Не Альфа волчьей стаи (СИ) - Сурмина Ольга

Йорфер замолчала. Ощущала то ли злость, то ли… скорбь. Когда она провожала его в лес, то была готова ринуться к нему со спины, обнять. Сказать: «Я буду тебя очень ждать, Нолан. Я тебя люблю. Ты — самый лучший». Была готова сказать «ладно» на любую, самую странную просьбу. И сильнее всего хотела, чтобы он тоже любил её в ответ. Хотя бы… на какой-то процент. Хотя бы немного.

А сейчас? Девушка проглотила ком и стиснула зубы. Сейчас осмысление всего того, что он сделал с ней, попросту не умещалось в голове. Она пыталась не обращать внимания на это, потому что были вещи посерьёзнее — жизнь и целостность разума мужа.

Жестокого, манипулятивного мужа, который её попросту использовал. И… несмотря на наличие вещей посерьёзнее, это знание отравило ей душу. Он заставил её бояться. Заставил тревожиться, подарил бессонные ночи и уйму пролитых слёз.

— Я в любом случае не хочу, чтобы ты умирал, — Марлен сжала простыню в кулаке. — И я не хочу… Генри. Не смей больше произносить его имя рядом со мной. Оно приносит несчастье.

Нолан грустно рассмеялся, всё ещё не отводя от неё взгляд.

— Спасибо за честность. Я приду.

— Я не отдам тебе красную ленточку, — она попыталась максимально сварливо отвести лицо в сторону. — Эта ленточка будет ждать тебя дома. Чтобы ты точно пришёл. А если ты не вернёшься… надену её и пойду тебя искать. Если потом в лесу меня загрызут дикие кабаны — знай, это на твоей совести!

— Придётся заранее задушить всех окрестных кабанов. А то мало ли что, — он вновь печально улыбнулся, протянул руку и мягко погладил девушку по голове. — Спасибо. Я… — взгляд тускнел. — Я понимаю, что… рано об этом думать. Рано и неуместно. Но… — мужчина сжал зубы. — Если я буду жить, я хочу, чтобы ты осталась со мной. Я понимаю, дико просить об этом после всего, что я сделал, но всё-таки я хочу. Не могу не хотеть. — В зрачках мелькнуло нечто жуткое. — Хочу обнять тебя. Погладить, прижать к себе. Может, я слишком слабый, раз не смог тебя оставить, но теперь уже плевать. Я не смог тебя оставить. И… не смогу.

Марлен замолчала, с отсутствующим лицом глядя в окно. Что-то внутри по-прежнему царапало, выло, хотелось разреветься прямо сейчас. Но она понимала, что прогнать его тоже не сможет. И уж точно не сможет позволить ему умереть. Потому что… сколько бы он ни был плохим — он всё ещё здесь. Он не ушёл, бросив её на пороге дома. Не превратил в бездыханный труп на лесном алтаре.

И он был самым желанным мужчиной в её короткой жизни. От этого факта тоже хотелось то ли рыдать, то ли нервно смеяться.

— Я люблю тебя, — Нолан опять погладил её по голове. — И я приду. Сохрани для меня свой бантик. Он мне нравится.

«Я тебя тоже», — с грустью подумала Йорфер. — «Это моя беда, мой крест, но я тебя тоже. Ну и дура. Да уж».

— Только посмей не сдержать слово, — она тяжело выдохнула, встала, затем присела на кровать. — Я тебя найду. И приведу домой.

— Ладно, — мужчина улыбнулся и опустил глаза. — Но я приду. Обещаю.

Между чёрных стволов по-прежнему клубился светлый мутный туман. Девушка не могла отвести от лесной чащи взгляд, изучала широкие кроны, голые корявые ветви. Странная, импульсивная тревога по-прежнему не оставляла, но она не могла не пустить мужа в лес. Если ему так нужно, пусть впервые попытается не противиться своей судьбе, а прислушаться к тому, что чувствует.

Шесть лет у него хватало сил плыть против ужасающе сильного течения. Его семья подарила ему вёсла в виде таблеток, но сильно легче от этого всё равно не становилось. Понятно, что однажды он должен был начать тонуть. И он начал.

Но теперь ему внезапно впервые предложили… расслабиться. Перестать бороться. Возможно, для того, кто многие годы держался на ногах только лишь благодаря силе воли, это прозвучало бы как добровольный отказ. Как согласие пойти камнем на дно. Но, возможно, вода была готова держать его и без сверхусилий. Возможно, на этой воде даже выйдет полежать, отдохнуть, пока она его куда-то несёт. Возможно, в какой-то момент снова можно будет начать плыть — только теперь легко, в направлении течения. Просто регулируя скорость своего перемещения и выбрав, у какого берега сейчас комфортнее находиться.

