Салли Шеппард, демонолог и другие (СИ) - Костин Константин Александрович

— Магия…? — тихо спросила она.

— Нет. Механика и немного химии. Устройство, увиденное в Окулус Мундос и сделанное по заказу Прокуратуры доктором Ингеном. Вернее — оружие. Я предполагал, что ты можешь лишить меня магии, в конце концов — мы все знали это заклинание. Полезная шутка, — произнес Крис тем тоном, каким обычно говорят «Отвратительная мерзость».

— Забавно… — прошептала Салли, — в меня выстрелил тот, кого я любила, с помощью предмета, сделанного моим учителем…

Она полезла в карман куртки. Умбра навел на ее стволы своего оружия, но с испачканной кровью ладони на пол высыпались фарфоровые осколки разбившейся пастушки.

— Ты лжешь, — безэмоционально произнес Крис, неподвижно глядящий на лежащую в центре пентаграммы девушку. Чего он ждет… ах, да… магия еще не восстановилась… — Ты лжешь. Ты же сама сказала, что не знаешь, что это были за чувства!

— Теперь… — прошептала Салли, — знаю… Теперь я поняла, что такое страх… Я просто не знала этого и называла его Чернотой… Она всегда появлялась, когда я видела тебя… А потом…

— Лшлгб!!! — выкрикнул Умбра. Чуть громче, чем это было необходимо. В чашах вокруг пентаграммы загорелись огни, вспыхнуло кольцо светильников. И пол, на котором лежала Салли, начала заливать чернота портала.

— А потом… — продолжила Салли, которую уже освещал свет Нижних планов, — было другое чувство…

Крис надел очки и, стиснув зубы, смотрел на то, как заканчивается история Салли Шеппард, демона во плоти. Салли смотрела на него, но вместо таких знакомых глаз видела только свое отражение в черных стеклах.

— Я любила тебя, Крис Умбра, — прошептала она.

Вспыхнул ослепительно-черный свет. А когда погас — в центре пентаграммы уже никого не было.

Глава 34

В кабинете ректора находились шестеро.

Сам ректор Фраус, во главе своего стола, когда-то давным-давно выточенного из цельной гранитной глыбы. Не самим ректором, конечно… хотя… кто знает. Ректор весело осматривал остальных собравшихся, попыхивая своей любимой трубкой.

Справа, если смотреть от входной двери, за столом сидели Электра и Рик. Рыжая, непривычно для себя серьезная и еще более непривычно малоподвижная. Маттис смотрел на ректора грустным взглядом, немалую доли грусти в который добавлял тот факт, что читать книгу ему сейчас нельзя.

Слева, ближе к ректору, сидели заместительница ректора профессор Северита, несколько раздраженная, и доктор Инген, слега бледный и исхудавший, но в целом — вполне здоровый и непохожий на человека, недавно вышедшего из комы.

Шестой член совещания за столом не сидел. Крис Умбра стоял у широкого панорамного окна, задумчиво глядя на расстилавшуюся вокруг башни черно-багровую пелену отработанного эфира, уже тысячу лет висящую над Тенебрумом. Крис о чем-то думал, навряд ли его привлекал пейзаж.

Впрочем, можно было сказать, что в помещении находится семеро. Седьмым был профессор Софис, огромное одушевленное зеркало, молчаливо стоявшее у стены.

— Итак, — Фраус спрятал трубку в карман, — можно сказать, что история с призывом демона во плоти наконец-то закончена. Благодаря профессиональным действиям Прокуратуры и конкретно ее инспектора Умбры демон определен, обезврежен и изгнан в Нижние планы, не так ли?

— Да, — кивнул Крис, не оборачиваясь.

— Теперь, когда личность, под которой скрывался демон, определена и установлена, многие, ранее непонятные вещи, нашли свое объяснение. Позвольте мне, — в глазах ректора пряталась улыбка, — изобразить из себя этакого детектива из дешевых книжек в мягких обложках. Между нами — мое любимое чтиво, всегда мечтал оказаться на месте сыщика, рассказывающего, как произошло преступление. И вот — моя мечта сбылась. Но, прежде чем я приступлю к сбыче мечты — пусть наши молодые коллеги, в будущем, конечно, но без всякого сомнения, так вот, пусть наши молодые коллеги расскажут, откуда они прибыли в нашу Академию. Я понимаю, — ректор поднял ладони, — для любого демонолога рассказ о своем прошлом сродни пытке, но, тем не менее, будьте снисходительны к слабости старика, утолите мое любопытство.

