Аквилон. Маг воды. Том 6 (СИ) - Токсик Саша

За несколько секунд сердца девушка состарилась на сотню лет и рассыпалась серым прахом, едва не на Федькины сапоги. Тощая оплывала так же, чуть в стороне, но на неё он уже не глядел.

Та, что стояла в воде по горло, обернулась к нему напоследок. Она оскалилась, будто хотела крикнуть, но беззвучно ушла под чёрную воду.

Федьку повело в сторону, к горлу подкатило. Он согнулся, с трудом удерживаясь на ногах.

И тут по озеру побежала волна. Чёрная вода будто меняла цвет, и волна катилась от середины к берегам.

А рядом наливалась светом Капля. Она вспыхивала всё ярче прежнего, тельце раздувалось, становилось больше и подрагивало. Казалось, ещё немного, и она лопнет.

Дальше Федька понять ничего не успел.

Сила ударила в него через Каплю. Не влилась мягко, а именно ударила. Его неудержимо заполняло изнутри. Это был тот же ужас, что под водой, когда рвёшься вдохнуть, только наоборот: не пусто, а нестерпимо полно.

В глазах побелело, ноги подломились.

Федька осел на песок, и темнота накрыла его раньше, чем он коснулся земли.

Я выбрался из воды на песок и какое-то время просто стоял.

Озеро за спиной молчало. Угрозы в нём больше не осталось. Сила, которую я в себя влил, ещё перекатывалась во мне тяжёлыми волнами, и тело привыкало к ней медленно. Меня пошатывало.

Берег был пустым и темным. У самой воды ничком лежал Федька и не шевелился. Песок вокруг него присыпало серой трухой.

Тревога толкнула меня вперёд раньше, чем я успел её осознать. Я подошёл, опустился рядом на колено и положил руку ему на спину, опасаясь почувствовать холод.

Вместо этого, под моей ладонью бурлила сила. Вчера у этого мальчишки такого и в помине не было, его дар был перспективным, но слабым. За одну ночь Федька перешагнул через несколько ступеней и поднялся из ученика, как минимум, в подмастерья.

Федька шевельнулся и с трудом открыл глаза. Огляделся мутно, словно не узнавая никого вокруг, и приподнялся на локте.

— Что это было? — выговорил он хрипло.

Ответить я не успел.

— Федька глупый! Не понял что случилось!

Мы оба обернулись на голос, и Федька даже тряхнул головой, отказываясь верить своим глазам.

Глава 20

Мы оба обернулись на звук, и Федька даже тряхнул головой, отказываясь верить своим глазам.

У самой воды, откуда и шел голос, стояла девушка, состоящая из воды.

Точнее, если судить по росту и хрупкости, девочка. Невысокая, тонкая, с размытыми чертами лица и контурами фигуры. То она выглядела совсем по-человечески, а то причудливой статуей, созданной водяными струями. Свечение было таким же, неровным и пульсирующим, так что песок под её ногами отливал серебром.

Я узнал Каплю сразу, через канал, который нас связывал. Облик изменился, при том, что сама суть осталась прежней. Но даже меня она сумела удивить, что уж говорить про Федьку. Лицо у него было ошалелое, как у разбуженного посреди глубокого сна.

Тот вскочил на ноги, и с рукавов у него посыпалась серая труха. Федька стряхнул её машинально, в минуту забыв и страшных ведьм и подробности ночного боя. Я, хоть и не присутствовал сам, но благодаря Капле видел все подробности. То, как вчерашняя кокетка рассыпалась перед ним в пыль.

Новая диковина мигом вытеснила из памяти ночные страхи, и я подивился гибкости его молодой психики. Впрочем, это даже к лучшему.

Я поднялся вслед за ним. Колено отозвалось тупой болью, обычной, человеческой, не имеющей отношения к магии. Меня повело в сторону, сила внутри перекатилась тяжёлой волной от груди к затылку, и я едва не потерял равновесие.

Тело настойчиво напоминало, что в эту ночь его едва не разорвали, потом пытались расплющить, а затем влили силы столько, что в пору лопнуть.

Но это могло подождать. Куда больше меня занимал человекоподобный облик Капли.

Я видел такое дважды за свою долгую жизнь, и оба раза речь шла о духах, проживших века. Капля по меркам своего рода была совсем ребёнком. Игривый и беззаботный дух-воришка, вот какой я её встретил.

