- Мы должны доложить шефу, – сказал оборотень.
- Угу. Ну по крайней мере, этот чертов свиток мы достали. Ты же его не потерял? – обеспокоилась Диана. Ее брат сунул руку в нагрудный карман и нащупал бесценный предмет.
“О Господи, как только Элио догадался отдать его мне!” – промелькнуло в голове оборотня. Им было бы очень трудно отвлечь внимание Мальтрезе от свитка, если бы пришлось передавать его из рук в руки на глазах у бартолемитов.
- Я никогда не забуду, что Элио для нас сделал, – вдруг сказала Диана. – Для нас... и для мамы с папой, – ее голос слабо дрогнул, и Диего обнял ее за плечи. Девушка опустила голову ему на грудь и зажмурилась.
Через несколько минут за спиной оборотня раздались уже знакомые шаги и покашливание. Диана шмыгнула носом, несколько раз моргнула и повернулась к капитану Бреннону. С ним был его боцман – Макрири и пара матросов.
- Простите, – произнесла мисс Уикхем. – Мистер Романте был прав – мы подвергли ваш экипаж опасности, и из-за нас погибли двое ваших людей. Нам очень жаль, и мы больше этого не допустим. В Арбелле мы покинем яхту, и вы сможете вернуться в Риаду.
- Я не думаю, что в этом есть ваша вина, мисс, – ответил капитан. – Она лежит на том, который убил моих матросов. Но это также значит, что теперь у нас появился счет к этому человеку, и мы хотели бы, чтобы он по нему заплатил.
- Но если бы вашим матросам не пришлось везти нас на берег, они бы не погибли!
- Если это и вина, то моя, – бесстрастно сказал Бреннон, хотя его глаза вспыхнули, как синие угольки в полусумраке вечера. – Я должен был учесть опасность и сесть на весла сам.
- Что уж тут теперь, – проворчал боцман. – Теперь уж нечего об этом говорить. Но мы собственно по какому вопросу, мисси... мисс. Леди. Ваш капитан примет нас на временную службу, чтоб мы, значит, посчитались с выбл... убл... кхххм... гнидой, которая убила наших?
Оборотень изумленно на них вытаращился. Матросы, не занятые работой с парусами и такелажем, молча смотрели на агентов – и он не видел на лицах моряков страха. Но Диего даже представить не мог, что капитан и его команда попросит их о таком!
- Я не знаю, – растерянно отозвалась Диана. – Мы еще не связывались с нашим шефом, но зададим ему этот вопрос, конечно, если вы хотите...
- А как же мистер Скотт? – спросил Диего. – Это ведь его яхта.
- Я телеграфирую мистеру Скотту из Арбеллы немедленно по прибытии. Но я знаю мистера Скотта уже почти восемь лет. Он, я бы сказал, человек пылкий и скорее сам возьмется за поиск убийцы, чем станет нам запрещать.
- А как же тела матросов? Что будет с ними?
- Мы похороним их в море, как только выйдем из залива и укроемся за цепью рифов.
- Мы бы хотели присутствовать, если вы позволите, – сказал оборотень.
- Хорошо, сэр. Я пошлю за вами стюарда.
Когда “Рианнон” вышла из Айура и проскользнула за гряду рифов, которые отделяли пролив от открытого моря, Уикхем наконец решил, что можно покинуть наблюдательный пост. “Буккуса” не появилась, а за рифами яхта взяла такой ход, что ее догнали бы разве что птицы. Поэтому агенты спустились в каюту Дианы, где девушка села перед зеркалом и занялась установлением связи с замком, а точнее – с кабинетом Натан Бреннона. Диего вздохнул и сел рядом. Пришла пора получить по заслугам.
Они, наверное, застали шефа, когда он уже отдыхал после дневных трудов: он ответил на вызов, держа в руке дымящуюся сигару, перед ним лежала газета, а слева от нее – чашка с вечерним кофе.
- Добрый день, – поприветствовал их мистер Бреннон, внимательно вгляделся в агентов и спросил: – Что стряслось?
- О сэр! – выдохнула Диана. – Простите нас! Мы потеряли Элио!
Лицо главы Бюро потемнело, глаза загорелись; он отшвырнул сигару и рявкнул:
- Как это – потеряли?! Как это случилось?!
Над столом тут же появилась встревоженная рыжая морда пса.
- Элио похитили бартолемиты, сэр, – сказал Диего, сунул руку в нагрудный карман и достал тубу со свитком: – Но мы добыли Ключ.
