Участь динозавров (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич

— Я не знаю, что вы тут делаете, — сказал Леха. — Но с каждой минутой вашего пребывания вероятность получить ядерной бомбой по Мадриду все растет и растет.

— О, я уверен, что до этого не дойдет, Алексей. Ядерная война между нашими державами была бы огромной трагической ошибкой, — заявил генерал Дельгадо. — А что мы тут делаем… Полагаю, очень скоро ты это узнаешь.

— И как скоро?

— Гораздо быстрее, чем ты думаешь, — сказал генерал Дельгадо. — Ну, а пока у нас есть еще немного времени, чтобы поговорить.

Бунге остался пообедать.

Не то, чтобы он был голоден, но его попросили, и он не счел нужным отказывать. В конце концов, когда-то они были соратниками и, может быть, даже почти друзьями, и Бунге был уверен, что это их последняя встреча.

Обед был простым.

Суп с лапшой и фрикадельками, на второе — гречневая каша с мясом. Скорее всего, наверху, в воинской части, подавали все то же самое, пусть и приготовленное не столь искусными поварами. Коба всегда подчеркивал свою близость к простому народу, и даже теперь, когда простой народ был уверен, что он уже полвека, как мертв, от своих привычек отказываться не собирался.

Бунге попробовал суп, вяло поковырялся вилкой в тарелке с кашей, выпил чашку чая и выкурил сигарету. Нина Андреевна, составившая им компанию за едой, неодобрительно покачала головой, но вслух говорить ничего не стала. Видимо, помнила, что призраку нравился запах.

— Если испанцы ничего больше не предпримут, и ты не раскроешь их замысел, позволишь ли ты генералу Дельгадо вернуться в Мадрид? — поинтересовался призрак.

Его тарелки остались почти нетронутыми, видимо, он тоже был не слишком голоден.

— Я еще не решил, — сказал Бунге.

— Он почти так же стар, как и я, — сказал призрак. — С возрастом наши силы уходят.

— Я старше вас обоих, — заметил Бунге.

— И что? Ты так же могуч, как и во времена Гражданской?

— У меня давно не возникало необходимости свалить всадника вместе с лошадью, — сказал Бунге.

— На западе таких, как ты, называют «геркулесами», — вспомнил призрак.

— Там нет таких, как я, — сказал Бунге.

— Геркулес — это мифический герой, отличающийся огромной физической силой, — сказала Нина Андреевна. — Насколько вы сильны, Карл Готлибович?

Бунге пожал плечами.

— Говорят, что уже не так силен, как раньше.

— А насколько вы были сильны раньше?

— Он убивал князей, — сказал призрак. — Даже великих князей. Одного убил совсем недавно.

— Этот как раз был не из великих.

— Но как? — удивилась Нина Андреевна. — Ведь для этого не хватит одной только физической силы.

— Возможно, мне просто везло, — сказал Бунге, который не один десяток лет положил на то, чтобы вычеркнуть свое имя из всех исторических документов. В том числе и тех, что носили гриф «совершенно секретно». Впрочем, версия с «геркулесом» была ему выгодна, и он постарался, чтобы его враги, в том числе и генерал Дельгадо, о ней узнали.

Он редко задумывался о том, насколько силен. Дато Абашидзе он убил одним ударом кулака, а сотрудники уверяли, что не обошлось без использования стенобитного тарана.

— Как вам удавалось подобраться к князьям на расстояние удара? — спросила Нина Андреевна. — Как вы проходили через их огонь, молнии и Бог знает, что там еще?

— К чему сейчас вспоминать дела давно минувших дней? — спросил Бунге.

Дверь в столовую открылась, и на пороге появился майор Кравцов, выглядевший весьма взволнованным. Таким Бунге его еще никогда не видел, и это удивляло. Для того, чтобы заставить нервничать старого вояку, должно было произойти нечто экстраординарное.

— Нам нужно срочно уходить, — выпалил майор Кравцов. — Воинская часть над нами уничтожена.

— Вы, наверное, хотели сказать, атакована, — уточнила Нина Андреевна.

— Нет, она полностью уничтожена, — возразил Кравцов. — По нашим данным, к ней было применено пирокинетическое воздействие первой категории.

— Первой категории? В мире остались считанные единицы людей, способных на такое.

