вокруг нас полностью отключилось.

Я спокойно смотрел на генерала. Эмоции Лиры были настоящими. Никакого контроля, никаких зелий. Просто искренняя, пылкая, немного безумная любовь.

Я видел, как тёща пытается переварить эту информацию. Её расчёты и подозрения, всё это столкнулось с простым фактом: её дочь была счастлива. По-настоящему счастлива. Впервые за долгое время.

Это был аргумент, который бил сильнее любой боевой магии.

Я мягко высвободился из хватки Лиры и сделал шаг вперёд. Она попыталась меня удержать, но я успокаивающе сжал её руку.

— Ты спрашиваешь, откуда у меня сила? — обратился я к тёще. — Агриппина, ты сама только что притворялась служанкой с третьей Тенью. Ты скрывала девятую Тень под передником горничной. Почему ты отказываешь мне в праве иметь свои секреты?

Она молчала, и я продолжил.

— Да, я скрывал свою истинную силу. Потому что я хочу потеснить «Голем-Пром». Если они узнают, что я опасен, они раздавят меня до старта. У них деньги, влияние, армия юристов и наёмников. А у меня что? Мастерская в Ремесленном квартале и долги, которые только недавно удалось списать.