То, что она сумела создать этот образ, говорило о невероятном скачке в развитии. Пускай нечётко, пускай черты её, едва получив форму тут же оплывали как ледяная статуя на жаре. Сил это требовало неимоверных. Я чувствовал через канал, как она тратит свой запас энергии, с игривой гордостью, мигая как готовая перегореть праздничная гирлянда.

— Ну и кого ты нам здесь изображаешь? — спросил я с улыбкой.

Фигура тут же рассыпалась брызгами, растеклась блестящей лужицей по песку, и в следующую секунду из лужицы выскочила знакомая выдра, полупрозрачная и сияющая.

Капля принялась носиться кругами по берегу с довольным бульканьем, оставляя за собой влажную полоску.

«Федька Каплю не слышит! Федька на девиц засматривается! Капля тоже будет девица! Федька Каплю заметит!»

Я усмехнулся. Логика у Капли была безупречной. Поглотить массу энергии, прыгнуть выше головы в развитии, и всё ради того, чтобы Федька на неё посмотрел.

Федька покраснел. Краска залила ему шею, поднялась к ушам и застыла там густыми пятнами. Он открыл рот и выдавил из себя хрипло:

— Я не… Это не… господин Ключевский, я вообще не…

Он замолчал, сообразив, что с каждым словом закапывает себя глубже.

Капля подскочила на месте и забулькала так восторженно, что Федька зажмурился.

«Федька красный! Светится как Капля! Но Капля красивее светится!»

Красные уши выдали Федьку с головой. Стало ясно, что он слышит Каплю, причем не эмоции, а полноценные слова и фразы. Это означало только одно, скачок по уровням совершил не только мой фамильяр, но и ученик. Энергия, которую озеро-батарейка копило столетиями, досталась и ему тоже.

В тот момент, пока он лежал ничком на берегу, я прикоснулся к его плечу и почувствовал бурлящую в нем силу. Как минимум, уровень Подмастерья, точнее я сказать не мог.

Но в отличие от меня, проходящего путь магического роста уже второй раз, он сам оценить свои способности не мог.

Этому его ещё придётся учить. Объяснять, что именно в нём изменилось, и как с этим управляться, чтобы не навредить себе. Но это потом, не сейчас. Сейчас хватит того, что он на ногах и цел.

Капля, набегавшись, устроилась возле меня. Она ткнулась полупрозрачной мордочкой мне в щиколотку, обежала вокруг ноги и уселась рядом, поджав крохотный хвостик.

Я присел на корточки и протянул к ней руку. Капля прижалась к ладони, привычным жестом, но ощущение через канал пришло другое. Раньше связь между нами была нитью, тонкой и надёжной. Теперь нить стала шнуром.

Канал не просто стал просторнее. Сама Капля на том конце была готова принять столько моей энергии, сколько я решу дать.

Раньше она бы захлебнулась, теперь выдержит. Укрепить связь на ступень прочнее стало возможно, и я про себя пометил это как первую задачу.

— Молодец, — сказал я ей тихо. — Ты выросла.

«Капля сильная! Капля самая сильная! Капля со всеми справится!»

— Ну, до самой сильной ещё далеко. Но ты на правильном пути.

Капля булькнула довольно и завертелась волчком на мокром песке. На месте ей решительно не сиделось.

Я выпрямился и посмотрел на Федьку.

Ученик стоял, опустив руки вдоль тела, и выглядел так, словно не знал, куда себя деть. Краска с ушей сошла, но в глазах ещё держалась растерянность. Парень пережил за одну ночь столько, сколько у иных не случается за год обучения, и все эти события ещё не улеглись у него в голове. Для него ночь была кошмаром, из которого он только что очнулся, и всё, чего ему хотелось сейчас, это чтобы кто-нибудь объяснил, что случилось.

— Ты тоже вырос, — сказал я. — Сам пока не чувствуешь, но это придёт. Отдохнёшь, и разберёмся с твоими силёнками.

Федька моргнул, переваривая сказанное, и кивнул, коротко и серьёзно.

Лес постепенно просыпался. Озеро за спиной лежало спокойно, без прежней зловещей неподвижности, просто вода, тёмная и гладкая. Из камышей доносился тихий плеск, живой, не имеющий отношения к тому, что здесь творилось час назад. Даже воздух изменился. Сырость осталась, но тяжесть из неё ушла, и дышалось легко, как после грозы.