— Ставлю свое годовое жалованье и дырявый кроссовок в придачу, что я знаю, кто это, — сказал Бунге, закуривая сигарету. — Мигель Дос Сантос, Пламя Империи. Один из Трех.

Глава 26

— Испанцы? — недоверчиво спросил Кравцов. — Как они узнали об этом месте?

Бунге сунул руку в карман, из которого раньше доставал пепельницу. Теперь на его ладони покоилась черная бусина, вся поверхность которой была покрыта белыми руническими знаками.

— Возможно, все дело в артефакте слежения, который генерал Дельгадо подсунул мне в карман во время нашей встречи в аэропорту, — объяснил он.

— Так получается, что ты все знал? — спросил призрак. — Знал и привел их сюда? Ты использовал меня, как приманку?

— Ради нашего общего дела, — сказал Бунге. — Я уже не молод и мне надоело гоняться за ними по всему миру. Пусть, ради разнообразия, они сами ко мне придут.

— Значит, это спецоперация? — спросил Кравцов. — Ловушка?

— Ловушка, — согласился Бунге. — Осталось только понять, кто в нее попал.

— А когда будет подкрепление?

— Подкрепление — это я, — сказал Бунге.

Кравцов недоверчиво покачал головой. Призрак сжал в руках трость.

— Что вы наделали, Карл Готлибович? — Нина Андреевна потянулась к кобуре.

— Пока еще ничего, — сказал Бунге. — Я просто позволил событиям происходить. А теперь разве вам не нужно вывести отсюда особо охраняемого субъекта?

Кравцов встрепенулся, словно выходя из ступора, и они проследовали в холл. Справа к холлу примыкало караульное помещение, дверь в которое сейчас была открыта, а на пороге стоял молодой капитан, фамилии которого Бунге не знал.

— Поздно, товарищ майор, — доложил он. — Они уже спускаются.

— Разве лифты не должны быть заблокированы?

— Лифты заблокированы, товарищ майор. Но они спускаются просто по шахте.

— На тросах?

— Никак нет, товарищ майор. Они левитируют.

Кравцов посмотрел на Бунге. В его глазах плескалось отчаяние.

— Очевидно, что мы не успеем к поезду.

— Я плохо во всем этом понимаю, но разве здесь не должно быть запасного выхода? — поинтересовался Бунге.

— Поезд и был запасным выходом, — сказал майор Кравцов. — Учитывая огненный ад, который сейчас должен твориться наверху, они идут слишком быстро.

Бунге заглянул в караулку. На одном из экранов было видно, как черные тени выходят из лифтовой шахты и продвигаются вдоль рельсов. Завязалась перестрелка с внешней охраной, но было очевидно, что надолго она испанцев не задержит.

— Единственный сценарий, предполагающий уничтожение военной части над нами, включал в себя удар по площади ядерным боеприпасом, — сообщил Кравцов. — Но в таком случае выходить из бункера было бы проявлением неблагоразумия. Все остальные варианты рассчитывались исходя из того, что пока враг будет штурмовать сооружения наверху, мы успеем добраться до поезда.

— Сейчас уже очевидно, что это был не самый хороший план, — заметил Бунге.

— Остается только надеяться, что дверь выдержит.

— Ну да, — сказал Бунге. — Испанцы пошли на предельный риск, задействовали одного из Тройки, уничтожили воинскую часть в Подмосковье, спустились под землю и увидели, что тут дверь. Что ж, на такое мы точно не рассчитывали, сказали они, развернулись и убрались отсюда к чертовой матери. Ты так это себе представляешь?

Кравцов вытащил из кобуры пистолет и направил Бунге в голову. Капитан последовал его примеру, и теперь на полковника было направлено уже два ствола.

— Я должен арестовать тебя за предательство, — сказал Кравцов.

— Не глупи, Саша, — сказал Бунге. — Когда дверь откроется, единственным, кто встанет между тобой и испанцами, буду я.

— Дверь не откроется.

— В твоем голосе не хватает убежденности, — заметил Бунге.

По камерам было видно, что испанцы уже подавили сопротивление. Сейчас они полукругом выстраивались напротив двери. Бунге насчитал двенадцать вооруженных людей и троих, кто оружия не носил.