Пекарня маленьких чудес (СИ) - Дениз Виктория

— Хорошо. И спасибо, что пошли со мной.

— Всегда пожалуйста.

Он ушел, а Лина вошла в пекарню, подошла к столу, достала тетрадь с рецептами. Открыла наугад. "Булочки храбрости с кардамоном". Прочитала описание: "Для тех, кто боится сделать шаг. Для тех, кто потерял веру в себя" .

Лина улыбнулась. Может, испечь такие для себя? Она ведь тоже боялась — нового места, новой жизни, новых чувств, которые начинали прорастать к молчаливому плотнику с добрыми глазами.

Но сегодня она помогла Торвальду. Сегодня магия сработала. Сегодня она почувствовала себя нужной. На своем месте.

Может, она и правда создана для этого места.

Лина засучила рукава, достала муку.

Новый день. Новая выпечка. Новая история.

За окном солнце поднималось над Солти Коастом, обещая тепло и свет.

Под вечер, когда Эйдан работал над печью, а Лина месила тесто для завтрашних булочек, дверь открылась.

Торвальд. Чистый, бритый, в свежей рубашке. В руках — связка свежей рыбы, завернутая в газету.

— Улов сегодняшний, — сказал он, протягивая Лине. — Лучший за годы. Спасибо тебе. За пирог. За то, что не дала мне забыть сына.

Лина взяла рыбу, чувствуя, как глаза наполняются слезами:

— Это вам спасибо. За доверие.

Торвальд кивнул. Посмотрел на Эйдана:

— Ты сегодня приглашал на ужин. Приглашение еще в силе?

— Конечно.

— Тогда могу я пригласить еще одного человека? — Он посмотрел на Лину. — Будет честно, если пекарь, вернувшая мне жизнь, разделит со мной первый нормальный ужин за пять лет.

Лина посмотрела на Эйдана. Он улыбался — редкая, теплая улыбка.

— Я с радостью, — сказала она. — С меня десерт.

— Договорились, — Торвальд улыбнулся в ответ. Улыбка старая, немного ржавая от неиспользования, но настоящая.

Когда он ушел, Эйдан подошел к Лине:

— Видите? Вы меняете этот город. По одному человеку за раз.

Лина смотрела на связку рыбы в руках, потом на Эйдана. И впервые за долгое время чувствовала, что делает что-то по-настоящему важное.

Не для карьеры, не для денег, не для чужого одобрения.

А просто потому, что это правильно.

И это было лучшее чувство в мире.

Глава 7

Глава 7. Булочки храбрости

Ужин у Эйдана оказался простым и теплым — как и все, что он делал. Его дом был маленьким, но уютным: деревянные стены, которые он явно строил сам, книжные полки, большой стол у окна с видом на море, запах дерева и свежескошенной травы.

Торвальд принес рыбу, Эйдан приготовил ее на углях с травами, Лина испекла яблочный пирог — обычный, без магии, просто вкусный. Они ели, разговаривали — о море, о городе, о погоде. Ни слова о прошлом, о боли, о потерях. Просто обычный ужин трех людей, которым хорошо вместе.

Торвальд рассказывал истории о рыбалке — смешные, нелепые. Эйдан тихонько усмехался. Лина смеялась, чувствуя, как тепло разливается внутри. Вот оно — счастье. Не громкое, не яркое. Тихое, как шум моря за окном.

Когда они расходились поздним вечером, Торвальд обнял Лину — неловко, но крепко:

— Ты вернула мне жизнь, девочка. Не забуду.

Эйдан проводил ее до пекарни. Шли молча, под звездным небом. У дверей он остановился:

— Спасибо, что пришли. Торвальду было важно не быть одному сегодня.

— Мне тоже было важно, — призналась Лина. — Я... я давно не чувствовала себя частью чего-то. Сообщества, семьи.

Эйдан посмотрел на нее долго, внимательно. Потом тихо:

— Вы уже часть. Солти Коаст принял вас. И я... я тоже рад, что вы здесь.

Утро началось со стука в дверь. Лина открыла — на пороге стояла женщина лет тридцати пяти, в строгом платье и кардигане, с волосами, собранными в тугой пучок. Красивая, но какая-то... зажатая. Будто боялась занимать слишком много места в мире.

— Здравствуйте, — сказала она тихо. — Вы Лина Берг? Племянница Марты?