Он перевел взгляд на Электру и Рика, и без того смущавшихся, а теперь окончательно занервничавших.

— А… — произнесла Электра.

— Э… внес свой вклад в рассказ Рик.

— Ну, — не смутился Фраус, — начало положено. Продолжайте.

— Профессор, — вмешалась недовольная Северита, — может, не будем мучить детей?

Судя по лицу, игра ректора в сыщика ей категорически не нравилась.

— Ты хочешь, чтобы мучился я? Неудовлетворенное любопытство ни к чему хорошему не приводит. Особенно если это любопытство ректора, вызванное его же студентами, — он подмигнул, давая понять, что шутит. Наверное.

— Э… — сказала Электра.

— А… — сказал Рик.

— Рик Маттис, — вздохнула Северита, — позволь мне рассказать твою историю. В конце концов — это я тебя нашла.

Она посмотрела на юношу, тот взмахнул головой так, что этот жест можно было трактовать как угодно. Профессор предпочла посчитать его знаком согласия.

— Вызвавшие у вас, — Северита попыталась одновременно посмотреть на ректора и замершего у окна Криса и чуть не заработала косоглазие, — подозрение… э… особенности внешности и поведения Рика объясняются тем, что он крайне мало общался с людьми. Рик вырос в долине Верде Виво.

— У датуров⁈ Среди оживших мертвецов⁈ — подпрыгнула на месте Электра, не сдержав эмоций, — И ты молчал?!!

— Датуры не ожившие, — буркнул Рик, — Они… Они хорошие. Когда-то давно они нашли брошенного человеческого младенца, выходили его и воспитали. Меня.

— Ты поэтому… такой… такой? — неопределенно взмахнула рукой Электра, пытаясь жестом изобразить, что она подразумевает под «такой».

— У меня не было других образцов для подражания. Хорошо хоть глаза не засветились.

— Ты сейчас шутишь или они вправду у тебя могут светиться?

— Шучу, — абсолютно серьезным голосом ответил Рик.

— Электра, — ободряюще кивнул ректор, — а ты…?

Рыжая девчонка вздохнула:

— У меня все намного проще. Я — циркачка. Я выросла в труппе бродячего цирка, была акробаткой, гимнасткой, исполняла номера со стрельбой из боевых жезлов — парочка из них до сих пор лежит у меня в чемодане… — Электра мечтательно улыбнулась, глаза затуманились воспоминаниями. И тут же улыбка исчезла, — А потом на наш цирк напали. И всех убили. Осталась только я. Вспомнила о том, что мне говорили, что я, когда не крашу волосы, выгляжу как демонолог — и я решила попробовать поступить в Академию. Ну и… Вот.

— Что-то подобное я и предполагал, — хлопнул в ладоши ректор Фраус, — рад, что мои предположения подтвердились. А теперь, если позволите, я перейду к своей роли сыщика…

Он достал из кармана дымящуюся трубку и улыбнулся в бороду.

— После взрыва Третьей башни, — начал он, — демон был отброшен в город, где упал на территории Торгового города. Пробил крышу лавки старьевщицы. Надо полагать окончательное превращение закончилось то ли еще в полете, то ли уже после приземления, в итоге в лавке, посреди кучи тряпья, оказалась обнаженная девушка. Девушка-демон. Она напала на старуху-старьевщицу, возможно, от испуга и непонимания произошедшего, возможно — чтобы та не выдала нынешний облик демона, схватила одежду, первое попавшееся платье, и сбежала. На платье было вышито имя его предыдущей владелицы, «Салли», именно поэтому демон и выбрала себе это имя. Фамилию же… затрудняюсь понять логику демона — возможно, фамилия была выбрана ввиду того, что одним из первых предметов, который получил демон в нашем мире, была статуэтка пастушки. Как вы знаете, на древнем наречии «пастух» — «шеппард».

— Так вот, выбрав себе имя и фамилию, демон приняла решение на некоторое время притаиться, привыкнуть к новому телу, к новому месту обитания. Найти пищу и ночлег, в конце концов! Для этого она нашла себе работу в «Тисовом луке», где ее и обнаружил доктор Инген.