- К черту Ключ! Где мальчик?!
Агенты Уикхем поспешно доложили начальству обо всем, что произошло с момента последнего рапорта Романте – то есть после того, как они отправились во дворец к эмиру Аль-Мунзиру. Рассказ вышел долгим, а когда Диего закончил на том, что они плывут обратно в Арбеллу и сообщил о просьбе капитана, то Бреннон после короткого раздумья отрывисто бросил:
- Обсудим это в городе. Я прибуду в Арбеллу через два часа.
Замок Шинберн, горная цепь Рундар
Наконец-то можно было перевести дух, успокоиться и разглядеть добычу поближе. Когда Карло Мальтрезе наклонился к юноше, которого уложили на кровать в гостевой комнате, то испытал некоторое разочарование. Теперь-то он видел, что молодому джилаху не шестнадцать, а лет восемнадцать или девятнадцать, что, конечно, несколько расстраивало. С другой стороны, юное создание было невысоким, худощавым, даже хрупким на вид, но так хорошо сложенным, что, пожалуй, можно и забыть о возрасте.
Впрочем, сейчас Карло больше занимал другой вопрос. Левая рука Элио Романте лежала на груди, а на безымянном пальце поблескивало небольшое, изящное кольцо с камеей. То самое кольцо. Так что прежде чем экселенс свяжется с ними и поинтересуется, какого черта происходит, нужно выяснить, что это за артефакт и правду ли говорил джилах.
Посему, едва отряхнув с ног песок Таназара, Карло вызвал к себе трех наиболее бесполезных адептов Ордена, и, когда они прибыли, приказал первому из них:
- Снимите кольцо с руки пленного.
Адепт не воспринял просьбу всерьез. Даже не подумав о защите, он просто взял руку юноши и потянул кольцо. Оно не сдвинулось с пальца ни на волос. Адепт – высокий и крепкий молодой мужчина – недоуменно нахмурился и принялся тянуть изо всех сил. Карло наблюдал за его усилиями, прикрывшись полукруглым щитом.
В бесплодных попытках отделить кольцо от пальца прошло несколько минут. Адепт, уже покрасневший от напряжения, глухо выругался себе под нос на дорнгернском и рванул кольцо так, словно хотел выдернуть палец юношу из сустава. Внезапно в глубине камеи вспыхнула темная, зелено-синяя искра, и адепта швырнуло в стену с такой силой, что от удара в штукатурке осталась вмятина. Мужчина рухнул на пол и не поднялся. Из его носа густо потекла кровь.
- Следующий, – распорядился Карло.
Второй адепт (Мальтрезе даже не спросил их имен, да и какая разница, узнает у выживших), сухонький невысокий мужчина лет сорока, оказался осторожней. Он защитился маленьким круглым щитом, достал из ножен за голенищем кинжал и подобрался к руке мирно спящего юноши с большой осторожностью. Жаль, конечно, лишать такую красивую руку пальца, но что ж... впрочем, у Карло уже были некоторые сомнения насчет того, кто же пострадает в итоге.
Адепт придвинул к кровати столик, прижал к нему руку Элио и нацелился кинжалом на его палец. Сначала клинок даже оставил на коже царапину, но стоило адепту надавить на кинжал, чтобы углубить разрез, как все та же неведомая сила отбросила клинок. Однако бартолемит проявил упорство – перехватил кинжал покрепче и нанес резкий рубящий удар. При этом он все еще прижимал левой рукой запястье джилаха к столику – и потому, когда кольцо отразило атаку, то клинок глубоко, по самую гарду, вошел в руку адепта, приколов ее к столешнице. Несчастный издал короткий вопль и отчаянно задергал кинжал, пытаясь спасти конечность.
Мальтрезе вздохнул и опустился в кресло. Оставался еще и третий.
- Ну вы тоже можете попробовать, – предложил ему Карло. В конце концов, надо же как-то отсеивать наиболее никчемных. Интересно, как с этим справляется Бреннон? Говорят, кардинал скармливает неподходящих кандидатов морской гидре во время вступительных испытаний.
“Надо бы и у нас ввести нечто подобное”, – подумал Мальтрезе. Третий бартолемит с его разрешения ненадолго удалился, а вернулся с топором. Как и его предыдущий коллега, он прикрылся щитом, размахнулся и рубанул по ладони юноши. На этот раз все произошло еще быстрее – короткая синяя вспышка, искры, хлопок, с которым лопнул щит, и рухнувшее на пол тело с разможженным черепом.
