— Вы говорите о носителе собственной Грани так, будто он вам чужой.
— Он мне и есть чужой. — Залесский развел руками. — Я видел Романа Устюгова дважды в жизни, оба раза по должности, и после обоих разов долго приходил в себя. Своя ветвь, чужая… для таких, как мы с вами, разницы нет.
— И все-таки, я не поеду. — Я поднялся из-за стола. — Если я сегодня поеду к ним по вызову, я так и буду ездить по вызову всю оставшуюся жизнь. А я все-таки наследник, вроде как. Наследник, который является в гостиницу по первому свистку, главой рода не станет никогда: род такого не выберет. Пусть приезжают ко мне сами.
Залесский молчал долго. Потом спросил, тише прежнего:
— А если они попросту не приедут?
— Тогда им не на что будет смотреть. Передайте: я жду их завтра вечером на званый ужин. Лавка чудес, после закрытия.
Он поднялся тяжело, всем весом, одернул сюртук.
— Передам. Слово в слово. — У двери он обернулся. — Знаете, что хуже всего, Петр? Что вы, пожалуй, правы. Оттого мне и не по себе.
Дверь за ним закрылась.
Своих я собрал, не откладывая.
— Завтра вечером у нас ужин. Придут двое очень важных гостей, оба, по словам Залесского, люди сложные. Нужен стол, за который не стыдно.
Сема разом подобрался.
— Стол будет, Петр Алексеевич. — Он прикинул что-то, шевеля губами. — Будет такой стол, что они языки проглотят.
— Мы, что, будем кормить людей, которые приехали нас пугать? — уточнила Ася.
— Зачем они приехали, нас волновать не должно, — покачал я головой. — Важнее должно быть, с какой мыслью мы их встречаем.
На следующий день с утра кухня заработала, как цех: к четырем по второму этажу поплыл дух утки в яблоках, к шести Сема вынес первый противень расстегаев.
Я остался заниматься залом, а Ася тем временем обряжала столовую. Белая скатерть, начищенное серебро; свечи она выставила в два ряда вдоль стола, чуть ли не по линейке.
[Красиво у нас?]
«Красиво».
[Пусть попробуют сказать что-то иное!]
Азалии я тоже предложил присоединиться к ужину, но она покачала головой и ушла к себе с книгой. Оно и к лучшему.
Сам я надел свой смокинг-халат глубокого зеленого цвета, повязал аккуратную бабочку. В восемь Ася перевернула табличку на двери, и ждать нам почти не пришлось: через четверть часа у крыльца встала лакированная карета, кучер в ливрее откинул подножку.
Гостей я почувствовал раньше, чем открыл им дверь. Сила двух магов аж шестого ранга надавила на кожу уже с крыльца.
Первый был рослый и крепкий, но сквозь крепость проступала полнота. Под глазами набрякли мешки, пальцы правой руки безостановочно мяли перчатку. Одет он был по последней столичной моде: сюртук цвета давленой клюквы с рукавами до середины предплечья, и смотрелось это дорого и нелепо разом.
— Ну и городок у вас, — сообщил он вместо приветствия, оглядывая зал. — Час от гостиницы, и ни одного дома, на который не было бы больно смотреть. — Взгляд его добрался до меня. — Ты, значит, и есть новый изумруд. Забавно. Я думал, будешь посолиднее. А так… очечки еще эти…
На груди, под сорочкой, светился топазовый кулон, а от запястий до подошв тянулись гроздья артефактных контуров. Я насчитал два десятка и бросил считать. Топаз. Стало быть, это Егор Навский.
[Милый, на нем навешано столько, что он будто новогодняя елка. Очищающие, лечебные, бодрящие, снотворные… это ужас какой-то! Если они все ему реально нужны… его тело в тридцать должно быть как у столетнего старика!]
Второй вошел следом. Худой, бледный. Костюм на нем был классический, серый, перчаток он не снял. Цвета были подобраны чуть мимо: галстук спорил с жилетом. На лацкане блестела булавка с крупной жемчужиной. Устюгов.
Он обвел зал взглядом, провел пальцем перчатки по стеклянной крыше и слегка поднял брови.
— Чисто, хотя и убого, — уронил он, ни к кому не обращаясь. Потом посмотрел на меня. — Зеленый? — он, похоже, имел в виду мой смокинг. Пауза вышла длинной. — Смелое решение. Скажи, тебе его навязал портной или ты носишь ЭТО по собственной воле?
[Ох, милый. Я передумала их кормить. Давай просто выставим?.. Ладно, ладно. Терплю. Но недолго.]
— Добрый вечер, господа, — ровно сказал я. — Петр Алексеевич Воронов. Рад, что нашли время. Стол накрыт наверху, прошу за мной.
— Надеюсь, вина у тебя достаточно, — бросил Навский и двинулся к лестнице первым.
— Если что, я пью только розовые вина, полусладкие. Готовясь встречать столь важных гостей, ты ведь этот вопрос изучил и учел? — Устюгов двинулся следом. — Да, кстати, — он остановился на полпути к лестнице. — Если ты нам не понравишься, мы будем не против сами подыскать нового наследника Изумруда. Это так, к слову.
Я пропустил их вперед и на секунду задержался у прилавка.
Вечер обещал быть долгим.
От авторов:
Дорогие читатели, шестая книга подошла к концу. И приключения Петра с его друзьями только набирают обороты! Делитесь в комментариях — нравится ли Вам, как движется история.
А захватывающее продолжение можно уже прочитать по ссылке ниже:
https://author.today/reader/638746/6114736