Марлен потупила глаза. Хотелось верить, что всё получится. Совсем не плохо быть влюблённой в хозяина леса. Его служителя и единственного хранителя. Намного хуже — любить безумца.

* * *

Когда он ушёл, Йорфер, несмотря на странную тревогу, проводила его со спокойным сердцем. Впервые Нолан будет чувствовать что-то кроме сопротивления, впервые попытается найти ключ к самому себе. К своим потребностям — как чудовища, к своим теперешним обязанностям.

Она лежала на своей постели, на пыльно-бирюзовом пледе, и била по клавишам серебристо-серого ноутбука. Послание из пещеры действительно гласило то, о чём говорил муж. Никаких других трактовок — всё чётко, понятно и… удивительно печально. Иногда тело захватывала внезапная, необъяснимая паника, но девушка тут же отмахивалась от неё как от надуманной.

Сейчас время не для того, чтобы переживать, а для того, чтобы впервые успокоиться. У них есть, наконец, какой-то план. Есть хотя бы пародия на безопасность — ведь семье больше ничего не угрожает.

Правда, когда рядом зазвонил телефон, Марлен нервно вздрогнула. Затем увидела на экране имя сестры — и тут же выдохнула. Всё… хорошо. Вроде бы.

— Да, Аделина, добрый вечер, — губы растянулись в мягкой улыбке. — Как ты? Всё хорошо?

— Марлен… — голос сестры звучал встревоженно. Напряжённо, тихо, иногда в нём мелькало нечто похожее на страх. — Привет. Слушай… а ты, ну, в общем… а Генри не появлялся?

— Да нет, — Йорфер вскинула брови. В последний раз она его видела буквально день назад, в лесу. С другими оборотнями. Когда Кайзер бродил по лесу. — А что случилось? Почему ты спрашиваешь?

— Он обещал позвонить мне сегодня утром. И не позвонил, — девушка сжала зубы. — Это, наверное, мелочь, я понимаю. Но, Марлен… он всегда звонил, когда обещал. Минуту в минуту. Он всегда… держал слово. А сейчас уже вечер, а его телефон до сих пор отключён. Я волнуюсь. Сейчас даже не полнолуние. Куда он мог пропасть⁈

— Всё хорошо. Я думаю, у него просто возникли какие-то внезапные трудности, — Марлен вновь улыбнулась, хотя улыбка тут же сползла с лица. С одной стороны — да, она видела Генри совсем недавно, и с ним всё было хорошо. Во всяком случае, физически. А с другой… Аделина абсолютно права. Альфа прилежно исполнял свою роль жениха, он всегда звонил в назначенное время, всегда приходил на свидания и прогулки. Может, он и не образец ответственности в целом, но не в его стиле — внезапно испаряться без видимых причин. Альфа на то и Альфа, чтобы держать слово. Чтобы… делать то, что было оговорено.

— Мне хочется так думать тоже, — пробубнила сестра. — Скажи, когда вы с ним ещё… ну… были помолвлены, бывало такое, что он пропадал?

В горле застрял ком. На самом деле, Йорфер не могла вспомнить ситуаций, в которых мистер Сандерс младший исчезал без предупреждений. Вероятно, потому что их… просто не было.

— Если честно, я не помню, — она фальшиво улыбнулась, с тревогой глядя в окно. — Нолана тоже сейчас нет дома. Давай, когда он появится, я попрошу его связаться с Генри. Просто он не берёт с собой телефон — я ему даже позвонить не могу.

— Ну ладно, давай, — Аделина тяжело вздохнула. — Я надеюсь, с ним всё хорошо. А то мало ли. Вдруг монстр…

— Да ну, какой монстр! — Марлен нервно рассмеялась. — Монстр уже шесть лет как даже на людей не нападает. С чего бы ему напасть на волка? К тому же на Альфу! Волка со стаей!

— Ну… вообще да, ты права, — в конце концов девушка выдохнула.

— Они тут на вершине пищевой цепи, не беспокойся, — нервный взгляд скользил по телу. Сейчас Йорфер надеялась на то, что её голос звучал достаточно правдоподобно. Что в нём нет ноток тревоги или стыда от импульсивной лжи. — Отдыхай. Генри сам с тобой свяжется, как только сможет. Увидит пропущенный — и перезвонит.