— Да. Проходите, пожалуйста.

Женщина вошла, огляделась с ностальгией:

— Я часто приходила сюда к Марте. Она пекла для меня булочки с корицей, мы пили чай и разговаривали. Она была единственным человеком, с которым я могла говорить обо всем.

— Садитесь, — Лина указала на стул. — Хотите чай?

— Да, спасибо.

Лина поставила чайник, достала чашки. Женщина сидела прямо, руки сложены на коленях, будто на собеседовании.

— Меня зовут Ивонна Холлис, — представилась она. — Я учительница в местной школе. Преподаю литературу.

— Очень приятно. Что привело вас ко мне, Ивонна?

Женщина молчала, глядя в окно. Потом:

— Клара рассказала, что вы... продолжаете дело Марты. Что умеете печь особенный хлеб. Тот, что помогает людям.

— Пытаюсь, — осторожно сказала Лина. — Я еще учусь. Но попробую помочь, если смогу.

Ивонна кивнула. Пальцы нервно теребили край кардигана.

— Я... мне нужна храбрость. Звучит глупо, правда? Взрослая женщина просит булочку, чтобы стать смелее.

— Совсем не глупо, — мягко сказала Лина, наливая чай. — Расскажите мне. Для чего вам нужна храбрость?

Ивонна взяла чашку, грела руки, хотя в пекарне было тепло.

— Есть один человек, — начала она тихо. — Доктор Алистер Грант. Он ведет прием в местной клинике. Мы дружим... давно. Лет пять, наверное. Встречаемся на книжных вечерах в библиотеке, иногда гуляем вместе, разговариваем о книгах, о жизни. Он добрый, умный, внимательный. И я... я влюблена в него. По уши. Безнадежно.

Она усмехнулась печально:

— Но я не могу сказать ему. Боюсь. Вдруг он не чувствует того же? Вдруг признание разрушит нашу дружбу? Вдруг я потеряю единственного человека, с которым мне по-настоящему хорошо?

Лина слушала, и что-то болезненно знакомое отзывалось внутри. Страх сделать шаг. Страх быть отвергнутой. Страх потерять то немногое, что есть.

— А что если он чувствует то же самое? — спросила она. — Что если он тоже боится?

Ивонна покачала головой:

— Вряд ли. Он... он такой уверенный, спокойный. У него наверняка много вариантов. А я просто серая мышка-учительница, которая живет в книгах и боится собственной тени.

— Не думаю, что вы серая мышка, — возразила Лина. — Вы красивая, умная, добрая. Просто боитесь поверить в себя.

Ивонна улыбнулась грустно:

— Марта говорила то же самое. Пекла мне булочки храбрости. После них было легче. Ненадолго, но легче. Я почти решилась однажды — хотела пригласить Алистера на ужин и все рассказать. Но потом Марта умерла, и я... снова струсила.

Она посмотрела на Лину прямо:

— Можете испечь для меня те булочки? Те, что пекла Марта? Я заплачу, сколько скажете.

Лина встала, подошла к полке, достала тетрадь. Открыла нужную страницу — она уже изучила этот рецепт, думая испечь для себя.

"Булочки храбрости с кардамоном

Для тех, кто боится сделать шаг. Для тех, кто потерял веру в себя.

Основа: дрожжевое тесто на молоке, сливочное масло, немного сахара.

Особое: кардамон (обязательно свежемолотый), мед, цедра апельсина.

Начинка: изюм, вымоченный в роме (символ сладости, которая ждет после смелого шага).

Формировать в виде узелков — как завязанное обещание.

Печь утром, когда решимость сильнее всего. Думать о том, чего боишься. Представлять, как делаешь этот шаг. Как страх отступает.

Давать тем, кто готов измениться. Булочки не дают храбрости — они напоминают, что она уже внутри."

Лина перечитала последнюю строчку. Они напоминают, что храбрость уже внутри.

— Испеку, — сказала она. — Но не за деньги. Просто... потому, что понимаю вас. И потому, что вы заслуживаете счастья.

Ивонна моргнула, глаза заблестели:

— Спасибо. Когда будут готовы?

— Завтра утром. Приходите к восьми.

Когда Ивонна ушла, благодаря несколько раз, Лина осталась с тетрадью. Смотрела на рецепт и думала о себе.